«Сага о Торстейне Белом» относится к кругу саг о хёвдингах Северо-Восточной Исландии. Её действие разворачивается в начале и середине X в., т. е. в эпоху предшествующую периоду, о котором сохранились наиболее подробные рассказы. События жизни героев освещаются выборочно; отчасти это вызвано скудостью источников информации, но главным образом тем, что в первой половине X в. в Восточной Исландии почти не было крупных распрей. Тем не менее, предания о конфликтах, переделе сфер влияния и внутренних миграциях передавались в устной форме достаточно долго, о чем можно судить по записанной в XIII в. «Книге о Заселении Земли». На основе этих преданий и возникла «Сага о Торстейне Белом». По существу, она посвящена одному памятному эпизоду – гибели хёвдинга Торгильса, отца Шип-Хельги, главного героя «Саги о Людях из Оружейного Фьорда»: кульминацией саги служит окончание распри и примирение отца Торгильса – Торстейна Белого – с Торстейном Красивым сыном Торфинна.

Для датировки саги существенно соотношение её текста с показаниями «Книги о Заселении Земли». С одной стороны, «Сага о Торстейне Белом» содержит ряд деталей и целых эпизодов, отсутствующих в «Книге о Заселении Земли». С другой стороны, установлено, что «Книга о Заселении Земли» заслуживает большего доверия в качестве исторического источника, в то время как рассказчик «Саги о Торстейне Белом» склонен модернизировать реалии X в. Высказывалось также мнение (Йоун Йоуханнессон), что в ряде мест произвольные толкования рассказчика возникли как конъектуры к пассажам «Книги о Заселении Земли». Однако доказать, что данные конъектуры имелись уже в протографе, а не были внесены переписчиками, трудно; последние тоже могли пытаться согласовать текст саги с книжной традицией.

В научной литературе высказывались диаметрально противоположные мнения о времени создания саги. Финнюр Йоунссон относил «Сагу о Торстейне Белом» к наиболее раннему слою родовых саг. Напротив, Йоун Йоуханнесон, редактор саги в авторитетном издании Íslenzk Fornrit, приходит к выводу о несамостоятельности саги и заключает, что она не могла быть записана ранее конца XIII в. С такой датировкой соглашаются и редакторы недавнего издания Svart á Hvítu. Между тем, аргументация Й. Йоуханнессона противоречива, поскольку он сам признает, что «Сага о Торстейне Белом» содержит ряд сведений, которые не могли быть почерпнуты из её предполагаемых книжных источников. По-видимому, мнение комментаторов о вторичности саги зиждется лишь на допущении о том, что предмет «Саги о Торстейне Белом» целиком сформировался на основе различных конъектур к именам собственным и биографическим сведениям, рассыпанным в сагах большего объема, иными словами, на вере в то, что данная сага впервые сложилась в единое целое лишь в результате работы пера. Последнее неправдоподобно уже потому, что сведения о древних распрях X–XI вв., каталогизированные в «Книге о Заселении Земли», сами основываются на устных преданиях. К тому же дошедшие до нас списки «Саги о Торстейне Белом» явно возникли в результате сокращения, а не раздувания протографа, и содержат вероятные отсылки к устной традиции (см. ниже в примечаниях к тексту).

Композиция и манера изложения «Саги о Торстейне Белом» явно предполагает, что слушатель уже знаком с сагой, подробно повествующей о жителях данных мест – «Сагой о Людях из Оружейного Фьорда»; события последней в тексте не дублируются, за исключением финального эпизода, но и он излагается «Сагой о Торстейне Белом» несколько иначе. Есть основания думать, что сага сложилась именно в качестве добавления к начальному разделу «Саги о Людях из Оружейного Фьорда», и что объем саги в устной традиции был изначально ограничен одним-двумя эпизодами. В процессе записи возникла потребность согласовать изложение с ранее записанными памятниками; в текст саги были вставлены генеалогии и топографические сведения. В отдельных случаях это повлекло за собой фактические ошибки – как показал Йоун Йоуханнессон, рассказчик не везде верно представлял себе реалии X в. – так, он заставляет первопоселенца «покупать себе годорд», хотя до 930 г. института годордов в Исландии, скорее всего, ещё не было. Подобные анахронизмы наглядно подтверждают, что переход от дописьменной саги к записи письменной версии без трансформации текста невозможен: преемственность традиции поддерживалась не механической передачей бытовых деталей, а осмыслением сообщаемой сюжетной информации в меру индивидуальной подготовленности рассказчика.

У саги достаточно нетипичные главные герои; её ключевыми фигурами оказываются не воины по преимуществу, но люди, но своему характеру миролюбивые – старый хёвдинг Торстейн Белый и его тезка, удачливый купец Торстейн Красивый: оба они, по замыслу рассказчика, воплощают в себе черты традиционного идеала «доброго мужа». Способность обоих героев оценить противника по достоинству и положить конец разделяющей их распре подтверждает масштаб их личности. Напротив носители «сюжетного зла» – дурные советчики, подстрекатели и агрессоры – осуждаются за то, что в современных терминах стоило бы назвать социальным конформизмом: характерно, что платой за убийство не вызывающего никакого сочувствия негодяя Эйнара оказывается гибель трёх достойных людей и поломанная жизнь трёх семей.

Рассказчика «Саги о Торстейне Белом» можно назвать неплохим стилистом: он не удивляет слушателя новизной своих выражений, но тактично и к месту применяет испытанный набор характеристик и повествовательных клише. Композиция саги выглядит естественной и стройной; прямая речь используется нечасто, но она прибережена для обоих ключевых эпизодов – сцены убийства Эйнара и встречи Торстейна Красивого с Торстейном Белым. Возможно, впрочем, что в протографе доля прямой речи была выше, и что последующие писцы заменяли её на косвенную в процессе сокращения текста.

Сага сохранилась в составе двух рукописей XVII в. – АМ 156 to и АМ 496 fol. Расхождения между текстом саги в этих рукописях сравнительно невелики, что косвенно подтверждает предположение о том, что оба списка «Саги о Торстейне Белом» были сделаны с одного и того же пергаментного кодекса XIV–XV вв. Рукопись АМ 496 fol. была записана около 1639 г., рукопись АМ 156 to датируется концом XVII в. Она записана рукой хорошо известного писца – пастора Йоуна Эрлендссона – и содержит меньшее количество ошибок.

Симпатии издателей саги разделились между редакциями 56 и 496 примерно поровну. Сага была впервые издана ещё в 1848 г. в Копенгагене: редактор – Гюннлёйгюр Оддсон – следовал списку Аm 144 fol., сделанному с АМ 156 to. Он же перевел сагу на датский язык. Напротив, Якоб Якобсен, издавший саги Восточных Фьордов в Копенгагене в 1902–1903 гг., предпочел редакцию АМ 496 fol. Тексту, изданному Якобсеном, следовал Гвюдни Йоунссон в издании Íslendingasögur. Íslendingasagnaútgáfan (Рейкьявик, 1947). В 1951 г. при подготовке тома серии Íslenzk Fornrit Йоун Йоуханнессон вернулся к тексту АМ 156 to; до этого также поступил редактор первого исландского издания Валдимар Аусмюндарсон (Рейкьявик, 1902).

Сага переводилась на английский, датский и немецкий языки. На русский язык сага переводится впервые. Для настоящего издания перевод сделан с издания Íslenzk Fornrit, XI.