ТОРГА-КАТОРГА. ЧАСТЬ II

*1*

1178-09-26 /20.55. Сфера Периферии, планета Торга, форпост N119.

Сто девятнадцатый форпост оказался типовым куполом для планет, условно-близким к Колыбели по характеристикам внешней среды, рассчитанным тысяч на десять населения. Условная близость означает кислородную атмосферу, пригодную для дыхания совсем без ограничений или с немногочисленными оговорками, не связанными с аборигенной биологической активностью. А также сходное со стандартным давление атмосферы и температуру вблизи точки замерзания воды плюс-минус градусов двадцать-тридцать. Такие купола оборудуются соответствующими по мощности энором, унипрэнами и замкнутой системой рециклинга. В типовой комплект входит и просторный ангар с шлюзом для приёма нескольких крупных транспортов — катеров, челноков, флаеров и две дюжины шлюзов поменьше, предназначенных для вылета небольших личных флаеров, скутеров или пеших прогулок. Последнее, конечно, для любителей местной природы.

Купол был покрыт тонким слоем пыли, из чего Артор сделал вывод о довольно сильных ветрах, время от времени тиранящих поселение, и о том, что по некоторым вопросам лоции нужно доверять.

Отличал данный купол от его аналогов, которые бывший шкипер Эвесли повидал в изрядном количестве на других планетах Периферии, вал высотой от тридцати метров с запада до пятидесяти с востока, опоясывающий форпост со всех сторон. Толщина Вала в основании не превышала полторы сотни метров.

Размеры, очевидно, тщательно рассчитал иус поселения так, чтобы вал успешно защищал форпост от пылевых бурь, действительно весьма обычных в межсезонье. То есть в коротком промежутке между жарким летом и нехолодной зимой.

Вокруг форпоста простиралась по ощущениям бесконечная и по настроению унылая равнина, заросшая далеко отстоящими друг от друга кустиками тка. До самого горизонта, куда не кинь взгляд — тка, и ничего больше. Артор машинально отметил, что без помощи спутников-дронов и сигналов форпоста ориентироваться в этом однообразии невозможно. В любом направлении всё одинаково. Вельд хорошо просматривался из окон пассажирской кабины старенького флаера, рассчитанного на полсотни пассажиров. Сейчас он был заполнен едва ли наполовину. Флаер аккуратно опустился на небольшую площадку, подняв быстро осевшее облако пыли, и неспешно вплыл в гостеприимно распахнувшийся створ шлюза.

*2*

Всех новоприбывших, — их оказалось десятка полтора, — Томмар Астагем привёл в малый конференц-зал форпоста. Его помещение было рассчитано человек на сто, так что все свободно разместились на креслах первых трёх рядов. Усталость брала своё, но голод и непрерывный стресс последних нескольких суток не позволяли замученным людям расслабиться. И правильно. Минут через десять ожидания в зал вошли мастер-сержант Системной Стражи, мужчина, по виду ровесник Эвесли, и молодая женщина лет сорока-пятидесяти в такой же пепельно-серой форме и пятью кружками специалиста-эксперта в петлицах.

— Всем встать, — скомандовал Астагем, и заключённые вскочили со своих мест, запуганные опытом своего общения с представителями Стражи. Мастер-сержант и специалист прошли к столам-пультам, расположенным по краям зала, неторопливо осматриваясь.

— Вольно, поселенцы, — мягко сказал мастер-сержант, удобно усаживаясь за ближайший к нему стол. — Я, Диего Эрриго, — комендант форпоста номер сто девятнадцать и в этом качестве представляю гражданскую и военную администрацию в этом маленьком поселении. Госпожа специалист-эксперт — Диего показал на женщину, с достоинством устроившуюся у другого стола-пульта — и я ненадолго займём ваше внимание и постараемся сообщить необходимый для вашего выживания минимум информации. Затем староста форпоста, господин Астагем, вы уже его знаете, объяснит распорядок вашей будущей жизни, распределит по квартирам, поставит на довольствие, и, наконец, отведёт в нашу столовую. Но сейчас, для начала, несколько слов о месте, куда вы попали. Итак, — Эрриго активировал пульт, и перед заключёнными засияло изображение оранжевой звезды с искорками планет вокруг.

— Система Торги — изолированная от прочих звёздная система, то есть Атолл, с относительно пологим порогом. Ни в одном месте Устья и Лагуны склон не превышает двух минут при тысяче грас. Видимый край Атолла, альфа-вход в Устье Лагуны, находится в зените в восемнадцати лигах, в плоскости планетарного диска — в полулисте. Ближний к планетарному диску край Лагуны расположен всего в одиннадцати с половиной лигах в зените, то есть Устье длинное, почти восемь лиг, и весьма подходит для неспешного торможения на сотне грас. В районе орбиты Торги Лагуна всего в десяти лигах, а у орбиты внешних планет, Имира и Мимира — восемь. Единственный устойчивый гипер-ветер имеет тип альфа. Гамма-ветер отсутствует. Среднее расстояние до мира Колыбели — девяносто восемь листов. Время коммерческого полёта двадцать пять — тридцать суток, от швартовки до швартовки, но если сильно торопиться, можно добраться и быстрее. Звезда спектрального класса К имеет, как вы могли заметить, оранжевый цвет и ширину зелёной зоны всего в два лайма, от двух до четырёх лайм от звезды, в которой находится лишь одна планета, вторая в этой системе. Она, как и звезда, волею первооткрывателей называется Торга.

Эрриго показал на одну из искорок, которая неторопливо раздулась до размера полутораметровой вращающейся сферы.

— Первая планета расположена слишком близко к звезде и пока не входит в сферу интересов местной администрации. Третья планета системы по своим размерам подобна Торге, однако не имеет плотной атмосферы и расположена в 8 — 10 лаймах от звезды. На Третьей, — никто и не пытался придумать оригинальное название, — расположены промышленные рудники.

— Кроме трёх планет каменной группы в системе есть богатый минеральными ресурсами астероидный пояс и две газовые планеты, Мимир и Имир. Фрея, второй спутник Мимира, и Фиона, первый спутник Имира, помимо плотной атмосферы имеют богатые ресурсы сырья для производства КМО, а в атмосфере Имира расположены платформы по добыче сырья для эноров.

Эрриго жестом руки отключил изображение и после небольшой паузы добавил.

— Это лишь общая информация, которую я в соответствии с законами Конфедерации обязан сообщать всем новоприбывшим. А теперь, в силу особых причин, по которым вы все попали на Торгу, я хочу предупредить осуждённых. Нарушения дисциплины недопустимы. За любой проступок с вашего персонального счёта изымается штраф, и если сумма долга превысит тысячу суточных норм добычи, вас изгонят с форпоста. Предлагаю посмотреть, как происходит изгнание оборзевшего осуждённого, посмевшего оказать сопротивление сотруднику Корпуса Системной Стражи. Данное событие произошло тридцать пять стандартных суток назад на форпосте пятьдесят семь.

Свет в помещении почти погас, и перед осуждёнными возникла трёхмерная картинка шлюзовой камеры с трёхместным скутером в центре. Разомкнулись створы дверей, и в помещение впихнули человека в уже знакомой оранжевой робе с оранжевым мешком на голове. Его руки были стянуты за спиной белой лентой. Сходная лента на ногах позволяла делать только маленькие шаги. Сзади осуждённого держал за воротник комбинезона дюжий мастер-сержант в форме Корпуса Системной Стражи. Следом за ним в помещение вошли ещё двое в такой же пепельно-серой форме. Втроём они загрузили осуждённого в грузовую корзину скутера. Два младших чина — просто специалисты, если судить по двум кружкам в петлицах — заняли места водителя и пассажира. Мастер-сержант встал по стойке смирно и громко произнёс: «Приговор — исполнить!». «Есть, мэс!» — откликнулись его подчинённые и через широко открывшийся створ вывели скутер в Вельд Торги.

Следующая сцена показала, как с остановившегося среди зарослей тка скутера грубо выкинули осуждённого. Пассажир скутера, наклонившись к лежащей на земле фигуре, странным резким движением сорвал оранжевый комбинезон и снял мешок с головы осуждённого. Брезгливым движением ноги перевернув его лицом вверх, он неторопливо занял пассажирское место скутера, который сразу ушёл из поля зрения. Око левитирующей стереокамеры приблизилось к осуждённому, показывая крупным планом лицо, наполненные страхом карие глаза. Выражение глаз медленно наполнялось непритворным ужасом, а вокруг лица постепенно разрасталась белёсая дымка, превращающаяся в облако… Но за несколько мгновений зрители успели в подробностях рассмотреть, как кожа на человека иссохла, стала похожей на пергамент, а затем начала сворачиваться в хлопья, отпадающие прочь, на песок Вельда.

Зрители неосознанно поежились и будто сжались. Эрриго невозмутимо погасил изображение.

— Этот эпизод и некоторые другие моменты пояснит миз Ребекка Шаубгор. Прошу вас, миз.

Женщина-эксперт даже не изменила своей позы, быстрым взглядом убедившись, что внимание новоприбывших целиком приковано к ней.

— К сожалению, в силу неизвестных причин, ни льда, ни воды в сколь-нибудь заметном количестве в системе нет. Если вынести в Вельд стакан воды, вы увидите у его поверхности белёсый пар. Буквально через десяток минут стакан будет сухим — вся вода испарится. Точнее, просто бесследно исчезнет. За последние пятьсот лет в атмосферу Торги поступило, наверное, целое море воды, однако доля водяных паров у поверхности в самом влажном месте не превысит и тысячной процента. Любая влага исчезает с поверхности незащищённого тела за считанные минуты, по этой причине приговорённый к изгнанию быстро погибает от обезвоживания. Торга вытягивает всю воду до последней молекулы, так что иссохший труп рассыпается в пыль.

Ребекка вновь запустила изображение, давая задыхающимся от ужаса осуждённым полюбоваться агонией оставленного в Вельде преступника до самого последнего момента, когда оставшийся прах подхватил и развеял случайный порыв ветра. Зрителям показалось, что прошёл, по меньшей мере час-другой, но бесстрастный хронометр зафиксировал только пять минут. То, что пять минут назад было человеком, превратилось в прах.

— Человеческое тело почти на восемьдесят процентов состоит из воды, знаете ли, — скромно улыбнулась женщина, — так что результат её изъятия очевиден. Запомните: в системе Торге нет открытой воды! Ни в виде газа, ни в виде жидкости, ни в виде льда. Никакой воды. Нигде в этой долбаной системе!! Растения даже в орбитальных комплексах почему-то чахнут и, как правило, не цветут. Вода и вся пища привозится из других систем и по этой причине стоят недёшево. Ежегодный импорт находится в районе сотни мегатонн, в основном вода. Его стоимость покрывается экспортом — до сотни мегатонн сырья для производства комео и топлива для эноров. Но основная статья дохода системы — листья тка, сырьё для вителонгина и некоторых дорогих лекарств. Нужда населения Конфедерации в листьях тка составляет примерно мегатонну и полностью удовлетворяется нашими поставками. Эта величина, распределённая на всех добытчиков, является основой для расчёта базовой нормы добычи. Пока вы её выполняете, к вам нет претензий, нет штрафов. Ваш счёт растёт, позволяя пользоваться благами цивилизации. Растёт к вам и доброе отношение администрации. Надеюсь, такие простые взаимоотношения вам понятны?

Женщина оглядела слушателей и чему-то удовлетворённо кивнула.

— Добыча тка — дело непростое. К счастью, атмосфера Торги великолепно подходит для человека, и в скафандре, даже лёгком, нет нужды. К сожалению, атмосфера Торги не содержит воды и активно высасывает её из всех доступных источников. По этой причине на открытом пространстве необходимо носить специальные изолирующие маски. Каждый из вас получит комбинезон, маску, рюкзак для листьев тка. Каждому будет выделен постоянный участок для сбора и личный скутер, поскольку участок может быть расположен очень далеко. Каждый восстановивший статус гражданина получит личное оружие — шокер гражданского образца, чтобы всякий поселенец мог защитить собранный урожай от завистливых коллег-поселенцев. Да, есть и те, кто с радостью и без жалости отберёт собранные листья, поскольку тка является не только сырьём для производства вителонгина. Это — источник проторгина, сильнейшего наркотика, привыкание к которому происходит уже с первой дозы, а излечение занимает годы. Если вообще происходит. Будьте бдительны и осторожны, вы пока для граждан Торги только дичь, рабы. И — увы! — пока не улучшите свой социальный статус, так и будет. Но чтобы вы не чувствовали себя слишком беззащитными, помните, вы — мои рабы, и я не позволю другим вас обижать. Кстати, и я, и комендант, тоже будем бдительны. И безжалостны. Каждое мгновение вы будете находиться под контролем иусов — ибра, скутера, вашей квартиры, форпоста. Возможно, знание об этом удержит вас от опрометчивых поступков.

Ребекка бросила взгляд на Эрриго, и тот молча кивнул.

— Естественно, личные вещи потому и называются личными, что ими может воспользоваться только их владелец. И, конечно, уполномоченные сотрудники Службы Безопасности и Корпуса Системной Стражи. Пока вы не вернули себе статус гражданина, в любой момент. Потом — только по решению суда. Правда, суд на Торге простой — никаких присяжных, никакой бюрократии. В состав суда на форпосте входит три человека: комендант, я и староста, господин Астагем. Никаких адвокатов, никаких апелляций. Здесь вам не там! Здесь тут!!! — Ребекка хищно усмехнулась. — А поскольку все мы — люди занятые, суд всегда недоволен самой необходимостью отрываться от более важных дел. Это, естественно, отражается на приговоре.

— Что, миз? Да, да, результат работы суда вы уже видели…

— Постоянный контроль за состоянием вашего здоровья осуществляет ибр. Он же является универсальным документом для всякого человека, находящегося на Торге, вне зависимости от его социального статуса, — миз Шаубгор продемонстрировала собственный браслет. — Снять вы его не сможете, да и не к чему вам его снимать! Но для особо любопытных поясню: при снятии браслета личный счёт приговорённого снижается до минус тысячи норм, а доступ к личному имуществу аннулируется…

Несмотря на мучительный голод и жажду, новоприбывшие старались внимательно выслушать всю излагаемую информацию: теперь это стало вопросом выживания. Но из всей длинной беседы Артор смог выделить самое главное: пока на осуждённых поселенцев законодательство Конфедерации не распространяется. По сути они вне закона. Любой гражданин может с ними сделать что угодно без последствий для себя. Ну, если честно, почти без последствий, ведь каторжники — имущество. А за порчу имущества придётся платить штраф. Так что убить или похитить — дорого, а вот ограбить… держитесь начеку, осуждённые! Но не дай Бог нанести ущерб гражданину! Единственное, что могут каторжники — вызвать помощь с форпоста. Увы! Правда у большинства осуждённых это не вызвало каких либо эмоций, все хотели спать, а перед этим поесть. Пусть даже баланду. Артор оказался, пожалуй, единственным, кто слушал внимательно, остальные после тяжёлого дня, похоже, не воспринимали ничего. После ознакомительной беседы всех поставили на довольствие и, наконец, накормили.

*3*

1178-09-26 /22.40. Сфера Периферии, планета Торга, Порт-Торга.

Безликий зуммер ибра отвлёк солидного немолодого человека от бокала вина в обществе двух прелестных молодых дам. Мельком глянув на обратный адрес колла, он аккуратно отставил в сторону бокал и активировал частичный интерактивный режим, запретив ибру демонстрировать стерео абонента.

— Дон Грацио?

— О, малыш, рад тебя слышать! Что старик Грацио может для тебя сделать?

— Что вы, дон Грацио, вы совсем не старый. Простите если я несвоевременно, но мне, как всегда, нужны солары, и я был бы весьма благодарен…

— Ну конечно, малыш, конечно… если есть что-либо новенькое!

— Уважаемый дон не будет разочарован! Дядюшке только-только поступила новая партия отличного товара… она, правда, уже распределена, но я тут подумал… может информация о том куда и какой товар поступил, пригодится уважаемому дону? Ведь всех можно уговорить поделиться или поменяться… у вас же безмерный талант к проведению переговоров!

— Безусловно, малыш, это именно то, что я от тебя ждал. Так что, давай меняться, мне — информацию, тебе — ха-ха! — солары?

— Уже всё отправил, дон Грацио.

— А я всё перечислил, малыш!

— Спасибо, уважаемый дон, с вами приятно иметь дело!

— А то, малыш, — сказал человек в замолчавший коммуникатор ибра и потянулся за бокалом, улыбаясь занятым беседой дамам, — ты даже не подозреваешь, насколько приятно, ха-ха!

*4*

У Эвесли ещё хватило сил посмотреть в ангаре выделенный скутер, — хотя на что там смотреть? Обычная стандартная двухместная модель поколения «девятьсот двадцать пять-двадцать три», естественно, компании «Виржин», устаревшая на четверть тысячелетия, в хорошем состоянии, с запирающимся закрытым багажником, дальностью хода до тысячи километров на одной зарядке. Модель не быстрая, метров пятьдесят-шестьдесят за секунду максимум. Увы, не погоняешь! К скутеру Артор получил весь положенный набор спецсредств и отправился отдыхать уже на исходе сил. Если бы не подсказки ибра, жилой блок он нашёл бы нескоро.

Население форпоста, по-видимому, не превышало или было чуть больше половины расчётной величины, поэтому Эвесли сразу получил для себя отдельную коморку площадью в двадцать квадратов. Слева от вдвигающейся в стену двери был небольшой санузел с душем и очевидными удобствами, справа — помещение для старенького кухонного бота, почему-то не работающего.

Лёгкие раздвижные панели из полупрозрачной металлоорганики отгораживали технический блок от жилого помещения площадью метров двенадцать. В комплект простенькой мебели входил спальный диванчик, без труда раскрывающийся в широкую кровать, стул, стол, три стенных шкафчика для одежды и постельного белья и пара открытых полок. Бытовой комбинированный бот — стирка, уборка, — завершали картину незатейливого жилья заключённого-поселенца.

Свет в этом бытовом микро-раю обеспечивали «умные» потолочные панели и большое псевдо-окно, демонстрирующее унылый пейзаж Торги. Их управление осуществлял простенький иус, без сомнения подсоединённый к центральному, выполняющий заодно и функцию надсмотрщика. Небольшой гаджет — явное свидетельство борьбы за экономию энергии — позволял жильцу принудительно отключить подачу энергии на любой гаджет или бот выделенной квартиры. Активировать бытовой бот, как и кухонный, Эвесли сходу не смог, да особо и не пытался, решив отложить всё на потом. Сейчас уже не осталось ни сил, ни желания в чём-то разбираться, о чём-то задумываться. Долгий день закончился.

Завалившись на диванчик, Арти мгновенно провалился в тяжёлую дрёму, наполненную событиями последнего месяца. Метаясь во сне, он до самого сигнала будильника не смог выбраться из странного переплетения ярко вспыхивающих звёзд, унылой красноватой равнины и командного мостика, где при всплытии вместо знакомого пейзажа Лагуны Мира Колыбели появлялась допросная камера со следователем…

*5*

1178-09-27 /08.01. Сфера Периферии, планета Торга, Вельд.

— Сэр? — Эрриго прямо-таки подскочил с кресла, будто в помещении появился полковник Людов лично, а не всего лишь его колл, — все поселенцы устроены, приписаны к участкам и отбыли на работу. Происшествий нет, сэр.

— Хорошо, Диего, я тобой доволен. И как тебе новое «мясо»?

— Как всегда, сэр, все «тухлые», ну, кроме одного-двух, может быть…

— Кстати, хочу предупредить, на твой форпост в числе поселенцев прибыл некий Эвесли…

— Да, сэр, десять лет…

— …за сотрудничество с пиратами, да, Диего. Если оно действительно было… надеюсь, ты понимаешь, что пираты попытаются вытащить своего шкипера?

— Ибр регулярно передаёт все необходимые сведения, да и скутер заблокирован на чрезмерное удаление от форпоста, сэр.

— Диего, если за ним спустится челнок, плевать он хотел и на скутер, и на ибр. Ни к чему отдавать «Братству» дополнительного шкипера, и, видимо, неплохого…

— Прикажете разобраться с ним, сэр?

— Пока не надо, Диего. Просто присмотрись повнимательнее, что-то с ним не чисто. То ли он и вправду пират, то ли… м-да, впрочем, неважно. Его личное дело тебе доступно. Просмотри, поторопись. Но в случае чего не бойся ответственности и жёстких действий, я прикрою.

— Понял, сэр, выполняю.

*6*

1178-09-27 /08.16. Сфера Периферии, планета Торга, Вельд.

До выделенного участка — километрах в ста от форпоста — Артор добрался за какие-нибудь полчаса. Скутер мягко опустился на серо-красный грунт, плавно открыв негерметичную кабину, и Эвесли остался один на один с Вельдом Торги. Рыжевато-белёсое небо, лениво переходящее в медовое в зените, серо-бурые подушки тка на серо-красной равнине, уходящей за горизонт. Несмотря на отсутствие синего, голубого и зелёного, природа Вельда не производила впечатление бесцветной или тусклой, однообразной. Нет. Странное сочетание цветов несло полноту и гармонию, пусть непривычную даже ему, посетившему множество планет пришельцу из-за Бездны.

Тишина. Поблизости — никого. Только он — и Вельд, заросший редкими серо-бурыми кустиками. Теперь-то Артор рассмотрит их поближе.

Каждый кустик был в высоту не более двух метров и занимал площадку метра четыре диаметром, а до любого соседнего было ещё метров десять. Вблизи тка производило странное впечатление чего-то не просто неестественного, а противоестественного, опровергающего весь жизненный опыт. Непонятно, откуда могло возникнуть щемящее чувство ожидания несбыточного, разбавленное неожиданным умиротворением и спокойствием? Просто набор полупрозрачных трубочек в палец толщиной, широко разветвляющийся через каждые две ладони. Самая нижняя казалась просто воткнутой в землю, а дальше она снова и снова ветвилась, образуя неплотный округлый сплюснутый сверху ёжик. Все трубочки были одинаковой толщины, отчего куст производил впечатление инженерной конструкции, выставленной сумасшедшим изобретателем-недоучкой подальше от тех мест, где можно было бы надеяться на неоправданные восторги ценителей современного искусства. Впрочем, в веточках тка было что-то завораживающее. Их постоянные цветовые переливы создавали ощущение какого-то лукавого подмигивания.

Точно! Все эти кусты ехидно подмигивали Артору и звенели какими-то едва слышными колокольчиками: «А ну-ка!» Или: «Не бойся, не укусим!» Или: «Представься, пришелец?» Неожиданно для себя Артор поклонился, согнувшись в пояснице и не отводя взора от «глядящих» на него кустов: «Здоровья Вам и доброго дня. Извините меня за беспокойство…» Такого он от себя не ожидал, но то, что случилось далее, оказалось ещё более удивительно. «Здравствуй и ты…», — тонко прозвенел Вельд, и ощущение взглядов, подмигиваний и постороннего присутствия внезапно исчезло.

Ошеломлённый и почему-то обессиленный происшедшим диалогом, — был ли он, или только почудилось? — Артор сел на красно-серый грунт. Скутер отбрасывал бурую полутень, и в ней можно было спрятаться от непривычного оранжевого солнца. Эвесли откинул голову на тёплое крыло аппарата так, чтобы увидеть глубокий медовый купол, накрывающий сверху Вельд. Небо мерцало, и в этом необычном свете медленно исчезали все мысли, тревоги, сомнения.

Захотелось пить, и Артор, не испытывая ни малейших опасений, неожиданно привычным движением отстегнул флягу и снял маску. Открутил крышечку-стаканчик и подставил его под струйку холодной воды, аккуратно выскальзывающей из вместительного сосуда. Поднёс стаканчик ко рту, и лишь только ощутил знакомый пресный вкус свежести, неожиданно навалилась целая симфония звуков и запахов — острых, кисловато-сладких, пряных. Они тоненько звенели и пахли мёдом: «Поделись! Дай и нам! Дай!» Недоумённо оглядевшись по сторонам, Арти щедро плеснул половину стаканчика в сторону ближайшего куста, и голос в голове сразу отозвался: «С-спасибо!» Вокруг веточек тка появилось белёсое марево, а из окончания трубочек раздвоенными язычками высунулись полупрозрачные льдистые «листики».

«Неужели…?» — Артор встал и осторожно подошёл к кустику, каждое мгновение опасаясь, что серебристое чудо исчезнет. Нет, ничего не изменилось. — «Поделишься ли ты со мной?» — спросил Арти, не особо надеясь на какой-либо ответ, но внутри себя отчётливо услышал: «Возьми. Мне рано расти дальше. Но выбирай внимательно».

Бывший шкипер потянулся к ближайшей веточке. «Не так, не так!» — предостерегающе и немного обиженно зазвенел кустик, и Артор, сам не веря в свои действия, аккуратно снял защитные перчатки, пристегнул их к поясу и уже голой рукой дотронулся до гладкого незнакомого материала веточки, зябко дрожащей от его прикосновения. Мир вокруг отозвался запахом молодого мёда. Арти обнял ладонями листик, гармонично завершающий веточку, и тот с готовностью оказался в его руках. Трубочка в том месте, откуда соскочил листик, сразу закрылась дымчатым полушарием крышечки, мгновенно соткавшейся из туманного марева.

…Не чувствуя усталости, Артор собирал «листики», делясь водой из фляги с окружающими кустиками. Он отбросил переживания, ощутил удивительное спокойствие и уверенность. На душе впервые за несколько недель было легко и светло. Когда мешок наполнился «листиками», фляга почти опустела, и Эвесли вернулся к сиротливо стоящему скутеру. Ибр показал, что прошла половина рабочего дня, и Артор уселся на тёплый красно-серый грунт, ощущая непередаваемое спокойствие и умиротворение. С сожалением надев защитные перчатки и маску, он будто бы вышел из моря пряных запахов. Вернулся в безвкусную и бесцветную атмосферу форпоста.

Удивительно встретить знакомые с детства ароматы Колыбели на далёкой планете…

«Расскажи! Пожалуйста, расскажи!» — голоса со всех сторон требовали сказку, будто дети-сироты в приюте, истосковавшиеся по доброжелательному вниманию и любви взрослых. «Рассказать?» — лукаво подумал Артор, и со всех сторон будто отозвались звонкие голоса: «Да, да…» И Арти стал вспоминать свою жизнь — родителей, приют, учёбу в Академии, первый полёт к звёздам…

От мечтаний его вернул звук зуммера ибра, напоминающий о скором окончании рабочего дня. Артор немного глотнул из фляги и выплеснул остаток воды, разлетевшийся в свете низкого солнца оранжевыми брызгами. Оглядев сияющие в оранжевых лучах опускающегося светила кустики тка, Эвесли с сожалением мысленно поклонился: «До свидания!» — «До встречи», — чётко где-то у него внутри ответили голоса. — «Мы ждём! Возвращайся!»

*7*

1178-09-27 /19.24. Сфера Периферии, планета Торга, форпост N119.

Эвесли вернулся из Вельда последним, и, поскольку все окружающие места были заняты, скутер пришлось опускать на посадочное место медленно и особенно аккуратно. К тому же поблизости его ждал староста. Он терпеливо и с какой-то странной брезгливостью смотрел, как Артор отключал тэграв и подсоединял блок унипрэнов к зарядному гнезду форпоста. Но как только Эвесли закончил, Мастер Том опустил тяжёлую руку на его плечо и развернул к себе.

— Ты задержался, бро, — хмуро бросил Астагем, — Что-нибудь случилось?

— Ничего серьёзного, мэс, — спокойно ответил Артор и похлопал по наполненному мешку. — Старался выполнить норму, мэс. Тружусь, чтобы стать свободным.

— Ну-ну, — опасно сузил глаза староста. — Трудишься, значит. Свободным хочешь быть. Похвально, похвально. Тогда поторопись, бро, если не хочешь получить взыскание. Миз Бекки ненавидит ждать!

— Да, мэс. Бегу, мэс!

Эвесли и вправду стартовал бодрой рысью, вспомнив «учебку» в Академии, и потому не видел, с какой ненавистью Астагем глядел ему вслед, прежде чем активировать колл ибра.

*8*

— Сколько…!? — Недоверчиво взглянула на показание иуса-учётчика миз Шаубгор. — Две с четвертью нормы? Как же вам это удалось!? В самый первый день, Эвесли?!! Поделитесь секретом успеха, и вашим коллегам-каторжникам станет проще заработать свободу. Ну?

— Я просто работал, мэм, изо всех сил, ни на что больше не отвлекаясь, — Артор немного напрягся, увидев странную реакцию Ребекки. — Пожалуйста, извините, если что-то не так. Я и правда не хочу неприятностей, мэм…

— Ну ладно, — задумчиво протянула Шаубгор. — Никто ваш участок не посещал?

— Нет, мэм. Я никого не видел, и ибр скутера ничего не зафиксировал, мэм.

— С участка не уходили?

— Никак нет, мэм. Трудился непрерывно.

— Непрерывно? — Усомнилась Шаубгор.

— С утра до звонка, мэм.

— Целый день, хм-м. Ну что ж, две нормы я вам зачту, но впредь старайтесь не опаздывать.

— Конечно. Спасибо, мэм! Разрешите идти?

Шаубгор согласно кивнула. Эвесли развернулся на каблуках, как учили в Академии, и бодрым шагом направился в столовую. Ему вслед пристально смотрела госпожа специалист-эксперт, будто искала в коротком диалоге что-то исключительно важное.

*9*

1178-09-27 /20.37. Сфера Периферии, планета Торга, форпост N119.

Столовая, как теперь обнаружил Артор, занимала несколько просторных залов и прилегающих к ним помещений поменьше почти в центре купола, на самом нижнем этаже. Вчера истинные размеры залов как-то прошли мимо его внимания, — видимо, из-за обилия впечатлений, но сегодня Эвесли оказался откровенно удивлён. Центр зала занимали небольшие столики на четыре человека и неудобные стулья с укороченными сидениями. И столы, и стулья прочно прикреплялись к полу из комео. Вдоль стен матово-белого с холодным оттенком цвета располагались боты для изготовления пищи и дешёвые бытовые дроиды. Ближайший бот гостеприимно активировал пульт управления, приглашая Эвесли выбрать что-нибудь из небольшого списка блюд, что он с радостью и сделал. Кстати, баланда сегодня в списке отсутствовала, но Артор не собирался по этому поводу расстраиваться. Получив в широком створе бота заказанные блюда, Эвесли двинулся к ближайшему столику.

Время, по-видимому, считалось поздним, и столовая пустовала. Лишь за дальним неприметным столиком уныло сидела совсем молодая девушка, скорее, даже девочка, грустно ковыряя знакомую баланду. Кроме миски с баландой, на подносе стоял только высокий бокал с водой. Поза девочки была настолько пронизана отчаяньем, что Артор искренне посочувствовал и слегка удивился своим проснувшимся чувствам. На барке ему казалось, что душа умерла, и отныне всё вокруг будет серое, бесцветное. Но день в Вельде обновил её, будто внутри затухшее было пламя начало понемногу разгораться. И сейчас отчаянье именно этой девочки Артор почувствовал особенно ярко и болезненно, будто это отчасти и его отчаянье, его грусть. Удивившись такой реакции, Артор решил не лезть: неизвестно, как юная каторжница воспримет внимание чужого человека.

Он встал из-за стола и направился к выходу, краем глаза заметив, что к оставленному с пустой посудой подносу сразу устремился бытовой дроид. Слава Богу, что здесь не полное самообслуживание! Когда за ним закрылись створ столовой, Артор уже выбросил из мыслей и унылую девочку, и странное поведение Астагема. Всё время пути до квартиры, которая располагалась этажом выше, ему вспоминались ароматы Вельда и звонкие голоса, с любопытством расспрашивающие о прошлом.

«Дом» после прошедшего дня воспринимался иначе. Теплее, что ли, уютнее. Эвесли обратил внимание, что стены комнат имеют более тёплую окраску, а панорама Вельда уже не выглядела однообразной. Добавив в картину с помощью гаджета немного оранжевого солнца, Артор её полностью оживил, заставив заиграть красками. Одновременно он обнаружил, что кухонный и бытовой боты разблокированы, а в хозяйственном шкафчике присутствует запасная фляга для воды. Наполнив и её, Эвесли таким образом основательно приготовился к следующему трудовому дню и с чувством выполненного долга забылся спокойным сном.

На этот раз во сне не было кошмаров, допросных камер, осклабившихся харь охранников, присяжных, судьи, адвоката. Только медовое небо, сияющие в оранжевом свете кустики тка и хрустальный звон, напоминающий о далёком детстве.