Лукас очнулся. Вокруг была абсолютная темнота, но он слышал рядом чье-то дыхание.

— Эй, — прошептал он, — кто здесь?

— Это вы, господин машинист? — послышался в темноте тихий голос капитана. — Хорошо, что вы еще живы. Мы боялись, что вы уже умерли.

— А-аа, капитан, это вы, — шепнул Лукас, — а кто еще здесь?

— Кроме меня еще одиннадцать моих ребят, — ответил капитан, — мы все в оковах. А маленькая принцесса рядом со мной. Она в добром здравии, насколько можно судить.

— А что это грохнуло? — испуганно спросила Ли Си.

И капитан ответил:

— Вероятно, пираты пустили на воздух наш корабль.

— А где Джим Кнопка? — спросил Лукас.

Никто не ответил.

— Джим! — крикнул Лукас и с сумасшедшей силой затряс связанными руками. — Его здесь нет? Его кто-нибудь видел? Где мальчик? С ним что-то случилось? Где мой друг?

Веревки впились Лукасу в кожу, и он прекратил сопротивление. В мрачном помещении царило подавленное молчание.

Немного погодя Ли Си всхлипнула и пролепетала:

— Джим! Милый Джим! Почему я тебя не послушалась? Я так ужасно поступила…

— Поздно, Ли Си, — проговорил Лукас срывающимся голосом, — слишком поздно!

А Джим сидел наверху в канатах между кроваво-красными парусами и мерз.

Его насквозь мокрая одежда прилипла к телу, зубы стучали, а руки и ноги словно приросли к канатам. Ураган с прежней силой носился над бушующими волнами.

Но это было не самое страшное. Намного ужаснее было то, что наверху сильно качало. Иногда Джим даже не понимал, где он — вверху или внизу, и постепенно ему стало так отвратительно и гадко, как еще ни разу не было. Однако он с отчаянной решимостью держался за канаты, потому что если пирату его обнаружат, то все пропало! Наверно, только он мог выручить пленных.

Джим крепко сжал зубы. Он надеялся, что шторм когда-нибудь наконец прекратится. Разве дракон не сказал, что цель 13 лютых железные клипы? Тогда, наверно, Непомук или Ушаришуум смогут помочь. Если бы Джим знал, куда плывет корабль на самом деле, у него бы не хватило сил выдержать. Морские разбойники уже давно оставили затею со встречей госпожи Мальцан. Это нападение замаскированного корабля показалось им подозрительным. Что-то говорило им, что это драконовские проделки.

Штормовой ветер гнал корабль с кроваво-красными парусами все дальше на юг — навстречу ужасной «Стране, Которой Быть Не Должно»!

Целый длинный день тянулось это жуткое путешествие, потому что родина 13 лютых находилась где-то поблизости от Южного Полюса. У другого корабля на такое плавание ушли бы долгие недели, а корабль разбойников покрыл это расстояние меньше чем за ночь.

Сначала Джим заметил на горизонте нечеткие очертания какого-то предмета, издали напоминавшего огромную черную колонну, поднимавшуюся из штормящего моря к мрачным облакам. Потом он увидел, что этот столп-гигант пронизывают молнии, а сам он крутится с невероятной скоростью. И вот мальчик услыхал неописуемый шум, исходивший из столпа, словно низкое, повсюду проникающее гудение бессчетного количества органных труб. И вдруг Джим понял, куда плыл корабль. Лукас как-то раз рассказал ему, что такое водяной смерч. У него такая сила, что он хватает воду из моря и подкидывает ее до самого неба.

«Туда они не поплывут,» — только и подумал Джим. Но почти в то же мгновенье корабль оказался именно там. И тут проявилось невероятное умение 13 лютых ходить под парусом, не сравнимое ни с каким другим на свете. Сначала они со все возрастающей скоростью описывали круги вокруг колыхавшейся черной колонны. Достигнув скорости столпа, корабль внезапно проскользнул внутрь, а там его подхватил смерч. Он поднимался все выше и выше, и его постепенно затягивало внутрь столпа. Внутри было пусто как в трубе. Внезапно корабль сел на твердую поверхность и задвигался по чему-то вроде слипа, который подобно спирали огибал остроконечную скалу. А поскольку внутри смерча царил покой, корабль проскользил по слипу и остановился. Джим, уже почти без сознания висевший на канатах, долго приходил в себя и оглядывался по сторонам. Остроконечная скала, на которую приземлился корабль, поднималась вверх метров на тысячу. Черный, как смола, камень был так раскурочен, словно через него прошли миллионы молний. Тысячи маленьких и больших пещер и углублений придавали всей горе вид огромной губки. Кроме того, ее пронизывали красные жилы, переплетаясь то тут, то там.

Вот какой оказалась «Страна, Которой Быть Не Должно».

Чтобы взаправду понять, что означает это название, нужно кое-что знать, чего Джим тогда еще знать не мог: все острова и горы на земле находятся там, где им определила быть природа. Но в этой стране все было не так. Почему — мы узнаем попозже. Во всяком случае, здесь должно было лежать тихое море, над которым веет ветер. И вот стихии, в которых нарушился порядок, пришли в волнение, возмутившись существованием этой страны, и стали изо всей силы бушевать. А потому как штормы в бессмысленной ярости подступали одновременно со всех сторон, образовался мощный смерч, в середине которого спокойно и надежно лежала себе остроконечная скала.

Джим наблюдал, как пираты стаскивали награбленное на царском корабле в одну из больших пещер. Покончив с этим, они привели пленных и погнали их к черным скалистым воротам, сначала капитана, потом матросов, потом Ли Си, а последним Лукаса.

Случайно ли это произошло или машинист просто захотел еще разок оглядеться и бросить взгляд на такелаж разбойничьего корабля? Во всяком случае, Лукас оглянулся, и в ту же минуту у него учащенно застучало сердце: он тут же заметил, над красным парусом появилось джимово черное лицо — тот кивнул головой и опять пропал. Лукас и виду не подал, чтобы пираты ничего не заметили, но особо внимательный наблюдатель уловил бы, как на мгновенье просияли его глаза.

Вот Джим и остался один на корабле. Он уже было испугался, что разбойники придут убирать паруса и обнаружат его. Он ведь не знал, что 13 лютых никогда не убирают парусов, чтобы всегда быть готовыми к отплытию. И пока никто из опасных парней не появился, Джим успел основательно разглядеть «Страну, Которой Быть Не Должно». Он долго смотрел на стену из воды, стремительно крутившуюся вокруг скалы, пронизанную молниями. Между тем его уши уже настолько привыкли к ревущему органному гулу, что он уже не обращал на него внимания. Да и вообще он больше ничего не слышал, даже раскатов грома. Он словно оглох. Мальчик медленно перевел взгляд ввысь, и далеко-далеко наверху увидел маленький круглый кусочек неба, смотревший на него словно немигающий глаз. «В оке шторма… — внезапно пронеслось у него в мыслях, — ты заметишь звезду…»

Так вот что имел в виду «Золотой Дракон Мудрости»! Да только как же ему добраться до звезды, если там наверху она появится — если вообще хоть какая-то появится. Потому что уже наступил вечер, но ни одной звезды так и не показалось.

Джим еще немного подождал, и когда наконец совсем стемнело, он осторожно переполз с канатов на палубу, огляделся вокруг и проскользнул на сушу в пещеру, в которой скрылись пираты вместе с пленниками.

Мальчик очутился перед лабиринтом ходов и лазов величиной от железнодорожного туннеля до водопроводной трубы, даже еще уже, до самых тоненьких разветвлений. Он двигался словно внутри огромной губки. Однако камни были твердыми и острыми, словно черное стекло. Джим давно бы заблудился в этом лабиринте, если бы не горящие смоляные факелы, укрепленные по обе стороны пористых стен.

Сотней поворотов и искривлений ход вел внутрь горы, становясь то узким и едва проходимым, то широким и просторным, иногда на пути Джима оказывались даже настоящие комнаты и залы. Там лежали всевозможные запасы, оружие, парусина в тюках и бухты тросов. Чем глубже спускался Джим, тем тише становилось органное гудение смерча. И вот наконец оно стихло совсем. Джим слышал лишь свое негромкое топанье и стук сердца. Чуть позже до него донеслось: «Йо-хо-хо, и в бочонке ром…», приглушенно, из глубины, а затем последовал грубый хохот. Джим задвигался еще осторожнее. Должно быть, пираты были совсем близко.

Вот уже стали различимы отдельные голоса. Его дорога сделала еще один крутой поворот, и когда мальчик выглянул из-за угла, он увидел огромную пещеру, в середине которой пылал огонь. Вокруг него на медвежьих шкурах сидели и лежали пираты. Они явно ужинали, потому что над огнем на вертеле жарился огромный кабан, от которого каждый разбойник отхватывал саблей такой кусок, какой хотелось. Джим слышал их чавканье. Обглоданные кости они швыряли прямо перед собой. А еще у каждого разбойника была большая деревяная кружка, они наполняли их из бочонка и выпивали до дна.

Джим почувствовал слабость, уловив аромат жареной свинины. Его желудок был абсолютно пуст. Но сейчас нельзя размышлять о еде. Медленно и бесшумно он опустился на пол и вполз из-за угла в зал, стараясь, чтобы пираты его не заметили. Хотя те все равно не обращали внимания ни на что, кроме жареной свинины. Мальчику удалось незаметно пробраться в свиток тросов. Это было хорошее убежище, потому что отсюда он хорошо слышал, что говорят разбойники. А если просунуть пальцы между петлями троса, можно было видеть все помещение. Может быть, ему удасться выяснить, где находятся пленные.