ВВЕРХ ПО ЛЕСТНИЦЕ, ИДУЩЕЙ ВНИЗ. ЧАСТЬ 2

*1*

1179-03-20 /19.40. Мир Колыбели, планета Колыбель, Саутпол.

Таким уставшим Айвен не чувствовал себя уже лет сто, со времён учёбы в Академии, когда приходилось всем и каждому доказывать, что номинат клана Ратникова действительно лучше всех. И если предвзятость противников и недругов только раздражала, заставляя прилагать ещё больше усилий, то стаи подлиз и корыстных «друзей» вызывали в нём ощущение травли. Что-то подобное, видимо, чувствует молодой волк в родном лесу, окружённый со всех сторон боязливым собачим брёхом.

За прошедшие полгода с момента начала открытой борьбы удалось сделать действительно многое. «Истинный огонь» получил двести восемьдесят «Ковчегов». Из состава Военного Флота офикам этого общества передано девять линкоров поколения «тридцать девять-сорок один» и двадцать семь фрегатов того же типа для сопровождения первого огромного каравана. На доход от этой операции верфи «Собрания драгоценностей» построили полсотни огромных «Ковчегов-два» для торгийской программы переселения и сотню транспортов первого ранга для перевозки техники и ценного оборудования. Втайне от прочих номинесов отправлен на Киммерию первый караван со специалистами и оборудованием для производства вителонгина, а заводы на Колыбели полностью прекратили его выпуск, распродавая лишь накопленные за последние годы запасы. Удалось фактически вывести из состава Военного Флота и отправить в пространство будущего Киммерийского Союза мощный флот: более полусотни линкоров и почти сотню фрегатов новейшего типа с двумя десятками военных унитрансов. Экипажи всех кораблей и десант укомплектованы исключительно специалистами и офицерами клана, а командует будущим ядром Флота Киммерийского Союза его брат Михаил при поддержке сына Мгоны.

Это хорошо. А плохо — не хватает «альф», катастрофически не хватает, из-за этого падают темпы переселения. Хоть сам впрягайся в эту лямку! Нет достоверной информации о планах врагов — общества «Круг просвещения» и Ордена «Дело Господа». Понятно, что цель — Торга, и её надо защитить, но, чёрт возьми, у него даже нет подходящей «альфы», кому же доверить оборону? «Беты» её не потянут. А Торгу удерживать необходимо.

Мелкие гадости постоянно строят «Дети Завета», их шпионы как мухи вокруг… неважно чего крутятся вблизи его верфей и ремонтных доков первого ранга, которые одеваются в корпуса по проекту одноразового транспорта «Ковчег-3». Конечно, СБ клана отлавливает многих, но ведь желательно всех! Иначе врагам… — да, врагам, по-другому не скажешь! — его планы станут известны раньше, чем запланировано. И ещё, и ещё…

— Айвен, тебя срочно хочет видеть Мгона! — Прервала его мысли личный секретарь, зашедшая в кабинет. В коротком алом платье она смотрелась сногсшибательно. Поток невесёлых мыслей в присутствии супруги мгновенно иссяк, уступая место откровенному восхищению. Айвена всегда поражала её неизменная дисциплинированная подтянутость и безупречный вид. И ранним утром, и после тяжёлого рабочего дня. Когда иные женщины выглядели поблекшими и тусклыми, миз Алисия продолжала сверкать как истинный бриллиант. Несмотря ни на что. И уже этим оказывала мужу серьёзную поддержку.

— Спасибо, Алиса, — сердце Ратникова ухнуло вниз в ожидании очередных неприятностей, — пригласи, конечно.

*2*

— Неприятности, Джин? — Ратников, не гася перед собой паутинку текущих событий, кивком поздоровался с Мгоной. — Что на этот раз?

— Неприятности… хм-м! Скорее нет, чем да. А, впрочем, тебе решать, неприятность ли это.

— Даже так. Выкладывай свою новость.

— На Торге происходят странные события. А ещё точнее, появился странный тип…

— Сам появился? На Торге? Джин, что с тобой? Ты на себя не похож. Чем тебя взбудоражил тип, так неожиданно для Службы появившийся на Торге?

— Хорошо, Айвен, докладываю по порядку, но ты, пожалуйста, наберись терпения.

— Валяй!

— Почти год назад «Изба» затеяла очередную провокацию по лишению наших противников высококлассных специалистов. В этот раз мишенью был выбран талантливый шкипер первого ранга, командир крупнейшего лайнера «Кассиопея», офик Астурии Эвесли, группа «гамма». Службе Безопасности он понадобился для организации интриги с провоцированием нападения лордов на Торгу. По общему сценарию такое нападение, совершённое примерно в одно время независимо друг от друга пиратами и несколькими лордами-вассалами Астурии, необходимо для вспомогательного плана с объявлением чрезвычайного положения…

— Не надо подробностей, продолжай.

— В результате успешной провокации Эвесли был отправлен на Торгу с негласной просьбой руководства С.Б. обращаться с ним максимально вежливо, предупредительно и аккуратно. По расчётам специалистов года через два он стал бы ценным приобретением для нашего клана. И вот здесь начались странные события.

— Ну-ну, первый раз слышу, что ты какие-то там происшествия называешь «странными», — попробовал пошутить Айвен, — обычно ты сообщаешь: «разобрался»! Или: «произошло…, разберёмся!» Так что с этим Эвесли привело тебя в такое смятение, а, Джин?

— Во-первых, никакого отчаяния или духовной слабости объект не демонстрировал, наоборот, уже за первую декаду он ухитрился добиться статуса свободного гражданина, задержав в одиночку четырёх вооружённых бандитов, собравшихся «поиграть» с его подружкой-осуждённой. Без оружия!

— Так он всего за декаду да на каторге подружку себе разыскал?!! Да, Джин, удивил. И четырёх вооружённых бандитов…! Как я понимаю, это уровень «альфы», не правда ли?

— Смеёшься, Айвен? А мне не до смеха, поскольку есть и во-вторых. Его психопрофиль полностью не совпадает со снятым специалистами Службы…

— Ну, это-то как раз понятно. Снимали-то профиль в ваших застенках, с клиента, одурманенного психодепресантами! — Ратников никогда особо не интересовался технологией выявления психопрофиля, своего рода «отпечатка пальцев» духовной стороны человека. Президент обладал наивысшей суггестивной группой и просто не нуждался в подобном. Методика определения психопрофиля — прерогатива спецслужб, поскольку позволяет надёжно определить, было ли стороннее вмешательство, меняющее намерения и цели деятельности испытуемого, или нет. Не удивительно, что Мгона так всполошился: резкая смена картинки свидетельствует… да о чём угодно, на самом деле! Ясно лишь то, что человек кардинально изменился…, или на его месте появился кто-то другой, двойник, например.

— Нет, Айвен, даже под действием нейродепрессантов картина остаётся прежней, просто менее выразительной, что-ли. Она сохраняет весь характерный для данной личности спектр. Здесь — будто другой человек. Но я не понимаю, как и зачем могли подменить заключённого по пути на Торгу…

— «Как»? Это совсем не сложно. Подменить заранее приготовленным человечком из экипажа…

— Ну, Айвен, ты, конечно, Владыка, Первый Сенатор и Президент… и можешь не знать подобных вещей, но, поверь моим экспертам, такое без следов провернуть невозможно. Он неизбежно зафиксирует смену статуса и выведет это в логи, а после подчищай — не подчищай, изменяй — не изменяй, а ниточка-то останется. В этом случае ничего подобного. А осуждённый Эвесли полностью изменился. Стал другим человеком.

— Ошибаешься, Джин, — поменял тон на серьёзный Ратников, — тот же самый. Просто синергетическое действие нескольких факторов, а скорее всего, Вельда, привело к пробуждению «альфы». Не меньше, а может быть даже… мда. Естественно профиль при этом сменился. Ничего странного, мы так «пробуждаем» наших детей. Он силён?

— Очень. Я поставил информацию об Эвесли на личный контроль, и мне только что пришло сообщение. Эвесли в одиночку захватил челнок контрабандистов с грузом тка, а затем, при поддержке сил Корпуса Системной Стражи — бриг контрабандистов, расположившийся в ожидании челнока на парковочной орбите.

— Потери?

— Никаких. Увидев Эвесли, бандиты просто сдались, и выглядели при этом изрядно ошарашенными. Вот инфор с записью событий, — Мгона протянул роботу-секретарю тёмно-серую пластину с логотипом Службы Безопасности.

Робот, бесшумно скользя по плотному ковру, переложил инфор в приёмный слот рабочего стола, но Ратников не спешил активировать запись. Он уже примерно знал, что увидит, это внушало тревогу, но и давало надежду. Если удастся переманить Эвесли на свою сторону, клан получит сильнейшую поддержку.

— …и теперь я не знаю, хорошие это новости, или плохие, — услышал Айвен окончание фразы, и его буквально передёрнуло при мысле о том, как могли повернуться события. Случайность…, удача…, но её придётся буквально ловить за хвост!

— Хорошие, Джин, не сомневайся. Я их сделаю такими, но мне придётся отправиться на Периферию. Впрочем, всё равно после окончания Весенней сессии намечено посещение систем будущего Союза, заодно загляну на Торгу. — Ратников немного помолчал, задумавшись, а затем неожиданно скомандовал, — иус, отключить запись текущей беседы, всю информацию о ней уничтожить! А теперь слушай внимательно, Джин, и не дай Бог тебе ошибиться, — Мгона посерел от угрозы, прозвучавшей в голосе его друга и господина, — уничтожить все документы, всю информацию о провокации, аккуратно подправить память всех базовых фигурантов так, чтобы ни шёпота о прошедшей провокации более не осталось. Тебе приказ понятен?

— Да, сэр. Но есть проблема…

— Что не так?

— Специалист, проводившая провокацию, нам сейчас недоступна. Она работает «под прикрытием» и находится на Периферии.

— Не страшно. Если мы столкнулись с «магом», Джин, все обстоятельства этого дела уже им просчитаны. И вряд ли по их итогам бывший шкипер Астурии, волею судьбы оказавшийся на Торге, сильно обижен именно на нас. Между Астурией и Торгийским кланом фактически идёт необъявленная война, в которой провокация — обычный инструмент и с той, и другой стороны. Но существование такой информации опасно. Нельзя допустить, чтобы она попала к кому-то ещё. Ведь номинес, знающий такие подробности, вполне способен развернуть ситуацию в свою пользу. Что я как раз и собираюсь сделать! А пока Эвесли главное не злить и не обижать, а наоборот, всеми силами оказывать поддержку.

— Поддержку? Не похоже, чтобы он в ней нуждался.

— Предложи ему поступить на службу во Флот, — кто он, шкипер первого ранга Гражданской Службы? Значит, в Военной его звание будет гросс-капитан, не так ли? И без всяких вассальных присяг, конечно. Пусть организует внешнюю оборону Торги. Отдай ему эти несчастный бриг, челнок, помоги с их ремонтом, словом, организуй «зелёную улицу». Ты это умеешь. Не подведи. Но сначала «подчисть хвосты» и подготовь мне соответствующий приказ, я подпишу.

— Сделаю, Айвен. Операция по сокрытию и удалению информации потребует не менее полутора-двух месяцев.

— Время пока есть.

— Приказ о назначении — дело нескольких часов. Но как же быть с обязательствами перед кланами? Ведь офицеров на Торгу мы можем назначать лишь по согласованию с Сенатом!

— Так это требование для офиков, и по назначению в Корпус Системной Стражи Торги. Сейчас Эвесли не входит в какой-либо клан, он формально нейтрален, а ранее был офиком Астурии. Да и будет-то ему предложено возглавить подразделение Военного Флота, не Корпуса. Не посланное специально, а создаваемое прямо на Торге из трофейных кораблей. Скажем, для патрулирования и контроля безопасности Лагуны и Озера.

— Один трофейный бриг? Айвен, ты серьёзно?

— Пока один. Потом больше. Кажется, наши планы снова придётся слегка подкорректировать. — Ратников лёгким движением включил связь иуса. — Алиса, вызови ко мне Эберваля, пожалуйста.

*3*

1179-03-22 /19.26. Сфера Периферии, планета Торга, форпост N119.

Дедушка Цао был доволен. Он помог допросить и запрограммировать захваченного «чёрного» дилера. Поначалу Артор хотел просто переписать всё имущество на себя, но выволочка со стороны дедушки Цао на тему жадности и последующая краткая лекция о политике и роли в ней психопрограммирования заставили его изменить намерения. К тому же стоимость грузового флаера была незначительной по сравнению с премией за перехваченный груз тка. Деньги на счету бандита Артор тоже решил не трогать, и бывший пленник, а ныне преданный слуга начинающего мага смог продемонстрировать мафии свою ловкость, вывернувшись из очень неприятной ситуации без всяких убытков для «общества». Теперь Эвесли имел своего надёжного агента в рядах контрабандистов-наркоторговцев, и мог использовать ценнейшую информацию о связях теневой власти Торги с офиками. Без такой информации позиция Эвесли выглядела катастрофически уязвимой.

Убедившись, что урок выполнен, и ученик извлёк все необходимые выводы из случившегося, Цао вернул его к отработке «фильтров», отделяющих чужое-в-себе от собственного. И уже без малого три декады Эвесли на занятиях старика упорно отрабатывал основные виды «фильтров».

Первую декаду, медитируя в удобном кресле в комнате дедушки Цао, Артор учился создавать ровный красный фон перед закрытыми глазами. Получалось с трудом. Нет, сам фон ему удалось создать после нескольких часов тренировки и медитации. И без каких-либо сверх усилий. Но учитель остался недоволен. Как Цао узнавал, что представлял себе за своими закрытыми глазами Артор, ученик не понял, но старик очень точно комментировал: «Углы слишком притемнены, цвет не однотонный». Хотя это были преодолимые трудности.

Труднее оказалось найти подходящее «красное». В конце концов, после вечернего «променада» по Валу Эвесли попытался использовать запомнившуюся картинку рубинового ночного неба Торги, и учитель остался доволен. Ещё пару дней ушло на выравнивание чрезмерно затенённых углов, запоминание и тренировку навыка выведения фона перед открытыми глазами. Ощущение от красного фона было подобно надетым специальным очкам вроде тактических очков абордажных подразделений Военного Флота или Корпуса Системной Стражи.

Именно это ощущение Цао называл «красным фильтром». При любом внешнем воздействии фон шёл волнами как от брошенного в воду камня, поэтому любое суггестивное воздействие или намерение, даже просто слишком пристальное внимание, легко обнаруживалось, несмотря на любые препятствия и маскировки.

Ещё декаду заняла наработка «голубого» фильтра, и, как и в случае с красным, сложнее всего оказалось найти в памяти подходящий цвет. Помогли воспоминания о глубоком весеннем небе Колыбели, и дело пошло на лад. «Голубой фильтр» позволял Артору буквально видеть сторонние суггестивные метки на любом объекте. Так, на Астагеме, Эрриго и Шаубгор он обнаружил странные схожие по форме образования.

«Вассальная клятва офика клану Ратниковых», — скупо прокомментировал Цао, — «примитивно, но действенно. Не трогай!»

Последнюю декаду Артор усиленно тренировался, не упуская красный фильтр, разворачивать поверх него голубой, сначала в виде точки, потом узкой ослепительно голубой линии, потом ещё одного слоя снаружи от красного. Он был уверен, упражнение начало получаться, и сейчас, сидя с традиционной чашкой чая в комнатке учителя, с гордостью ожидал, когда сможет отчитаться о достигнутом.

— Брось! — Резкая команда учителя остановила руку буквально в паре сантиметров от печенья, горкой лежащего на широком блюде. Между прочим, личного изготовления дедушки Цао.

— Почему, Учитель? — Артор не одернул руку, а лишь жалобно заглянул в смеющиеся глаза старика с видом бродяги, не евшего дней сорок. — Разве вы не хотели порадовать своего ученика вкусным печеньем?

— Встань! — рявкнул Цао.

— Из уважения к вам, дорогой дедушка. — Артор поднялся и поклонился.

Старик неспешно оглядел стоящего перед ним ученика и слегка кивнул.

— Ладно, присаживайся. Сначала отчёт, затем печенье.

— Вы так жестоки, Учитель. Но я безропотно повинуюсь, — без тени усмешки ещё раз поклонился Артор. — Отчёт: задание выполнил! Теперь я могу взять вашего восхитительного печенья? — Эвесли неторопливо вернулся в кресло.

— Бери уж, клоун! — засмеялся Цао. — Но расскажи, что же ты увидел, когда прозвучали команды?

— Красный фон ярко вспыхнул, отвлекая меня от безоговорочного исполнения. Я смог проанализировать команду и лично решить, исполнять её или нет.

— Хорошо, — удовлетворённо кивнул головой Цао. — Скажи, ты не видишь ничего странного в предметах, стоящих на полке, в картинах на стене?

— Большая часть фигурок, учитель, и некоторые картины слегка светятся красным. Некоторые предметы или части комнаты — наоборот, голубым.

— Ты имеешь в виду вот этот, — Цао жестом показал, — участок стены, дроида, кухонный бот, живую картину?

— Да, Учитель.

— Хорошо. Вижу, твои фильтры работают. Голубым подсвечены предметы, через которые на нас осуществляется стороннее влияние, например, контроль иуса, красное наоборот, помогает нам защититься. Если бы я собрался на тебя напасть, «красные» предметы мгновенно бы вспыхнули голубым. Смотри!

Единственное, что успел увидеть Артор, — яркую голубую вспышку, затем наступила темнота.

*4*

— Отвратительно, ученик, — это было первое, что услышал Артор, очнувшись. — Твои фильтры слабы, инстинктивная защита не получается. Отныне будешь тренировать защиту. Я попрошу Вельд, чтобы он тоже принял участие в атаках. Будь внимателен и недоверчив к увиденному, только так ты сможешь защитить себя, свою личность от суггестивной атаки. Постоянно держи фильтры, воспринимая их не как лёгкую плёночку поверх обычной картины, а как упругую натянутую до звона прозрачную броневую ткань наподобие боевого скафа абордажника. Попробуем ещё раз. Начали!

На этот раз вал накатывающейся темноты он разглядеть успел, и принял меры. Благодаря этому обступившую его со всех сторон тьму удалось быстро преодолеть, но Артор не расслаблялся и был готов к повторному нападению. Костёр продолжал гореть как и раньше. Эвесли, по-детски опасаясь тяжёлой мрачной тишины вокруг, подбросил ещё пару сухих еловых веток. Пламя вспыхнуло ярче, и Астагем, сидящий почти напротив, одобрительно кивнул головой. За его спиной слегка покачивались толстые распростёртые перья вековых елей.

— Так и правда светлее, бро. Что же ты хотел мне рассказать?

«Стоп. Какой костёр? Какие ели? Я же на Торге, в комнате дедушки Цао!» Артор лихорадочно проверил фильтры и ухватился вниманием за последние несколько минут до сцены с костром. С трудом, благодаря красному фильтру, удалось увидеть едва-едва проступающие перед вековыми елями стены комнаты, вместо костра — столик, а роль Мастера Тома играет, конечно же, «добрый» дедушка. Усилием воли сосредоточив внимание на картинке комнаты, Артор стал аккуратно её проявлять, с некоторым сожалением стирая окружающий дремучий лес, костёр…

— Что ж, неплохо, ученик, но в ловушку ты всё-таки попал.

— Да, но я не ожидал, что всё будет так…

— …Реально?

— Да.

— Теперь будешь опытнее. Вот и первый принцип защиты от суггестии: твоё восприятие должно всегда оставаться непрерывным, в данном случае тебе помогло именно нарушение непрерывности восприятия: ты только что был на Торге, откуда же взяться костру и еловому лесу? Явная лакуна в событиях, да к тому же отсутствие информации об окружающем мире за пределом освещённого костром круга… ты ведь заметил, что за ближними к костру елями ничего нет?

— Не успел, учитель, — огорчённо мотнул головой Артор.

— Ничего, главное, справился. Кстати, во что был одет Астагем?

— Не разглядел. Во что-то бесформенное. В свете костра ярко выделялось его лицо, и остальные детали показались мне второстепенными…

— Это второй принцип защиты: твоё восприятие всегда должно оставаться полным, способным добраться до любой, самой маленькой детали в окружающем тебя мире. Причём за полноту надо хвататься сразу, в самом начале атаки. Особенно за детали, кажущиеся второстепенными. Чем больше времени ты дашь противнику, тем детальнее окажется окружающая тебя псевдореальность, луб. Эти детали должны присутствовать сразу как целое, одновременно. Это — третий принцип. Непрерывность, полнота, целостность. Тебе ясно?

— Да, учитель. Но как быть, если меня оглушили, и я очнулся в незнакомом месте?

— Неплохой вопрос, внук. Раз оглушили, ты, возможно, упал. Тебя как-то несли, транспортировали до этого места. Даже если твой разум, твоё зрение, обоняние и слух были отключены, тело всё равно принимало участие в происходящем, осязало его. Значит, при наличии достаточного контроля, ты вполне можешь прочитать остаточную память тела, воспоминания о том, как оно оказалось в новом для твоего разума месте. Помни, непрерывность всегда можно восстановить, если окружающее тебя реально. Конечно, тебе помогут фильтры. Именно фильтр помог тебе «вынырнуть» из леса с костром?

— Да, дедушка Цао.

— Ладно. Урок понятен? Теперь можешь взять печенье, внук.

Артор протянул руку, но увидел, что блюда с горкой печенья на столе нет. Вместо него в середине стола стояла слегка подсвеченная слабым голубым светом смешная фигурка.

Эвесли поднял изумлённые глаза: старик откровенно смеялся.

— А было ли на столе печенье, ученик?

Артор начал анализировать происшедшее с ним, стараясь понять, было ли блюдо на столе, когда он зашёл в комнату. Было, однозначно было!

— Но как, Учитель?

— Это тоже урок, ученик. Не всё, созданное магией, нереально. Иногда созданное магией получает собственное бытие, и это не мешает ему оставаться иллюзией.

— То есть, если бы я всё-таки взял печенье…

— Ты ощутил бы вкус, аромат, почувствовал бы во рту рассыпчатость спечённого теста, небольшую сытость.

— И всё это оказалось бы иллюзией?

— Почему же? Сытость и прочие ощущения были бы настоящими. И если бы ты вынес блюдо с печеньем, чтобы угостить кого-либо, оно для всех было бы настоящим.

— Как это возможно, Учитель?

— А что такое реальность, ученик?..

*5*

1179-03-22 /15.20. Сфера Периферии, планета Киммерия, город Танаис.

Уже больше двух месяцев Мыкола числился свободным человеком. Ну, почти свободным. Нет, его не стали убивать, посылать на каторгу. После нескольких собеседований куратор от «Избы», молодой лейтенант, подвёл итог. У Визича явный талант к кораблевождению. А потому и сам Визич, и полтора десятков бывших пиратов его команды, — те, что прошли многочисленные проверки Службы Безопасности, получили назначение в Киммерийские отделение Академии Космофлота. Здесь их пути разошлись. Визич, после принятия присяги Клану, попал сразу в поток подготовки младших офицеров, остальным предстояло учиться на специалистов. Такого Визич не ожидал! Ему и его людям — бывшим его людям, конечно, не только оставили жизнь, но позволили получить образование с перспективами отличной работы. И даже если его в ближайший десяток лет не выпустят в Бездну, всё равно жизнь продолжается. Одно лишь смущало думы бывшего пирата. Семья. Как она, удалось ли спасти престарелых родителей, жену, дочку? Майор Сиддик твёрдо обещал, но всё же душу Визича, оживающую после пиратской жизни и застенков «Избы», что-то грызло.

И ещё этот вызов к начальнику потока.

Визич вошёл в раскрывшийся по знаку оф-секретаря створ и вытянулся перед офицером, устало сидящим в кресле за рабочим столом.

— Разрешите, сэр? Курсант Визич, господин флаг-капитан, сэр, по вашему приказанию.

— Визич? — офицер перевёл глаза от видимых только ему данных на стоящего перед ним человека. — А, да. Возьмите! — флаг-капитан махнул рукой на робота-секретаря, и тот, неспешно подъехав, протянул Мыколе стандартный скрин. — Вам Служба Безопасности от своих щедрот выделила квартиру. Сегодня до конца дня и следующие сутки предоставляются вам для обустройства. Не в ущерб вашему обучению, конечно. Пропущенный материал изучите самостоятельно и сдадите в виде отдельного теста. Вольно. Идите.

Чётко развернувшись, — все военные ритуалы и шагистику в Мыколу буквально что вбили за неделю, — с лёгким недоумением курсант вышел из кабинета начальника потока и с любопытством взглянул на скрин. До сих пор ему приходилось ютиться в пенале общаги площадью десять квадратов и, честно говоря, считал, что это надолго. Хотя Сиддик и обещал квартиру, но Визич полагал это ещё одной сказкой, необходимой, чтобы приручить дикаря-варвара из Сферы Глуши. По ибру он заказал напрокат скутер Академии. До Танаиса от зданий Академии было километров сто, а ждать общественного флаера не хотелось. Чего ждать-то — здесь всего минут двадцать лёту.

Километровые башни столицы Киммерии видны были и от Академии. Визича, привыкшего к патриархальной глуши, вид Танаиса просто завораживал. Сияющие на солнце устремлённые ввысь небесно-голубые стрелы расходились от центрального полутора километрового пронзающего небо клинка на шесть сторон. Ни одна из них не затеняла другую, для этого расстояние между башнями было слишком велико, не меньше километра, на взгляд. Понизу пронзающие небо стрелы соединялись платформами, переходами, туннелями, из которых возвышались башенки поменьше, метров по сто-двести высотой. Производственные здания биофов и рециклинга, склады. Вглубь планеты город опускался ещё метров на двести, именно там находилась городская энергостанция с блоками эноров, унипрэнов и вспомогательных систем, хранилища воды и других коммунальных ресурсов, а также основные мощности фабрики рециклинга.

Здесь, в обновлённой столице Киммерии, Танаисе, проживало больше десяти миллионов человек. Хотя площадь города едва превышала полсотни квадратных километров, никто не чувствовал себя стеснённым. Танаис своим великолепием превосходил, по мнению Визича, города Колыбели, по крайней мере, те несколько, которые он смог увидеть перед отлётом.

Оставив скутер на парковочной площадке нужного этажа «своей» башни, Визич, сгорая от нетерпения и какой-то тревоги, прошёл к створу выделенной ему квартиры и осторожно вошёл внутрь. Ему на шею с визгом бросилось что-то маленькое, родное…

— Маша! — Визич обессилено сел на пол, обняв дочь, и заплакал. Среагировав на визг, в холл вышли родители и жена. — Родные мои, — прошептал Мыкола, — глядя в удивлённые и немного укоризненные лица родителей и ошарашенные глаза жены, — мои родные…

— Ты поступил на службу, сын? — Отец указал на пепельно-серую форму курсанта. Надо же, Визич настолько с ней сжился, что перестал обращать внимание.

— Учусь, отец, в Академии Космофлота, — после небольшой паузы Мыкола добавил, — всё оказалось не совсем так, как представлялось из дома. Старого дома, — поправился он. Как всё было?

— Страшно, сын. Очень страшно. Твои приятели, — хмыкнул отец произнеся это слово, — драпанули от Военного Флота как тараканы от тапка. И с таким же успехом.

— К вам пришёл Военный Флот?

— Да, Мыко. Сотни кораблей. При их выходе в северном полушарии Тортуги сияло всё небо. Все боялись, что их убьют. В конце концов, мы причинили им много горя.

— И…?

— Не убили никого, кроме немногих идиотов, схватившихся за оружие. На Тортуге военное положение, всем управляет адмирал. Да не простой, а брат самого Президента Колыбели, — с непонятной гордостью сказал старик. Отец Визича корсарствовал лет пятьдесят, пока не стал слишком стар.

— Как вы?

— Затаились, как смусы в траве! Думали, авось пронесёт? Не пронесло. Буквально через несколько часов после начала высадки к нам пришли десантники во главе с офицером в чёрной форме.

— Это Служба Безопасности.

— Мать и твоя жена перепугались, а я, — да что мне терять, я уже старый, — вышел навстречу. Думаю — всё…

— Да что ты, деда, они были такие вежливые, и офицер даже ничего, симпатичный!

— Молчи, Маша, постыдилась бы говорить такое! — вмешалась мать.

— Оставь! — махнул рукой Визич, — вежливые, говоришь?

— Да. Офицер сразу сказал, собирайтесь мол, здесь вас не оставим, а отвезём к Мыколе. И вот — такая квартира! И ещё — Машке прививки какие-то сделали, да и нам тоже. Говорят, теперь болеть не будем, да и проживём побольше. Ну, дай-то Бог!

Мыкола, глядя на родителей, обнял жену, и на душе стало тепло.

*6*

1179-03-23 /10.00. Сфера Глуши, система Малагасия.

Диего Сиддик, майор СБ, начальник Службы безопасности Малагасии внимательно смотрел на бывших пиратов, сгрудившихся под пристальным взглядом охранников за прутьями ограждения. Целая толпа.

Месяц. С начала оккупации Малагасии прошёл месяц, а захваченные на берегу представители «Звёздного братства» с тех пор сидели по одиночным камерам. Не так жёстко, как Визич в изоляторе «Избы», но всё же месяц неопределённости, беззащитности. Для людей, привыкших к самостоятельному решению проблем, уже это — пытка.

Сиддик строго следовал методике, предложенной экспертами-аналитиками. Ему были нужны эти люди на службе Клану, добровольно, и ломать их майор — а теперь без пяти минут командор — не хотел. Все они в момент вторжения не пытались удрать, а пошли на службу в милицию Малагасии, не заботясь даже о каких-то ложных биографиях, легендах. Хотя могли бы. А раз не стали, значит, уже готовы сменить вольницу «Звёздного братства» на дисциплину повседневной службы. Поэтому, в соответствии с рекомендациями специалистов по социальной динамике, их дня три назад начали выводить на совместные прогулки во внутренний дворик, образованный пеналами временного изолятора. И вот сегодня заключённые передали через охрану, что просят встречи. Ну-ну.

— Я — Диего Сиддик, майор Службы Безопасности, возглавляю данную структуру здесь, на Атолле Малагасия. Мне передали, господа пираты, что вы просили о встрече?

Небольшой взрыв бормотания и перешёптываний закончился быстро, почти мгновенно, и Сиддик где-то внутри улыбнулся точности предсказаний аналитиков. Один из пиратов, высокий, худощавый, тёмноволосый с большим «орлиным» носом вышел вперёд, к самым прутьям прогулочного дворика. По кивку майора охранник отомкнул калитку в решётке и подпустил заключённого к Сиддику.

Ибр быстренько выдал краткую аналитическую справку.

Морис Леблан, командир рейдера «Звёздная лань», барк поколения «двадцать три», шестьсот килотонн, двадцать четыре пушки, пятьдесят шесть человек постоянного экипажа, удачливый корсар, возрастная группа шесть или самое начало семи. Личный номер отсутствует. Старается избегать лишних жертв как в собственной команде, так и на захваченном призе. Ни в каких гнусностях типа пыток, изнасилований, продажи людей в рабство, замечен не был, хотя рабов покупал для нужд своего имения. Наркотиками не торговал, хотя несколько раз сдавал оптом захваченные вместе с призом грузы заинтересованным покупателям. Судя по поведению, лидер группы «бета», латентный, конечно. Вителонгином не обрабатывался, универсальной прививки не имеет. Женат. Кстати, на выкупленной у другого пирата рабыне. Жена — Рашель Леблан, в настоящее время беременна. В семье уже есть один ребёнок, дочь Маргарита Леблан, 4 года.

Да, всё понятно. Очень перспективный объект, заинтересованный в стабильности и в надёжной защите для семьи и «своих» людей.

— Здравствуйте, Морис. Что вы хотите мне сказать?

Мимолётное удивление едва-едва проявилось на лице корсара, но мгновение спустя он снова надел маску вежливого безразличия, хотя в уголках глаз ещё горел огонёк надежды. Леблан с достоинством поклонился и внимательно посмотрел в глаза майору. Ничего, кроме ответной вежливости и терпеливой готовности слушать представителя заключённых, он не увидел. Диего Сиддик «держал паузу». Морис заторопился, этот разговор больше нужен ему и доверившимся ему людям, а не «безопаснику», вдруг тот просто развернётся и уйдёт?

— Мы все согласны, господин майор, — ещё раз поклонившись, громко произнёс Леблан.

— Вот как? — поднял бровь Сиддик. — С чем же, позвольте узнать, вы согласны? Я не делал ещё никаких предложений.

— Со всем, господин майор, — грустно улыбнулся пират, — с любым вашим решением, сэр. Только пощадите наши семьи, позвольте им жить.

— Вот как? Здесь более полутысячи пиратов, Морис. Они все согласны с вами?

— Да, сэр. Мы остались не столько из-за неисправности кораблей, сколько ради наших семей. Если бы мы скрылись, вы могли бы превратить их в заложников.

— Но-но, Леблан, не мерьте всех своими мерками.

Пират просто развёл руками.

— Значит — на всё согласны? Даже если вам придётся идти на службу в Пограничный Флот и охотится на бывших коллег по пиратскому промыслу?

— Да, сэр. Специфика корсарства не предполагает наличия каких-либо друзей за пределами собственной каюты, а на других кораблях их нет точно. Мне, да и прочим здесь, — Морис махнул рукой на толпу за решёткой, — и раньше приходилось сражаться с кораблями «Братства», так что без проблем.

— Надеюсь, вы понимаете, что у Службы есть возможность обеспечить безоговорочную лояльность?

— Какой-нибудь чип, сэр? Я же говорю, мы готовы на всё. Я уже немало пожил, молодость миновала, меня вы ничем не удивите.

— Да? Сколько же вам лет, Морис?

— Скоро будет пятьдесят стандартов, сэр. Так что жизнь почти прошла. Без обид, сэр! Вы ещё молоды, и вряд ли меня поймёте!

— А по-вашему сколько лет мне?

— Чуть за тридцать, майор, сэр.

— Скоро будет семьдесят пять, Морис. Вы мне в сыновья годитесь. — Леблан распахнул глаза в откровенном изумлении. — Неужели вы здесь не слышали о вителонгине?

— Вителонгин? Это безумно дорого…

— Я обещаю, Морис, и можете передать вашим товарищам, что все ваши дети получат и универсальную прививку, и вителонгин. В Конфедерации двести лет жизни — далеко не предел. И для вас всех, — конечно, в вашем возрасте вителонгин не столь эффективен, — срок жизни в полторы сотни лет вполне реален. Так что Клану есть, чем обеспечить лояльность без всяких чипов.

— Я расскажу об этом всем, сэр.

— Я на это и надеюсь. Заодно объясните, что все вы пока ещё преступники, всё ваше имущество конфисковано. Но вместо каторги вам предоставят возможность получить образование в Киммерийском отделении Академии Космофлота, принести присягу и получить работу на кораблях и судах Клана. Аналогичную присягу принесут и ваши близкие. Вы их встретите на борту транспорта, подготовленного для рейса на Киммерию. Надеюсь на вашу преданность, Морис.

— Мы не подведём, спасибо, сэр.

— Я в этом уверен, Морис. Что-то ещё?

Бывший пират взволнованно поднял глаза.

— Не сочтите за дерзость, сэр. Не могли бы вы намекнуть, что произошло с прочими, с теми, кто попытался удрать?

Взгляд Диего Сиддика стал тяжёлым и жёстким.

— От Военного Флота удрать не возможно, Морис. Не на ваших лоханках. Пока нет данных о двух рейдерах — «Тёмном хищнике» и «Весёлом скунсе», но их преследуют и, без сомнений, обезвредят. Остальные перехвачены и либо задержаны, либо уничтожены. Пираты и бандиты с захваченных кораблей пополнят стройные ряды каторжан. Это всё?

— Да, сэр. Разрешите идти?

— Идите, Морис. Донесите до всех остальных, Клан не бросает своих людей и обеспечивает их социальные нужды, в том числе вителонгин, универсальную прививку, медицинскую помощь, жильё. Но за это требует безусловной верности и самоотверженной работы. По способностям, Морис.

— А что делать тем, у кого никаких способностей нет? — зябко передёрнул плечами Леблан.

— Так не бывает! — отрезал Сиддик. — А уж вам всем нечего сомневаться. Почему-то мне кажется, что готовность пожертвовать собой ради родных и близких, — способность наиважнейшая, не так ли?

*7*

1179-03-23 /10.00. Сфера Глуши, Бездна, корабль Военного Флота «Селенга».

— В полулисте по курсу — земля! — закричал специалист службы контроля гравитационных детекторов. — Командира на мостик!

По всему кораблю раздался сигнал тревоги. Специалисты и офицеры экипажа, свободные от вахты, спешили на свои посты с некоторым облегчением или даже с некоторым предвкушением. Почти месяц погони за двумя рейдерами братства успели уже всем надоесть. Ещё в самом начале Павел Саблин, фрегат-капитан, командир корабля, решил, что за рейдерами хорошо бы проследить. Интересно же, куда они так резво намылились?

Резво по их меркам, конечно. «Селенга» легко бы их настигла, даже не поднимая всех парусов, но вот дальше начались бы проблемы. В Бездне превосходство фрегата в огневой мощи ничего не значило. Ни ракеты, ни лучевое, ни кинетическое оружие не были способны преодолеть даже метр Бездны, а потому просто не применимы.

По всем правилам фрегату требовалось уравнять скорости с атакуемым кораблём, сблизившись на десятитысячную лайса, практически в упор. Затем, сближаясь ещё больше, синхронизировать гравитационные поля абордируемого судна, создав общий для обоих кораблей «кокон» трёхмерного пространства и, угрожая тяжёлым вооружением, — на фрегате, между прочим, установлен гравитатор, как раз для таких случаев! — заставить противника сдаться, выслать на катерах абордажную группу, — и всё. Или сблизившись на сотую лайса пустить в дело гравитатор, повредить такелаж корабля, заставить его сдаться, а дальше — по другому варианту того же плана.

По плану-то всё хорошо, но рейдеров два, а значит, один гарантированно уйдёт, чего совершенно не хотелось допустить. Корвет Службы Безопасности «Облако», сопровождающий «Селенгу», проигрывал в боевой мощи рейдеру пиратов, а потому в открытом бою не мог быть самостоятельной единицей. Поэтому «Селенга» и «Облако» неторопливо последовали за спешащими куда-то изо всех сил пиратами в надежде, что они где-нибудь покинут Бездну. А уж в трёхмерном мире даже двум рейдерам поколения «двадцать три-эс» ничего не светит против новейшего фрегата поколения «пятьдесят один», даже если не брать во внимание «Облако» с его четырнадцатью пушками.

Павел неторопливо уселся в капитанское кресло и всмотрелся в приближающуюся гравитационную аномалию. Рабочий пульт моделировал четыре трёхмерные картинки окружающей Бездны по каждому из координатных пространств. Огромный трёхмерный экран, раскинувшийся вокруг командного мостика, демонстрировал синтезированную из координатных пространств наиболее вероятную трубку событий.

— Навигатор!

— Сэр?

— Я ошибаюсь — или перед нами действительно материковый склон?

— Очень похоже, сэр. По-крайней мере, в трёх координатных пространствах границы гравитационной аномалии не обнаруживаются.

Море Локуса, вблизи центра которого находится Архипелаг Колыбели, — овальный мешок Бездны, окружённый со всех сторон мелями с мерностью не больше трёх и двух десятых эм. Аналогичные мешки-моря соединяются с Морем Локуса узкими, по масштабам Космоса, проливами, и такой же пролив открывает Бездну Океана, разделяющего рукава Галактики. Мало кому из капитанов кораблей удавалось увидеть берега Моря Локуса, выглядящие в трёхмерном мире как огромные скопления межзвёздного газа, в котором редкими фонариками сияют яркие звёзды. Красные и голубые. Очень редко оранжевые и почти никогда — жёлтые. Эти звёзды обычно не имеют каменных планет в «зелёной» зоне, а часто и самой благоприятной для жизни зоны, а потому не представляют интереса для кланов и свободных торговцев. Всё, что есть в «материковых» звёздных системах, соединённых узкими гамма-ветрами Фьордов, доступно и ближе, значительно ближе.

Система, в которой собирались всплыть пираты, ничем не выделялась среди прочих таких же. Судя по показаниям гравитационных детекторов, их ожидала голубая звезда и, скорее всего, без «зелёной» зоны. Никчемное место. Что здесь понадобилось бандитам?

— Как далеко мы забрались?

— Без всплытия сказать трудно, но примерно сто восемьдесят — двести листов от Колыбели. Полсотни или чуть больше от Малагасии. Это Дикие Земли, сэр.

— Интересно. Вахтенный, где рейдеры?

— В десяти лаймах перед нами, сэр. Нас они, скорее всего, не видят, мы идём далеко за пределами обнаружения детекторов поколения «двадцать три», а на более мощные у них просто нет ресурсов. Так что нас пока не видят, сэр. Но сейчас рейдеры начинают торможение до скорости всплытия, и имеют для этого неплохие шансы.

Ситуация обострялась. Не то, чтобы рейдеры могли бы справиться с фрегатом Военного Флота, нет. Но аномалия мешала работе детекторов, и враг мог просто ускользнуть от преследователей и затеряться в Бездне. С одной стороны надо подойти поближе, чтобы не упустить пиратов, с другой — не спугнуть. Если враг всплывает, заманчиво замаскировать его гиперследом собственные «звёзды» выхода и ударить по нему сразу, пока не опомнился. С другой… что их, эти рейдеры, сюда занесло? Очень далеко, почти сто листов от Киммерии, больше пятидесяти — от Малагасии, никаких торговых путей поблизости. Что здесь, тайная база «Звёздного братства»? Тогда есть немалый риск нарваться на целую группу пиратских кораблей, на стационарный форт.

Можно, конечно, выйти из альфа-потока и тихо, на «мягких лапках», войти в систему где-нибудь на краю Лагуны, разведать ситуацию и атаковать расслабившегося противника. Но если рейдер зашёл транзитом, и сразу начнёт разгоняться дальше? Нет, пиратов нельзя упустить. Решено.

— Вахтенный!

— Да, сэр?

— Сигнал для «Облака»: идти строем уступа в трёх лайсах. Делать, как мы. Ну что, дамы и господа, наша погоня подходит к концу. Всплываем за рейдерами и сразу их атакуем. Ганни!

— Всё готово, расчёты на местах.

— Атакуем сразу оба рейдера полным первым залпом, четверть — адибы, остальные — джибы. Цель — формгравы мирдов. Затем, без паузы бьём лёгкими дайками, и, снова тяжёлыми, как в первом залпе. Сближаемся, если понадобится, бьём гравитатором по одному, абордаж. Абордажной группе — предварительная готовность. Выполнять!

*8*

— До всплытия — три, два, один… есть! Корвет «Облако» вышел в трёх лайсах от нас, сэр, — возбуждённо воскликнул нави. — Противник впереди, в четырёх лаймах, выполняет разгон на выход из системы! Вы оказались правы, сэр.

— Повезло! Иус, закрыть иико, открыть пушечные порты, курс на сближение. Ганни, передать план стрельбы на «Облако».

— Выполнено! Мирд на полной мощности, ожидаемое время сближения до десяти лайс — час и десять.

— «Облако» подтверждает готовность к открытию огня.

— Что ж, пора! Огонь, ганни, огонь!

— Ракеты первого залпа… ушли, — прокомментировал иус. — Ракеты второго залпа… ушли. Идёт перезарядка тяжёлых пушек… Готовность к стрельбе — пятнадцать секунд.

— Синхронизировать третий залп с «Облаком».

— Ракеты третьего залпа… ушли. Синхронизация — восемьдесят процентов. Ожидаемый контакт с целями — шесть минут. Джибов для следующего залпа недостаточно.

— Перезарядить на кибы. Цель — пушечные порты. Согласованный огонь по готовности «Облака»!

*9*

На момент пуска ракет пиратские рейдеры находились в полулайсе друг от друга и разгонялись с ускорением четыреста двадцать грас в сторону второй Лагуны этой звёздной системы, край которой достаточно близко подходил к орбите планеты-гиганта. До ухода в Бездну рейдерам «Звёздного Братства» нужно было пройти около пятнадцати лиг, на что требовалось чуть менее суток. Конечно, фрегат-капитан Саблин не собирался давать пиратам столько времени.

Уже через четыре минуты они обнаружили преследователей, ещё через минуту — пуск ракет. К этому времени ракеты первого залпа находились уже в двух лаймах от них, и на пол-лайма отставали от них ракеты третьего. После резкого и кратковременного первоначального разгон они шли с выключенными двигателями, и потому ещё не были обнаружены, но их скорость превышала скорость рейдеров почти в сотню раз.

Лёгкая паника расслабившихся пиратов подарила атакующим ещё секунд тридцать. На рейдерах едва успели привести в состояние готовности кластеры обороны, когда ракеты первого залпа, находящиеся в лайсе от них, начали повторный разгон к целям. В этот момент девять адибов сработали, создав в сумме девяносто ложных целей. Из остальных двадцати семи ракет восемнадцать атаковали один из рейдеров, девять — второй.

Кластеры успели дать один залп, но невыгодные углы атаки и значительное число ложных целей сделали оборону малоэффективной.

Почти пятнадцать тяжёлых джибов, несмотря на все отчаянные усилия обороняющихся, ударили по цели, погасив мирды и парализовав работу половины кластеров обороны на одном из рейдеров. Шесть ракет, попавших по второму рейдеру, серьёзно повредили мирды и лишили его половины возможного ускорения.

Пираты попытались нанести ответный удар, и их залп почти не уступал плотности огня кораблей преследователей. Однако уже на участке первого разгона тридцати одной средней ракеты первого залпа их встретили включившие свои системы наведения шесть десятков лёгких ракет второго залпа. Они сделали небоеспособными двадцать семь ракет противника, а оставшуюся четвёрку уничтожили кластеры обороны фрегата. Уже в этот момент результат скоротечного боя стал для всех очевиден.

Командиры рейдеров успели отдать приказ заглушить мирды и передать сигнал о сдаче до начала повторного разгона ракет третьего залпа, поэтому уцелели. Вряд ли слабый рангоут пиратских кораблей, переделанных из старых каравелл, выдержал бы ещё одну атаку гравитационных боеголовок.

Ещё через двадцать минут абордажные группы, высадившиеся на теперь уже бывшие рейдеры «Братства», подвели итог космическому бою. Не оказав сопротивления, пираты сдались.