Пока Джек беседовал с ведущими журналистами, Кейти мысленно возвращалась к тому, что произошло между ними на кладбище.

Было мгновение, когда Джек собирался поцеловать ее, она была готова поклясться в этом. Неведомое притяжение, которое, как ей казалось, умерло много лет назад, вдруг с невероятной силой возникло снова, и в какой-то момент Кейти поймала себя на том, что повторяет, как заклинание, те же слова, что и в юности.

Поцелуй меня, Джек, поцелуй меня.

Но он не поцеловал. Может быть, это все произошло всего лишь в ее воображении. Она молча смотрела на мужчину, которого так сильно любила когда-то и которым была отвергнута.

Но сердце не обманешь. Она все еще тосковала по нему.

Все время, пока журналисты говорили, Джек спокойно слушал их, лишь изредка задавая вопросы. Выяснив все, что его интересовало, он поднялся из-за стола.

— Ну что ж, спасибо, — сказал он. — Думаю, что теперь мне все понятно.

Журналисты посмотрели на Кейти, ожидая от нее подсказки, что делать дальше.

— Спасибо всем, — повторила им она.

Когда они ушли из ее кабинета, было почти четыре часа. Как только Кейти закрыла за ними дверь, зазвонил телефон Джека. Быстро закончив разговор, Джек разочарованно произнес:

— Похоже, у меня больше времени, чем я думал. Это был Грег, мой пилот. Олбани закрыт для взлета и посадки.

В дверь заглянула Марселла.

— Если не возражаете, шеф, я пойду.

— Да, конечно, — ответила ей Кейти.

Марселла посмотрела на Джека.

— Обычно я ухожу в восемь или девять вечера, как и все мы. Мы много работаем, не сомневайся. Просто погода на улице ужасная, а мне еще детей из сада забирать и...

— Счастливо, Марселла, — сказал он.

— Пока. — Тайком от Джека она одними губами добавила: «Красавчик» и подмигнула подруге.

Кейти закрыла за ней дверь. Потом она глубоко вздохнула и предложила:

— Поговорим честно? Мы получим деньги?

Джек встал, его лицо стало жестким.

— Я постараюсь сделать для тебя все, что могу, Кейти. Но пока ничего обещать я не буду.

Кейти кивнула, не решаясь сказать что-либо.

— Пойдем, — произнес Джек, — я отвезу тебя домой. Даже ты не можешь ехать на велике по таким сугробам.

Они молча надели пальто и вышли из редакции. Кейти подумала, что если бы все решал он один, то обязательно вложил бы в нее деньги. Но все не так просто. Джеку надо будет убедить совет директоров, а это не легко.

Кейти поняла, какой ужас творится на дорогах только после того, как они выехали из города. Двухполосное шоссе, которое вело к ее дому, было покрыто ровным, нетронутым слоем снега. Колею, оставленную предыдущими машинами, уже успело занести. Кейти представила, что их ждет на участке от шоссе до дома.

Снег валил так густо, что Джек вовремя не заметил поворот.

— Сюда, вот он, — воскликнула Кейти, и Джек резко повернул руль.

Машину занесло и отбросило на обочину.

— Ты в порядке? — Джек отстегнул ремень безопасности и склонился над Кейти.

Он коснулся рукой ее щеки. Кейти почувствовала запах его одеколона. Он действовал нее странно возбуждающе. Изо всех сил стараясь скрыть свои эмоции, Кейти ответила:

— Все нормально. — Она отвела его руки в сторону. — Все хорошо.

Заметил ли Джек то, что с ней происходит? Почувствовал, как ее тянет к нему?

Она услышала вздох облегчения, с которым Джек вернулся на свое сиденье.

— Извини, — сказал он. — Я не очень хороший водитель.

— Хочешь сказать, что у тебя свой шофер? — Ее вопрос прозвучал почти как обвинение.

— Я живу в большом городе, — ответил Джек. — Я езжу на такси.

Кейти пожала плечами.

— Перебирайся ко мне. — Джек жестом показал на водительское сиденье.

— Что? — У Кейти перехватило дыхание. Это что, приглашение? Типа «Здесь и сейчас, Девонворт»?

— Залезай. Я сейчас выйду и буду толкать. Когда я скажу «давай», жми на газ.

Джек выбрался из машины и захлопнул дверцу. Да, подумала Кейти, это совсем не приглашение. Интересно, почему она все время ждет его от Джека?

Она перелезла на место водителя и стала смотреть на Джека сквозь дворники, непрерывно двигавшиеся по лобовому стеклу. Она не могла сдержать улыбки. Было что-то нелепое в облике человека, толкавшего машину в сильную метель в дорогом кашемировом пальто и кашне от Гуччи.

Он подал ей знак, и Кейти, включив заднюю передачу, нажала на газ. Джека осыпало снегом из-под колес, но машина осталась стоять неподвижно. Джек стал бешено жестикулировать, и Кейти сняла ногу с педали газа. И от души расхохоталась, увидев его, покрытого снегом с головы до пят. Джек подошел к ней и распахнул дверцу.

— Почему тебе так весело?

— Ты похож на снежного человека.

— Неужели? — Он явно разозлился.

Что-то в ее взгляде напомнило Джеку прошлые времена, когда они были детьми. Как будто он снова стал подростком, который пригласил на прогулку любимую девушку. Своего единственного настоящего друга. И в том, как она смеялась над ним, было что-то такое, от чего Джеку хотелось схватить ее и бросить в сугроб, как он это делал в детстве. Но он сдержался. Они больше не дети. Да и он приехал сюда не развлекаться.

Джек протянул руку к ключу зажигания и выключил мотор.

— Мне вдруг захотелось прогуляться.

— Надо же, какое совпадение. Я тоже об этом подумала, — сказала Кейти, выходя из машины.

Джек открыл багажник, чтобы достать оттуда свой кейс.

— Ну что, пошли?

Снег валил крупными хлопьями. Казалось, что он будет идти всегда. Они с трудом продвигались вперед, Джек впереди, Кейти за ним. Разговор не клеился, обоим ничего не приходило в голову. Вдруг Кейти радостно, почти танцуя, забежала вперед.

— Угадай, у кого из наших сейчас шестеро детей?

— Не знаю, сдаюсь, — улыбнулся Джек.

— У Кристины Спаг, твоей бывшей подружки.

— Она не была моей подружкой.

— Ну как же, ты же приглашал ее на выпускной в восьмом классе.

Только потому, хотелось сказать Джеку, что ты тогда согласилась пойти с капитаном футбольной команды Томом Кларнером.

— Шестеро детей, — Джек притворился удивленным, — надо же.

— Ты только подумай. Если бы ты на ней женился...

— Я бы никогда на ней не женился.

— Но если бы! Ты бы сидел сейчас дома с Джеком младшим и маленьким Джеки, а еще Жаклин...

— Все дети были бы названы в честь меня?

— Да. Почему бы и нет? — Кейти засмеялась. — Джордж Форман так и сделал.

— Да?

— Ага. Джордж младший, Джордж Третий, Фрида Джордж...

— То есть у меня была бы Фрида Джек?

— Конечно.

— Боюсь, даже этого недостаточно, чтобы я женился на Кристине.

— Но почему? — Кейти стояла перед ним.

Да потому что я люблю тебя, хотелось кричать Джеку. Снежинки повисли на ее длинных густых ресницах. Она упиралась руками в бока — забавно для девушки с такой тоненькой фигуркой. Немного курносый нос был задран вверх, губы замерли в улыбке. Она его провоцировала, но на что?

— Она не в моем вкусе, — наконец ответил Джек.

Они подошли к дому, и Кейти взбежала по ступенькам, перепрыгивая их через одну, толкнула дверь. Дверь открылась. Конечно, подумал Джек, в Ньюпорт-Фоллс никогда не запирали двери на замок. Он был рад, что этот обычай не изменился.

— Давай заходи, — пригласила Кейти.

Джек не был готов к тому, что он увидел. Дом был пуст, самая красивая мебель исчезла.

— А где мебель? — удивленно спросил он.

— Ах да, — проговорила Кейти, улыбка сошла с ее лица. — Я ее продала.

— Но почему?

— У меня не было выбора.

Джек был потрясен. Он знал, что с газетой не все благополучно, но ведь Кейти была ее хозяйкой. Ее отцу всегда удавалось получать хоть какую-нибудь прибыль. А тут... Джек подумал о разводе Кейти и Мэтта. Интересно, Мэтт смог получить долю в бизнесе, и если да, то какую?

— Вот черт, — сказала Кейти, нажимая на выключатель. — Кажется, из-за снегопада пропало электричество.

— Мэтт получил что-нибудь? — Что?

— Мебель, например, или долю в газете?

Кейти внезапно смутилась и огляделась вокруг, как будто только сейчас заметила, что комната пуста. Как все изменилось с тех пор, когда Джек был здесь последний раз!

— Нет, мы развелись друзьями, как и поженились. Между нами никогда не было... — Она остановилась и посмотрела Джеку в глаза. — Никогда не было страсти, если можно так сказать. Мы были огромнейшими друзьями в начале и просто друзьями в конце. — Она кивнула в сторону камина. — Схожу принесу дров, разведем огонь.

— Я принесу. Дрова в сарае?

— Думаю, да.

Джек посмотрел на нее и вышел.

От этого взгляда мурашки побежали по спине у Кейти. Он посмотрел на нее так же, как и тогда, на речке. Или ей показалось? В полумраке она могла все это просто придумать.

Кейти открывала и закрывала ящики на кухне в поисках спичек. Наконец ей попался старый полупустой коробок, и она зажгла свечи на каминной полке. Красные. Они стояли там с Рождества. Кейти не потрудилась заменить их после праздников.

Интересно, как все сложится сегодня вечером, подумала она. Его пилот, он же паж и кто он там еще, найдет способ его увезти. А если нет? Тогда он останется ночевать.

Здесь.

Кейти посмотрела на софу — последнее, что осталось из мебели в комнате. Представила себе, как они сидят на противоположных концах и молчат. Напряженная тишина наполняет комнату, разговор не клеится.

В окно ударила ветка дерева. Кейти посмотрела туда. На улице бушевала метель. Это было завораживающе красиво и... создавало такую интимную обстановку.

Со свечой в руке Кейти пошла наверх, чтобы принести теплые одеяла. Стоя на лестнице, она обернулась и снова взглянула на софу, но в этот раз ей представилось, как они с Джеком лежат вместе, укутавшись в одеяло. На Джеке нет рубашки, и его мускулистое тело освещает луна. Она почувствовала, как его сильные руки обнимают ее, притягивают к себе, ласкают...

— Замерзла? — Джек стоял внизу, держа в руках охапку поленьев. — Ты дрожишь.

— Немного. — Кейти скрестила на груди руки, пытаясь скрыть свои чувства.

— Я разожгу огонь, но мне придется пойти наколоть еще немного дров, там остались только большие поленья.

— Но ведь Берт... ты помнишь Берта Уизли? Он мне целое дерево распилил.

— На бревна. Бревно в камин не положишь. — Он сложил дрова возле камина и отодвинул заслонку. — Где у тебя топор?

— Наверное, в сарае. Но тебе не нужно колоть мне дрова. Я и сама справлюсь.

— Не смеши меня.

— А как ты думаешь, кто мне здесь колет дрова? — разозлилась Кейти. — Ты уже отвык от сельской жизни. Посмотри на свои перчатки. Они превратились в лохмотья.

— Кейти, — сказал Джек, разводя огонь, — меня не волнует, во что они превратились. Если тебе нужно наколоть дрова, давай я сделаю это.

— Не стоит беспокоиться. — Она направилась к выходу, натягивая пальто и шапку.

Шагнув за дверь, Кейти остановилась. Почему она так глупо себя ведет? Джек старается вести себя по-дружески, хочет помочь ей, а она почему-то воспринимает это как оскорбление.

Она пошла сквозь снежную вьюгу к сараю. После нескольких попыток ей все-таки удалось открыть дверь. На полу лежали три огромных полена, которые оставил ей Берт. Кейти схватила топор и с размаху воткнула его в одно из них. Снова и снова она ударяла топором, но в конце концов остановилась. Она не смогла разрубить полено даже наполовину.

Кейти рукавом смахнула пелену с глаз, вдруг осознав, что она плачет. И поняла, почему плачет. Это были не слезы жалости к себе, но слезы бессилия и злости. И не на Джека, а на саму себя. Джек был здесь, рядом, после стольких лет, и она все еще хотела его. Хотела почувствовать его близость, его руки, его губы. После стольких лет она была не в силах справиться со своими чувствами.

Кейти снова подняла топор и занесла его над головой.

Но за ее спиной стоял Джек. Он отнял у нее топор и проговорил:

— Свою точку зрения на мир ты мне объяснила. Я ее понял.

Кейти молча отдала ему топор и вдруг почувствовала прилив тепла, когда их пальцы встретились. Джек тоже заметил их прикосновение.

— У тебя руки, как лед. Иди в дом греться.

Но Кейти осталась. Она стояла чуть поодаль и смотрела, как Джек колет дрова. Он был в теплой одежде, скрывавшей его тело, но Кейти легко могла представить, как работают его мышцы, когда он поднимает топор над головой и обрушивает его вниз.

Она вернулась мысленно на кладбище. Джек был так близко, она чувствовала его так хорошо... Кейти представила, как проводит ладонями по его волосам. Почувствовала, как он прижимается к ней губами, как его руки обнимают ее и притягивают ближе к себе.

Джек остановился и обернулся к ней.

— Ты все еще здесь?

В ее распоряжении была одна ночь. Только одна ночь, и потом Джек снова покинет ее. Потому что так надо. Он не может оставаться в Ньюпорт-Фоллс. Он не любит ее и никогда не любил. Конечно, она нравилась ему, это было очевидно. Хватит этого, чтобы он остался с ней на эту ночь? Будет ли это ночь любви? Ночь, которую она будет вспоминать всю жизнь?

— Кейти? — Он все еще ждал от нее ответа.

Кейти смотрела в его глаза и чувствовала, как тает в груди сердце. Это был Джек, ее Джек. И она любила его с той же силой, что и всегда.

— Я пойду готовить ужин, — прошептала она.