Тихонько стуча каблучками по прозрачному полу, Клэр с планшетом в руке шла по коридору. Светло-зелёное платье выгодно подчёркивало цвет её волос и новоприобретённый загар. Близился к концу последний рабочий день недели. Клэр переступила порог просторной круглой комнаты для отдыха под номером 33-12, прозванной «колесом». От неё, как лепестки из сердцевинки цветка, расходились в разные стороны больше десятка офисов.

Когда Клэр проходила мимо рабочих кабинетов, их обитатели выглядывали наружу и совали ей в руки документы и инфо-карты. Она была посредником между служащими и Веном. Каждый хотел воспользоваться последним на неделе случаем и что-то передать.

– Вот прогноз доходов на следующие две недели!

– Что там с Виноградовым? – спросил Марто.

– Он займётся этим сегодня вечером, – ответила она.

– А что по поводу корпорации «Хок»? – спросила Лиана.

– В понедельник будет видно, – улыбнулась Клэр.

– Вот сводка по Боудиа.

К лифту Клэр подошла уже с полными руками. Как бы хорошо Вентуро ни обращался с работниками, как бы строго ни держал свой разум за щитами, не-психоров всё равно мучило подозрение, что он читает их мысли. Когда-то и к ней самой относились так же: старательно избегали встреч и обращались хоть уважительно, но всегда с осторожностью. В то время Клэр часто чувствовала себя очень одиноко. Психоры потому и держатся особняком, что остальные редко им рады.

Спускаясь в лифте, она любовалась солнцем, сияющим сквозь панели батарей. За месяц работы личным секретарём Клэр стала незаменимым связующим звеном между Вентуро и обычными работниками «Хранителя». Её воспринимали как безопасный буфер, за которым можно укрыться от смертоносного разума начальника. Должность, намного превосходившая её ожидания… и настолько ниже её возможностей.

Двери тихо открылись, она вышла из лифта и направилась в офис Вентуро. Пятница. Неделя подошла к концу. После двенадцатичасовых передышек по воскресеньям на Уллее, два нерабочих дня казались необычайной роскошью. Первые три недели Клэр спала, пробовала заказывать еду в ближайших ресторанчиках, смотрела новости, впитывая сведения о Далии, как губка. На эти выходные было запланировано посещение Террас – Клэр решила, что уже более-менее разобралась в местных порядках.

Вена она увидела через прозрачную дверь в конце коридора: стоя у стола спиной к входу, он разговаривал с кем-то по конференц-связи, в его позе читалось напряжение. Какие-то неприятности.

С Эскана ей становилось всё сложнее и сложнее. Нет, она больше не теряла дар речи при его появлении; но за время работы неплохо узнала его характер. Недюжинный ум и напористость сочетались в нём с некоторой долей самоуверенности, проистекающей от осознания своих сил.

Вентуро неукоснительно придерживался строгих принципов. Как-то он сильно разозлился из-за глупой ошибки служащего, но когда провинившийся явился за заслуженной карой, Вен обращался с ним с безукоризненной вежливостью и тактом. Пару раз Клэр замечала, как начальник бегал по всему зданию от тёти, которая хотела затащить его на какое-то семейное мероприятие – пока та, потеряв терпение, не начинала в поисках племянника сканировать всё вокруг в полную силу яркого, как горящий маяк, разума. Однако у Лайэнн не было ни малейшего повода обвинить племянника в непочтительности.

Чем лучше Клэр узнавала Вентуро, тем больше он ей нравился. В первую очередь её привлекало его самообладание. А ещё его ненавязчивая внимательность, такие, казалось бы, мелочи… Он открывал перед ней дверь. В автомате с напитками в «колесе» было тридцать сортов чая; Вен, совершая после напряжённого дня ежевечернее паломничество за кофе для себя, не забывал прихватить и чашку горячего чая для Клэр. Его интересовало, что она думает. Временами он задавал ей совершенно неожиданные вопросы: побывала ли она уже в Ботаническом саду? Посетила ли Террасы?

В бионете Вентуро должен представлять собой что-то совершенно невообразимое. Но она его там никогда не увидит, так же, как и он её. Хорошо, что она великолепно умела скрывать свои чувства. И во время общения с ним вела себя как настоящий профессионал.

Дверь офиса открылась, Клэр вошла.

Вентуро повернулся, глаза его яростно сверкали, а мысли метались и бурлили:

– У нас вот-вот перехватят контракт с Сангори.

«Что?»

– Кто?

– «Системы безопасности де Солис».

«СБС». Главный конкурент «Хранителя».

Клэр задумалась. Как правило, обеспечение безопасности в бионете проходило в два этапа: установка системы защиты и её поддержка. Сначала – постоянные охранные программы и ловушки, структура бионета формируется так, чтобы нарушитель не мог проскочить незамеченным. А потом остаётся только реагировать на сигналы тревоги и ловить злоумышленников. При установке требуется больше средств и труда, но именно поддержка – из-за сопряжённой с ней опасности – стоит дороже при меньших затратах человеко-часов.

Стараясь заполучить Сангори в клиенты, Вентуро предложил провести установку системы защиты на очень выгодных условиях – собирался получить упущенное на втором этапе. Контракт был подписан. Сегодня утром они завершили установку, работа над которой шла три недели. Если поддержку будут обеспечивать «СБС», именно они и пожнут плоды трудов «Хранителя».

По условиям контракта Сангори могли законно отказаться от услуг Эскана по окончании первого этапа. Стандартная оговорка, при каждой встрече Савиен заверял, что собирается продолжать сотрудничество. Глава семьи Сангори нарушил слово. Из гневных мыслей Вена Клэр поняла, что законных способов наказать нечестного заказчика у них нет.

– Мы много потеряем? – спросила она.

– Два миллиона кредитов, – ответил он. – Дело не в деньгах.

– А в чём же тогда?

– Савиен Сангори не додумался бы до этого самостоятельно. Он разбирается в финансах, но ни в зуб ногой в бионете. Его консультировал психор, который предварительно оценил стоимость необходимых работ и выдал Сангори смету, прежде чем тот обратился к нам. «СБС» сговорились с Савиеном. Скорее всего, они пообещали брать невысокую ежемесячную плату за поддержку установленной системы. Меня подставили.

Наконец до Клэр дошло:

– Так это дело чести.

Вен повернулся к ней:

– Да, но не только. Это вопрос деловой репутации. Меня надули. Выставили круглым дураком. Я предлагаю услуги по обеспечению безопасности. Вы бы наняли для защиты информации доверчивого дурака?

– Доверчивость психора и мощь его разума никак не связаны, – на последнем слове Клэр чуть не прикусила язык. Зря она это сказала.

Вен очень внимательно посмотрел на неё. Стоит ему приглядеться к её мыслям как следует, и она пропала.

– Прошу прощения. Я читала кое-какие исследования в свободное время. Я, наверное, не так поняла.

Он задумался на несколько секунд, прежде чем ответить:

– Да нет, всё верно. Но немногие это понимают.

Он снял камзол со спинки стула.

– Куда вы?

– Побеседовать с Савиеном Сангори. Постараюсь кое-что ему объяснить.

– Что именно?

– Что я – опасный враг, – сказал Вентуро, – Сангори – древний провинциальный род. И они впервые ради наживы запятнали честное имя семьи. Мне интересно, что же подтолкнуло их к этому.

– А если он не станет разговаривать?

– Я не дам ему такой возможности.

Клэр охватило беспокойство. Она положила документы и прочее собранное добро на стул и вытащила снизу свой планшет.

– Что такое?

– Я пойду с вами.

– Зачем?

– Потому что вам не следует идти одному.

Вентуро недоуменно воззрился на неё:

– Собираетесь поработать моим телохранителем?

– Именно.

Ей понадобится минуты три, чтобы разломать защитный кокон вокруг разума и вступить в бой. В условиях битвы психоров, где смерть наступает мгновенно, это целая вечность. Но Клэр всё равно не могла позволить Вену идти одному, и ей не нужно было прислушиваться к его мыслям, чтобы понять – он не станет брать с собой кого-то потенциально опасного, дабы прикрыть спину. Вентуро Эскана слишком самонадеян, он и не подумает, что ему может потребоваться поддержка.

– Из чистого любопытства – как именно вы собираетесь меня защищать? – поинтересовался Вен. – У вас ни оружия, ни боевых имплантатов. Ваш разум абсолютно инертен. Будете отбиваться от наёмников Сангори планшетом? Или ограничитесь теоретической стороной вопроса? Могу ли я рассчитывать на детальный анализ ножа, торчащего из моей спины? А если умру – на похоронах вы представите иллюстрированный рассказ о моей отваге?

– Вы закончили?

– Вроде бы.

– Отлично. – Клэр гордо выпрямилась. – Я готова, а вы?

– Вы понимаете, что совершаете глупость?

Она просто посмотрела ему в глаза, стараясь выглядеть как можно насмешливее и высокомернее.

Идя рядом с ней по коридору, Вен наклонился к Клэр:

– Спасибо.

– Не за что. Надеюсь, мы оба благополучно переживём эту встречу.

– Вас и пальцем не тронут, – заверил он. – Вы же обычный человек, не воин.

Они вошли в лифт.

– Вы можете убивать вне бионета? – спросила она.

– Если Сангори достаточно умны, то вы никогда этого не узнаете.

* * *

Вен уверенно ступил в холл инвестиционной компании «Сангори», Клэр следовала прямо за ним, ни на шаг не отставая. Внутри холл украшали величавые белые колонны высотой с пятиэтажный дом, светящиеся изнутри мягким жёлтым цветом. Их покрывала замысловатая лепнина в форме лоз и цветов, приглушая сияние, и свободные участки выглядели почти белыми. Изысканные золочёные стулья окружали резные столики, такие изящные, что казалось, будто они вытканы художником-пауком. За столиками сидели люди и тихо переговаривались.

Стойку регистрации у дальней стены обрамляли колонны пониже, увенчанные белыми статуями всадников. Сама стойка была задрапирована ярко-зелёным шёлком, ниспадающим красивыми складками. Зелёно-золотой мозаичный пол сверкал. Клэр никогда ещё не видела такого роскошного убранства.

Человек за стойкой поприветствовал их дежурной улыбкой.

– Передайте Савиену Сангори, что к нему пришёл Вентуро Эскана. Я сам найду дорогу.

Люди начали оглядываться. Неожиданно они с Веном оказались в центре внимания.

Слева к ним приближались психоры – кто-то медленно спускался в украшенном золотом лифте, скользящем вдоль стены. Вен тоже почувствовал их и встал так, чтобы заслонить Клэр.

Лифт открылся, и из него вышла Кастилия де Солис. Её разум сиял, как огромная сверхновая звезда. Клэр и доли секунды хватило, чтобы понять – эта женщина очень сильна. Но вот хорошо ли она владеет своей силой?

Следом появились двое мужчин. Один – высокий, средних лет мордоворот с квадратной челюстью. Его разум тоже светился, не так ярко, но всё же. Второй мужчина был очень похож на первого – только стройнее, быстрее и моложе, с длинными иссиня-чёрными волосами до лопаток. Пожалуй, не слабее Кастилии, но чувствовалась в нём какая-то странная хрупкость.

– Вентуро, – де Солис широко распахнула глаза в притворном удивлении.

– Ну что, довольна? – презрительно процедил Вен.

Молодой психор встретился взглядом с Клэр. У него были очень светлые радужки, из-за этого его глаза казались почти белыми.

– О да, ещё как.

– Стоило ради этого начинать войну?

– А мы воюем, Вентуро? – приподняла брови Кастилия.

– Теперь – да.

– Тогда начнём с твоей куколки.

Парень сжал разум Клэр ментальными клещами. Она оцепенела, её позвоночник согнулся под неестественным углом, дыхание перехватило, воздух почти перестал поступать в лёгкие, и она едва не потеряла сознание. Клэр начала разламывать свой защитный кокон изнутри. Глаза молодого психора озадаченно распахнулись.

– Она даже не пискнула, – Кастилия моргнула, изображая удивление. – Ты часто на ней тренируешься? Ей нравится?

Вентуро начал действовать. Грузного психора будто гигантской дубиной ударило – он пролетел через весь холл, сшибая по дороге золочёные стулья. И в то же мгновение Кастилия оказалась прижата спиной к груди развернувшегося Вена, с тёмно-красным лезвием мономолекулярного кинжала у горла.

– Нападаешь на обычных людей? Как низко ты пала, – произнес Вен спокойно, словно погоду обсуждал. – Ай-я-яй! Что скажут твои родители?

Она задрожала, её губы скривились от гнева:

– Убейте его!

Упавший мужчина медленно поднялся. Из его носа, глаз и ушей текла кровь. Второй спутник Кастили пристально смотрел на Вена.

– Прикончите его!

– Они не могут, милая моя, – сказал Вентуро, склонившись к её уху. – Тебе со мной не тягаться, ты сама в этом убедилась, помнишь? Если твои родственнички нападут, то пока они будут пробиваться сквозь мои щиты, я несколько раз успею перерезать тебе глотку. А потом убью их обоих – да и оставь я их в живых, с ними разберётся твой отец.

В бессильной злобе Кастилия зарычала, звук получился почти звериный.

– Ты, как всегда, мила до невозможности, – заметил Вен. – Само изящество и благородство – настоящий цвет провинции!

– Да пошёл ты!

– Пойду, чуть позже, и как можно дальше от тебя, чтоб не запачкаться. – Вен кивнул психору помоложе: – Пелори, отпусти её. Сейчас же!

Стальные клещи, сжимавшие разум Клэр, пропали. Она смогла разогнуться и произнести:

– Спасибо. Мне вызвать полицию?

– Не надо. Мы уже уходим.

Вен отпустил Кастилию, и та отскочила от него.

– Ты об этом пожалеешь, – прорычала она.

– Уже жалею – мне пришлось до тебя дотронуться.

Она резко повернулась и вышла из здания. Старший из психоров последовал за ней, а вот Пелори немного задержался, бросив на Клэр задумчивый взгляд, прежде чем уйти.

– У вас всё в порядке? – спросил Вен, проводя осторожный ментальный осмотр в поисках повреждений.

– Всё хорошо. – Она с трудом, но смогла спроецировать ощущение спокойствия на внешнюю поверхность защитного кокона. – Поднимемся?

– Нет, я передумал.

Он склонился ближе и понизил голос:

– Сейчас нам до Сангори не добраться. У него было слишком много времени на подготовку, – и уже громче добавил, – Может, поужинаем вместе?

– С удовольствием.

– Замечательно.

Как только они оказались в серебристом глайдере Вентуро, он послал ментальную волну, которая окутала Клэр со всех сторон.

– Вы разрешите просканировать вас, проверить, не причинили ли вам вреда?

– Я бы предпочла, чтобы вы этого не делали.

– Почему?

– Мы не настолько близки, – ответила она. – Мне бы хотелось оставить свои мысли при себе – и я прошу вас уважить моё желание.

– Хорошо.

Вен набрал какие-то цифры на панели управления. Ментальная волна, посланная им, схлынула.

– Куда бы вы хотели пойти?

Клэр задумалась. Можно попросить подбросить её до дома. Вероятнее всего, Вентуро предложил поужинать вместе, просто чтобы понаблюдать за ней и убедиться, что её разуму не нанесено большого ущерба. Но он сидел рядом, так близко. И если Клэр согласится, то получит целый вечер его безраздельного внимания. Отказаться она была не в силах.

«До чего я докатилась». Ну, если она всё равно собирается воспользоваться представившейся возможностью, то нужно идти до конца.

– Куда-нибудь, где не очень людно, – попросила Клэр. – На сегодня с меня хватит впечатлений.

Двигатель глайдера зажужжал, они взлетели.

– Я знаю подходящее местечко.

* * *

Клэр и не подозревала, что в «Хранителе» наверху есть зимний сад. Здесь, где лепестки громадного бутона из пластистали загибались внутрь, между внешней решёткой и центральной частью здания места оставалось совсем немного. И на этой небольшой площади – всего метров двадцать пять – мозаичную платформу разделяли на укромные сектора живые изгороди из цветов и декоративного кустарника.

Вен провёл Клэр в один из секторов побольше. Там в центре стояли три уютных плетёных кресла с бордовыми подушками, каждое со своим столиком, и большая металлическая жаровня. Смеркалось, панели солнечных батарей стали совсем прозрачными. Перед глазами Клэр простиралось бескрайнее сине-фиолетовое небо с далёкими огоньками звёзд. Клумбы мелких белых цветов источали нежный аромат, чем-то напоминающий запах персиков.

За одним из кресел Вентуро взял узорчатый ларь, высыпал из него в жаровню черных камней и добавил щепок.

– Что это?

– Уголь.

– Органическое топливо? Правда?

Как в древности.

– Провинциальная традиция.

Плеснув туда же какой-то жидкости, он поджёг её с помощью огнива. Угли вспыхнули. Клэр почувствовала жар, приятно запахло дымом.

Стеклянные двери справа открылись, вошёл улыбающийся мужчина, за которым катился компьютеризованный сервировочный столик.

– А вот и наш ужин. Спасибо, Эртез.

– На здоровье. Приятного аппетита, – Эртез тут же откланялся.

Верхняя часть столика раскрылась, как цветок. Внутри на блюдах лежали шампуры, унизанные мясом и овощами.

– Выбирайте.

Клэр немного растерялась и ткнула в первый попавшийся:

– Этот.

Вен опустил шампур в специальные прорези на краю жаровни, выбрал ещё один для себя и положил рядом. Язычки пламени облизывали мясо.

– Голова не кружится? – как бы между делом спросил Вентуро, взяв с сервировочного столика бутылку, покрытую кружевной изморозью. – Со зрением проблем нет? Никаких светящихся точек перед глазами?

Пытается проверить, есть ли повреждения мозга. Клэр улыбнулась:

– Нет, всё хорошо.

Вентуро открыл бутылку и наполнил два бокала сверкающей розовой жидкостью.

– Прошу прощения, я не должен был этого допускать.

Он сам ни за что не стал бы нападать на обычного человека. У Вена в голове прочно сидело убеждение: «ТАК НЕ ПОСТУПАЮТ». Он убрал свои щиты – вероятно, чтобы суметь быстро проверить Клэр, если ей вдруг станет хуже – и она отчасти улавливала его эмоции. Он очень о ней беспокоился.

Она снова улыбнулась.

– Я сказал что-то смешное?

– Нет, что вы.

– Тогда почему улыбаетесь?

– Ваши обычаи – в смысле далийские обычаи – такие старомодные. Прелестные и старомодные.

– Мой народ жесток, – произнёс он, переворачивая шампуры. – Нам нужны эти обычаи и традиции, иначе мы бы постоянно враждовали, пока не поубивали бы друг друга. Кое-что считается недопустимым, в частности, нападение на обычного человека.

– Вы за меня волновались?

Она попробовала розовый напиток. Он оказался сладким, терпким и бодрящим, в нём явно содержался алкоголь. «Да это вино!» – догадалась Клэр.

– Да, – признался Вен. – Волновался. Вы могли пострадать из-за того, что меня застали врасплох.

– А я совсем не переживала.

– Я заметил. У вас выдержка, как у закалённого в боях потомка, – рассмеялся он. – Через секунду после паралича в тисках психора вы невозмутимо интересуетесь, не вызвать ли полицию. Убиваете на месте!

«Убиваете». Опасное слово.

– Я подумывала, не завизжать ли от ужаса, но решила вас не отвлекать.

– Неужто вы только что пошутили?

– Наверное.

Вентуро поднял бокал:

– Мои поздравления!

– Спасибо, – Клэр улыбнулась и отпила вина.

Вен нахмурился:

– Не знаю, как Кастилия заставила Сангори пойти на это. Я позвонил в провинцию своему другу, Селино Карванна. Он – настоящая финансовая акула, так что если Сангори во что-то впутался, мы об этом скоро узнаем.

Он взял тарелку со столика, снял на неё вилкой мясо и овощи с шампура и передал Клэр. Она попробовала. Мясо было прокопченным и нежным – ну просто объедение!

– Великолепно.

– Да, еда, приготовленная на настоящем огне, ни с чем не сравнится, – согласился Вентуро. – Не знаю, может, это потому, что в нас просыпается генетическая память о тех временах, когда люди, одетые в шкуры животных, боязно жались к огню.

Он поднял бокал, она последовала его примеру, и они чокнулись.

– Как вам вино?

– Очень понравилось. Я в первый раз попробовала.

– На Уллее нет вина?

– Нет. Иногда нам выдавали немного алкогольного напитка из зерна, но никакого вина. – Она просмаковала ещё кусочек мяса. – Вы сталкиваетесь с Кастилией не в первый раз?

Вен вздохнул:

– Да, вы угадали. Мой отец – переселенец с другой планеты. Он оказался на Радде без гроша в кармане, но, поскольку он очень сильный психор, его приняла семья моей матери. Он стал вассалом рода Эскана – это следующая ступень после служащего, почти член семьи. Мои родители полюбили друг друга и поженились. Он взял фамилию Эскана, ведь его собственная на Радде – пустой звук, а семью матери знали и уважали. Они оба были немолоды, когда вступали в брак, поэтому моё рождение стало большим сюрпризом.

– Радостным?

Он кивнул.

– Да, у меня было счастливое детство. Жили мы небогато, но «небогато» по меркам потомков. Хороший дом, летом – отдых на берегу океана. Там очень красиво. Бесконечная сияющая синева, в которой прячутся рыбы всех цветов радуги. Прямо из воды вырастают горы; я любил сидеть на камнях и смотреть, как резвятся акулодельфины…

«Ты видишь бионет, как океан, да, Вен?» – чуть не вырвалось у неё, но она вовремя сдержала себя. Секретарь Клэр Шеннон не могла знать о таких вещах.

– Родители просто влюбились в это место, и теперь живут там. Я тоже всегда мечтал поселиться на берегу океана, – с улыбкой произнёс он.

– А что помешало?

– На побережье очень мало фирм. Половину года океан штормит, грузы по воде почти не перевозят, портами пользуются в основном туристы. Кроме того, большинство моих родственников живёт в Новых Дельфах. Здесь наш бизнес. А моих родителей дела «Хранителя» интересуют мало – они оба не из предпринимателей. У них есть способности, но нет амбиций.

Вен пожал плечами и откинулся на спинку кресла. Он выглядел слегка печальным, но потом встряхнулся:

– Вернёмся к Кастилии. Когда я немного подрос, родня поняла, что я – главное богатство семьи. Как психор, я сильнее отца, но у нас не хватало денег, чтобы я мог проявить себя. Де Солис – старинный род, богатый и со связями, да и зарабатывать на бионете они умеют. Уже несколько десятилетий в бизнесе. Родители обратились к ним с брачным предложением: те заполучили бы могущественного психора, а Эскана улучшили бы своё финансовое положение.

Кажется, Вена совсем не беспокоило, что семья чуть его не продала.

– А что вы сами об этом думали?

Он отпил вина:

– Представьте себя восемнадцатилетним подростком. На нашей планете в этом возрасте ты уже считаешься взрослым и должен обеспечивать себя и свою семью. Я был очень одарён, родня возлагала на меня огромные надежды. Предполагалось, что я разом решу все наши проблемы. Но как? Я не знал и очень переживал. И тут отец сказал: «Тебе не надо поступать в институт или беспокоиться о работе. Всё, что от тебя требуется – взять в жены симпатичную девушку, позаботиться о том, чтобы она была счастлива, и потрудиться на благо её семьи. Они тебя обучат, помогут развить свои таланты. И когда-нибудь ты унаследуешь всю империю де Солис. Тебе больше не о чем волноваться».

– Звучит заманчиво, – согласилась Клэр.

– Мне тоже так показалось, – продолжил Вен. – Любой восемнадцатилетний парень с радостью ухватился бы за этот шанс. Кроме того, Кастилия была неотразима. Груди размером с грейпфруты.

Клэр удивлённо моргнула.

– Я говорю с точки зрения моего восемнадцатилетнего «я».

– Получается, её грудь была весомым аргументом?

– Да, у меня появился шанс регулярно заниматься сексом с красивой девушкой. Я просто не мог отказаться.

Вен шутливо покачал головой. Клэр рассмеялась. Он снова наполнил бокалы.

– Что же пошло не так? – поинтересовалась она.

– Оказалось, что я знал о переговорах между нашими семьями, а вот потенциальную невесту никто в известность не поставил. Шестнадцатилетняя принцесса из семьи потомков привыкла получать всё, что ей хотелось: дорогие тряпки, украшения, бесчисленные вечеринки. Она ни в чём себе не отказывала, деньги отца всегда были к её услугам. Кастилии нравилось повелевать, и она обзавелась толпой прихлебателей, которые повсюду её сопровождали. – Вен кочергой пошевелил угли в жаровне и положил ещё парочку шампуров. – На одной из вечеринок, в окружении свиты, наследницу рода де Солис и поймали репортёры, до которых дошли какие-то слухи. Спросили, что она думает о помолвке.

Он замолчал.

– И что она ответила?

– Сказала: «Ну, любой бедняк хочет взять в жёны принцессу, только вот ни одна принцесса не мечтает выйти замуж за попрошайку».

Клэр не так много знала о порядках на Радде, но даже она поняла, что Кастилия смертельно оскорбила семейство Эскана.

– Репортёры засняли её на видео и сбежали. Отец Кастилии пытался замять скандал, но оказалось уже слишком поздно. Помолвка стала невозможной. Её родители тогда сильно рассердились.

– Из-за того, как она с вами обошлась?

– Отчасти, но больше всего – из-за вульгарности этого поступка. Она выглядела испорченной дурочкой, позорищем рода. В семьях потомков матери показывали запись своим детям в качестве наглядного пособия, как нельзя вести себя в обществе. До того случая репутация рода де Солис была безупречной, а Кастилия их осрамила. Отец сказал ей: «Считаешь себя принцессой? Посмотрим, как ты будешь править без моих денег». Её сладкой жизни пришёл конец: больше никаких вечеринок и денег на ветер. Свита разбежалась. Кастилии пришлось работать в семейной компании за зарплату, которой едва хватало на жизнь. Расходы бывшей «принцессы» до сих пор строго контролируются. Меня она ненавидит. Вы сами сегодня видели, ещё немного, и с ней бы припадок случился.

– Вы к ней добрых чувств тоже не испытываете.

Вентуро снова пошевелил угли, отблески огня заиграли на его лице.

– Чтобы скопить достаточно средств и начать своё дело, у меня ушло восемь лет. Я брался за любую работу. Помню, как через два месяца после открытия «Хранителя» одна из сделок сорвалась. И нам не хватило денег оплатить счет за электричество. Мы отключили все терминалы, кроме одного – необходимо было выходить на патрулирование в бионет, охранять данные клиентов, чтобы хоть как-то зарабатывать. Мы подсоединили терминал к генератору глайдера, пока тот совсем не умер. И когда я думаю, как бы всё сложилось, если бы мы поженились… Разрыв помолвки отбросил меня на пятнадцать лет назад.

Четырнадцать лет назад солдаты Разведслужбы увели Клэр из квартиры матери.

– Вы жалеете?

– Нет. Пойди я тем путём, сегодня был бы другим человеком. А так я никому ничего не должен. Это здание, эта фирма полностью принадлежат мне. Немало людей кормят свои семьи благодаря работе, которой я их обеспечиваю. Я сам всего добился. И никто мне не указывает, что делать.

– Кроме Лайэнн.

– Кроме неё, – широко улыбнулся Вен. – Она не даёт забыть, что у меня есть обязательства перед семьёй. На днях искала меня по всему зданию с помощью ментальной сирены – это нечто вроде гонга для психоров.

«Да, знаю. У меня потом жутко болела голова». Клэр прикусила язык.

– Кроме того, как подумаю, что Кастилия могла бы стать моей супругой… – поморщился Вентуро.

Она отпила вина. Приятная, согревающая жидкость скользнула по горлу.

– Почему вы до сих пор не женаты?

Вен пожал плечами:

– Я много работал. Психоры рождаются не так часто, а построить отношения с не-психором довольно сложно. – Приняв вид обольстителя, он вкрадчиво произнёс: – Привет, меня зовут Вентуро Эскана, и я могу читать твои мысли!

Клэр рассмеялась.

– Мне невозможно соврать, от меня ничего невозможно утаить. Я узнаю, если ты будешь притворяться в постели, если изменишь, если потратишь слишком много денег. Буду в курсе того, что ты думаешь обо мне на самом деле. Неужели тебе не хочется выйти за меня замуж?

Она допила своё вино и посмотрела на Вентуро поверх ободка бокала:

– Вы станете читать мысли жены? Вы же не лезете в головы служащих.

– Вероятно, не стану, – ответил Вен. – Но могу, и этого достаточно. Ваша очередь рассказывать о себе.

– Это неинтересно, – воспротивилась Клэр.

– Мне интересно. Просто умираю от любопытства – как же вы очутились на Радде?

Она вздохнула:

– Ладно. И «Мелко», и «Бродвин» на самом деле – огромные горнодобывающие корпорации. Обе веками занимались вывозом всего сколько-нибудь ценного с астероидов и имели свой космический флот. И, как неизбежно при производстве такого масштаба, на каждую корпорацию работал многочисленный и квалифицированный персонал. Добывающий флот всегда привлекал чудаков, тех, кто не смог найти места где-то ещё, поэтому в обеих компаниях попадались самые разные люди. Разведчики «Бродвин» обнаружили Уллей – сокровищницу полезных ископаемых, прикрытых тонким слоем каменистой породы. Исследователи вернулись на базу. Однако почти сразу об открытии как-то пронюхали «Мелко». По официальной версии «Бродвин», конкуренты захватили одну из разведчиц и пытками заставили её выдать информацию, но, как правило, официальным версиям верить нельзя. На тот момент флот «Мелко» был мобильнее, они свернули все свои разработки и высадились на Восточном континенте Уллея. «Бродвин» же понадобилось почти три года, чтобы разделаться с текущими деловыми обязательствами, после чего они заняли Западный континент.

– И началась гонка вооружений, – вставил Вен.

Клэр кивнула:

– Ресурсов не хватало, поэтому и «Мелко» и «Бродвин» перешли на режим строгой экономии и поощряли рождаемость, чтобы увеличить военные силы. На каждом континенте было всего по одному городу, и они выглядели братьями-близнецами: представьте себе соты из одинаковых прямоугольных зданий высотой в полкилометра. Этими огромными домами, как посёлками, управляли домовые комитеты. Можно было родиться, жить, работать и умереть в одном и том же здании.

– Звучит угнетающе.

– И угнетало. В большинстве случаев, к началу войны люди уже успевают накопить хоть какое-то культурное наследие, произведения искусства. Помнят, что такое роскошь довоенных времен: сады, вещи, развлечения. Мы были этого лишены. Носили типовую одежду из некрашеной ткани. Настоящая еда – кусок мяса да какая-нибудь каша – полагалась всего один раз в день, в остальное время приходилось довольствоваться питательной пастой, – Клэр замялась, не зная, стоит ли откровенничать дальше. – В четырнадцать лет меня забрали от мамы.

– Что значит забрали?

Он снова наполнил её бокал и долил себе остатки вина.

– Решили, что моё место на военном заводе – за мной пришли солдаты и увели с собой. Я должна была жить в казарме, мне выделили там комнату. Отец к тому времени уже умер, а мама болела «метеоритным дождём». Шахтёры часто заражаются этим вирусом, первые симптомы – черные пятна на коже, похожие на ожоги. Откуда он берётся, неизвестно, эпидемии вспыхивают и угасают сами по себе. «Метеоритный дождь» неизлечим, он поражает нервную систему и медленно убивает человека – больной постепенно слабеет, теряет способность двигаться и в конце концов угасает. Помочь ничем нельзя, можно только ухаживать.

Она сделала глоток вина.

– Обычно в таких случаях дети моего возраста идут работать и сами заботятся о родителях, но мне такой возможности не дали. Хорошо, что домовой комитет не остался в стороне. Старейшина, Дорим Наги, сказал, что в его доме никто не умрёт медленной смертью в одиночестве. Старейшина имеет полномочия мирового судьи: регистрирует браки и разводы, решает гражданские дела; поэтому к его словам прислушались. Соседи сообща ухаживали за мамой. К концу войны из приписанных к дому трёх тысяч жителей осталось не больше семи сотен; и каждый день кто-нибудь заходил к маме покормить её, помыть и проследить, чтобы она не забыла принять болеутоляющее. Я перед ними в огромном долгу, и вряд ли смогу его вернуть когда-нибудь.

– Да уж, моя печальная история не идёт ни в какое сравнение с вашей, – заметил Вен.

Она пожала плечами:

– Больше рассказывать нечего. Каждый день я вставала, шла на работу, возвращалась домой, ложилась спать. И так четырнадцать лет. А потом совершенно неожиданно война закончилась. Мы даже и подумать не могли, что проиграем. Власти до последнего утверждали, что победа близко.

Вен явно испытывал неловкость. Он не знал, как выразить своё сочувствие, не обидев Клэр. У могучего Вентуро Эскана не получилось подобрать слова.

– Что ж, это всё в прошлом. Сейчас я здесь, пью розовое вино и наслаждаюсь хорошей компанией.

– И кушаете мясо, по-варварски приготовленное на древесных углях, – добавил он.

– Мне нравится здешняя еда, – призналась она. – Хотя мне часто приходится заказывать наобум, ведь я не знаю названий блюд.

– Новые Дельфы – кулинарная столица юга. Ну, или претендуют на это звание. Собственно, в Провинциях считается, что каждый должен уметь готовить, неважно, нравится ему это или нет.

– Правда?

– Правда-правда. Плохих кухарок тут высмеивают. – Вен наклонился поближе: – Знаете Мину, дочь Лайэнн? Вообще готовить не умеет. Её стряпню в рот не возьмёшь.

Клэр улыбнулась:

– Уверена, моя вышла бы не лучше. Иногда вкус здешней еды просто ошеломляет. Да и вся планета – сплошное потрясение: вещи, цвета, люди…

Он придвинулся ещё ближе:

– Вы самый дисциплинированный, прагматичный человек из всех, кого я знаю. Не встречал никого, кто сумел бы так быстро освоиться. Ничто не может выбить вас из седла. Будь вы психором, в бионете вам не нашлось бы равных.

Сказать ему? Он её не предаст. Может…

– С вами так легко, – продолжил Вен. – Ваш разум – само спокойствие. Каждый день мне приходится иметь дело с людьми, чьи мысли, как беспрестанный белый шум. А с вами я наконец могу расслабиться…

Клэр чуть не завопила от разочарования.

– Вы так хорошо меня понимаете. Хочу, чтобы вы знали, как высоко я вас ценю. Обещаю, больше вам не придётся подвергаться опасности по моей вине. Сегодня вы проявили большое мужество, поддержали меня. Не многие служащие поступили бы так. Я этого не забуду.

Служащая… Вот кто она на самом деле. Хватит обманывать себя.

– Я сказал что-то не то? – спросил Вентуро.

– Нет, что вы. Я просто только сейчас заметила, что уже поздно, мне пора домой.

Для него она всегда будет «бесшумно мыслящей» Клэр, и только. Её ценность лишь в этом. Она приняла дружелюбие и сочувствие за более глубокие чувства.

– Я провожу вас вниз.

Она встала:

– Нет, спасибо. Я знаю дорогу.

Вен тоже поднялся:

– И всё же позвольте мне.

Она повернулась, посмотрела ему в лицо.

– В этом нет необходимости. Спасибо за ужин, – произнесла она ровным голосом и вышла.