Томми сидел на заднем кресле длинного лимузина. В руках у него было письмо, которое он получил от участника группы анонимных алкоголиков тюрьмы Старнстед. Письмо, в котором содержалась некая информация, за которую Томми был рад щедро заплатить. Теперь ему оставалось только ждать и надеяться.

Дверь тюрьмы открылась, и появилось несколько женщин. Одной из них была Джесси, и она оказалась еще прекраснее, чем он помнил. Ее лицо округлилось, но кость осталась такой же тонкой, как у эльфа. И эти глаза, темные, искрящиеся, злые глаза на молочно-белой коже.

Сердце Томми забилось, словно готово было разорваться. Он нашел ее.

Почти всех вышедших кто-нибудь встречал, и вскоре все они разбежались взволнованными маленькими группками, но Джесси была одна. У нее никого не было. Когда она повернулась и пошла по улице, Томми распорядился, чтобы машина ехала рядом с ней.

Томми опустил стекло и заговорил:

– Привет, Джесси.

– Отвали, – сказала она, не оборачиваясь.

– Это я, Джесси.

– Слышь, друг, йа же сказала, отвали! Йа больше не продайусь. – Она по-прежнему не смотрела на него.

– Джесси, пожалуйста… Я хочу кое-что тебе предложить.

Джесси развернулась в ярости, в глазах огонь, рот оскален.

– Слушай, ты, гаденыш! Йа сказала…

Томми быстро заговорил:

– Я хочу предложить тебе пункт третий! Пункт третий великого плана! Каникулы… Солнце… Я хочу предложить тебе солнце. С утра до вечера, солнце везде! Чтобы оно отражалось от земли, ласкало одежду, путалось в волосах… чтобы купаться в нем…

Тони остановил машину. Томми казалось, что Джесси смотрит на него через открытое окно целую вечность.

– Мы раньше встречались?

– Да. Однажды. И с тех пор я ищу тебя.

– Кто ты?

– Я ведь уже говорил тебе. Я – Томми Хансен.