Куриный суп помогает выздороветь. Есть ли рецепт, способный исцелить отношения?

Вы не поверите, но этим утром я узнала, что Нейтан Кинер перевелся в мою школу. В частную Чикагскую Академию. Да, да, это правда. Я удостоена чести сидеть позади него на уроках английского и даже вместе с ним посещаю спортзал. Все было бы не так плохо, если бы о нем не говорила вся школа.

Кто этот новый ученик, очаровавший всех в одно мгновенье? Если я еще раз от кого-нибудь услышу: «Эми, а ты видела новенького?», клянусь, я накричу на него. Шел пятый урок. Я была в читальном зале и сидела рядом с Кайлом Сандерсоном, капитаном школьной баскетбольной команды Чикагской Академии и очень популярным парнем. Единственный недостаток Кайла – каждый день он выливает на себя не менее полфлакона одеколона. Когда Кайл выходит из класса, вы еще долгое время с точностью можете определить был он там или нет. Он как медведь, оставляет после себя запах для самочек.

– Что случилось, Нельсон? – спросил он, обращаясь ко мне по фамилии и плавно пододвигаясь ко мне. Думаете, он репетировал это движение?

Я не собираюсь рассказывать ему, что с начала нового учебного года произошли большие перемены, и теперь я ношу двойную фамилию. Сейчас я Нельсон-Барак. Я не сказала Кайлу потому что: 1) его это не волнует и 2) даже если я и скажу ему, он все равно не запомнит.

– Ничего особенного, – ответила я.

– А я слышал другое.

Эм…?

– И что же ты слышал? Обо мне ходят слухи?

– Что ты зарегистрировалась на сайте знакомств.

– Кто тебе сказал?

Это неправда… почти. Кайл откинулся назад, раскачиваясь на стуле.

– Новенький. Ну, знаешь, тот очкарик в отстойной одежде.

– Нейтан?

Кайл пожал широкими плечами.

– Ага. Этот чувак – мой напарник по биологии на этой неделе.

Я убью этого долговязого придурка, который даже не знает, в чем различие Dana Buchman и Armani. Как он посмел распространять обо мне сплетни?

– Нельсон… в чем проблема? Ты милая и у тебя огромные сиськи.

Повернувшись, я смерила его свирепым взглядом.

– Огромные сиськи? Боже, Кайл, ты сам придумал эту фразочку?

Он пожал плечами.

– Ты предпочтешь, чтобы я сказал «грудь»?

– Заткнись, – сказала я, прежде чем открыла учебник по тригонометрии и погрузилась в него с головой. Клянусь, если он и дальше будет пялиться на мою грудь, я лично позабочусь о том, чтобы на следующей игре он не смог забросить ни одного мяча.

– Сеньорита Барак, не желаете ли поведать всем нам, о чем вы так увлеченно разговариваете? – громко спросил мистер Хенесей из передней части комнаты. Мистер Хенесей учитель физкультуры, а также смотритель библиотеки, которая больше напоминает полицейский участок.

Если Кайл при всех упомянет о моей груди, я убью его… и Нейтана Кинера.

– Неа.

– Тогда я предлагаю вам перестать разговаривать, а иначе мне придется вас рассадить.

О, как бы я этого хотела.

Спустя десять минут мистер Хенесей вышел из аудитории. Как известно, уход учителя из класса – это приглашение к продолжению разговоров. Только я в данный момент не горю желанием болтать.

– Ты ищешь парня на бал в честь дня Святого Валентина? – громко спросил Кайл.

Я склонила голову на бок и сладким голосом спросила:

– А что? Ты меня приглашаешь? – ха, отмотаем события немного назад: ни одна скромница не осмелиться пригласить самого популярного парня.

Уверена на все сто, весь класс подслушивает наш разговор. Смешки и косые взгляды в нашу сторону тому доказательство. Думаю, фраза «Бал в честь дня Святого Валентина» может вскружить голову. С тех пор, как неделю назад в школе вывесили плакат, все только и говорят об этом.

– Если ты согласна на трио, то приглашаю. Я уже позвал Каролин Коннорс, но я настоящий мужчина и могу позвать сразу двух девчонок.

Кайлу хватило наглости подмигнуть мне. Фуу! Этому парню с завышенной самооценкой нужно спуститься с небес на землю.

Мистер Хенесей вернулся в класс, поэтому я не могу ответить. Что ж, сейчас я в плохом настроении из-за мачо свиньи Кайла и сплетника Нейтана.

После занятия, направляясь к кабинету обществознания, я мысленно прокручивала план конфронтации феномена, который поселился в этом здании. Насколько нужно быть недоумком и опуститься до распространения слухов обо мне, чтобы привлечь к себе внимание?

– Ты видела новенького?

Я смотрю на мою подругу Рейн, которая не подозревает, что мой пульс учащается, а кровь начинает бурлить в венах каждый раз, когда мне напоминают о нем. Я с презрением смотрю на нее.

– Я что-то не то сказала? – спросила Рейн, широко раскрыв глаза.

– Ничего. Просто, пожалуйста, не говори о Нейтане Кинере.

Позади меня послышался мужской голос:

– К твоему сведению, Нейтан Грейсон.

Застыв как вкопанная, я с открытым ртом смотрю на моего соседа в круглых очках в черепаховой оправе, соскользнувших на кончик носа.

– Милые штанишки, – сказала Рейн и, заливаясь смехом, ушла.

– Ты и твои друзья действительно знаете, как расстелить дорожку с надписью «Добро пожаловать», – сказал Нейтан с наигранной улыбкой на губах. – Частные школы – рассадник фальшивых, искусственных людей, и эта школа не исключение.

Я не понимаю этого парня. Его точка зрения никак не вяжется с его придурковатой внешностью.

– А ты кто?

– Ах, если бы я только знал, – ответил он и, не проронив больше ни слова, ушел.

Он ушел, оставив меня гадать, не вампир ли он или инопланетянин в человеческом обличье. Я зашла в класс обществознания, и последнее, о чем я думаю – так это о происходящих событиях, но миссис Мур одержима жаркими дискуссиями о президенте и его политике, таким образом она убеждается, что мы знаем обо всех происходящих событиях в нашей великой стране. Думаю, как только она видит флаг Соединенных Штатов, на ее глазах наворачиваются слезы.

Когда прозвенел долгожданный звонок, оповещающий о конце учебного дня, я сложила домашнее задание в рюкзак и вместе с Джессикой, Кэми и Рейн направилась по слякоти к остановке школьного автобуса. Митч уже ждал около нее, и когда Джессика прошла мимо него, он невзначай положил руку на ее плечи. Могу сказать, что Джесс все еще злится на него, ведь он до сих пор не пригласил ее на бал. Она холодна, как сосульки, свисающие со знака автобусной остановки.

– Эми, ты действительно зарегистрировалась на сайте знакомств, чтобы найти парня к балу в честь дня Святого Валентина? – спросила Роксана, при этом она смеялась как гиена, рожающая двойню.

Я действительно терпеть ее не могу. Она это знает, и наши чувства взаимны. В прошлом году мы чуть не подрались на теннисном корте, когда я выпроводила ее из сборной. Проигрывая матч, она решила в самом разгаре игры притвориться, будто задыхается, из-за чего получила право на передышку и возможность перегруппироваться. Хорошая попытка, Рокси. Я все еще могу надрать тебе задницу.

– У нее есть парень, – сказала Джессика, закатив глаза. – Оставь ее в покое, Роксана.

Мне хочется подбодрить подругу криками «Вперед, Джессика, вперед!», но я так не сделаю. Джессика не раскроет тайны, что я зарегистрировала папу на сайте ЕСЕС, потому что знает, я стыжусь этого. В один из таких прекрасных дней Роксана близко познакомится с автобусной остановкой, если из ее рта продолжит литься словесный понос.

К несчастью, еще целых десять минут нам пришлось прождать автобус. Мы все живем на Золотом Побережье, и чтобы добраться до школы, нам приходиться ездить на городском транспорте. Нет смысла иметь собственную машину, когда ты живешь и учишься в городе, поэтому мы отданы на милость городскому чикагскому транспорту. В Чикаго весной и летом прохладно, но когда наступает зима, иногда нам бывает тяжко. Мы ждем в здании школы до последней минуты, а потом с трудом добегаем, и к тому времени, как автобус откроет перед нами двери, наши попы околевают.

Нейтан незаметно подошел к остановке и остановился рядом с нами. Как будто стоять рядом с Роксаной было недостаточным наказанием. В ушах у него наушники от iPod, подчеркивающие, что он не собирается разговаривать с поддельными, пластиковыми людьми. Кайл кивнул ему в знак приветствия, и Нейтан кивнул ему в ответ, а затем поправил очки. Кто-то должен рассказать ему об очках с нескользящей оправой.

Из-за угла показался автобус. Время вздохнуть с облегчением! Обрадовавшись, я обошла Роксану и Нейтана, и не важно, что счастье продлится только десять секунд. Я прошла к задним сидениям автобуса, где нам предстоит прокатиться с ветерком до нашей остановки. «Парочка» Джесс и Митч сели напротив меня, Ками и Рейн, как и Кайл с Роксаной, сели вместе. В итоге остались только мы с Нейтаном.

Нейтан, совершенно не замечая нас, сел рядом со мной. Его наушники ударились о переднее сидение и упали на пол. Он изо всех сил пытается показать, что не считает себя одним из нас.

Понятия не имею, почему меня это бесит.

Может потому что он оскорбил мою школу, моих друзей и меня?

Как бы там не было, меня не волнует, что Нейтан Киннер Грейсон думает обо мне. У меня есть друзья и парень, и не важно, что он живет за тридевять земель.

Уф. Я скучаю по Эйви, особенно в такие моменты, как этот, когда мне нужен кто-то, с кем бы я могла прогуляться. В последнее время Джесс подавлена, и, к сожалению, я не знаю, это из-за Митча, или ее беспокоит что-то еще. Она не откроется мне.

Ками старательно делает домашнюю работу, чтобы на дом осталось поменьше. А Рейн наоборот, подкрашивает губы, чтобы придать им блеску. Ей наплевать на домашнюю работу. На самом деле я уверена, ее мама делает домашние задания за нее.

Роксана вовсю флиртует с Кайлом. Возможно, она вскоре пересядет к кому-то, у кого нет подружки. Интересно, знает ли она, что он идет на танцы в честь дня Валентина с Каролин Коннорс? Вероятно, еще нет. Она близко склонилась и прикасается к нему так, словно он ее собственность. Клянусь, Кайлу просто льстит такое внимание. Но, слава Богу, теперь он сосредоточился на ее сиськах, а не на моих.

Автобус остановился на углу Диаборн и Сайперии, где я выхожу. Конечно же, Нейтан вышел из автобуса следом за мной, и мы вместе зашли в дом. Лифт – это странное место: скрипучие звуки и грохот дверей могут вывести из себя кого угодно, но когда ты едешь в лифте с кем-то, кто тебе не особо нравится, это место может превратиться в настоящую гробницу, даже если ты не страдаешь клаустрофобией.

Я стою в одном углу лифта, а Нейтан в другом. Он по-прежнему в наушниках от iPod, но я понятия не имею, играет ли в них музыка. Мне хочется что-нибудь сказать, чтобы вывести его на чистую воду. Некоторые делают вид, будто слушают музыку, а на самом деле подслушивают разговоры других людей, которые думают, что их никто не слышит.

– Я не искусственная. И не фальшивая.

Никакой реакции, за исключением того, что его челюсть слега дрогнула, и на долю секунды он затаил дыхание

Это правда. Я настоящая, как меня видят, без прикрас. Папа говорит, что иногда это хорошо, а порой ужасно.

Наконец мы приехали на сороковой этаж.

– Увидимся позже, Барби, – пробормотал Нейтан.

Мне это послышалось?

Барби? Эмм.. это не может относиться ко мне. Ни за что.

Оцепенев, я обернулась.

– Как ты меня назвал?

Мне следовало бы знать, что этот парень меня игнорирует. Игнор – это его конек.

Дома меня встречал Мутт, весело подпрыгивая и облизывая меня, тем самым даря мне своих микробов. Многие говорят, что рот собаки намного чище, чем у некоторых людей, но многие не видели рта моей собаки. Мутт слишком часто вылизывает свои интимные места, поэтому его нельзя назвать чистюлей

Когда Мутт побежал к своему поводку, я подняла взгляд и к своему удивлению увидела папу за кухонным столом.

– Тебя уволили?

Мой отец поднял взгляд.

– Нет. Просто хотел быть здесь, когда ты вернешься.

Такое случилось впервые.

– Почему?

Мой папа переключил все свое внимание на Мутта, который держал во рту поводок и вилял хвостом, словно копьем.

Звучит не очень хорошо.

– Скажи мне прямо сейчас.

– Он напрудит на пол, если ты не возьмешь его на прогулку.

– Я сойду с ума, если ты прямо сейчас не скажешь, что случилось. Как думаешь, что хуже?

Мой папа глубоко вздохнул.

– Я новичок в отцовстве, но я стараюсь изо всех сил. Ты без разрешения воспользовалась моей кредиткой и зарегистрировала меня на сайте знакомств, и теперь мне придется заплатить триста долларов за полгода.

Ну, вот и все.

– Я сказала, что мне жаль.

– На этот раз, Эми, одних извинений недостаточно.

Вот теперь я начинаю паниковать. Он хочет бросить меня и отправить жить к маме и ее гипераллергенному мужу? Они ни за что не позволят мне взять Мутта в их новый загородный дом с новорожденным малышом. Мне придется перейти в новую школу к незнакомым людям? Для новичка средняя школа – это жесткое место, и сейчас я не думаю о Нейтане, потому что он не достоин моего сочувствия.

– Я сделаю все что угодно, Аба, только, пожалуйста, не выгоняй меня.

Папа встал. Я знаю, он собирается сообщить плохие новости. Я вздрогнула.

– Дорогая, я не думал тебя выгонять.

– Нет?

– Нет. Я нашел тебе работу.