Кэрри сделала глубокий вздох и вышла из дамской комнаты сельского клуба. Театральное общество Пакли ставило спектакль «Оливер», и на этот раз Кэрри исполняла обязанности режиссера. Прошло больше года с тех пор, как она распрощалась с Мэттом. За этот год ее жизнь изменилась до неузнаваемости, но, как сказала бы Ровена, шоу продолжается.

Маленький артист подергал ее за рукав:

— Мисс Браунхилл! Мисс Браунхилл!

— Успокойся, Дэниел. И потом, за пределами школы можешь звать меня просто Кэрри, как все остальные.

Дэниел учился в седьмом классе местной средней школы, где несколько недель назад начала преподавать Кэрри. Кроме того, он был талантливым актером, вот почему она дала ему роль Оливера. Дэниел крутил в руках кепку.

— Но, мисс Браунхилл, скажите, пожалуйста, когда я убегаю из работного дома, мне надо по-настоящему ударить мистера Бамбла или только сделать вид?

— Можешь слегка ударить, — разрешила Кэрри.

Она недолюбливала мистера Бамбла. К тому же Дэниел вряд ли нанесет ему серьезную травму. А Кэрри как-никак режиссер спектакля и может делать все, что ей хочется.

Довольный Дэниел убежал, на его месте возникла Хейли.

— Кэрри, у нас проблема с костюмами, — запричитала она. — Привезли платья служанок, но они слишком маленькие.

— Хозяйка, что будем делать с декорациями?

— Стойте, не все сразу! Я — режиссер, а не фокусник. Давайте немного передохнем, а потом можете спрашивать меня о чем угодно. Но только по одному! — крикнула Кэрри, пытаясь пресечь поток вопросов.

Позже, когда репетиция закончилась, Кэрри сидела на ступеньках заднего крыльца клуба и жадно дышала холодным осенним воздухом. Ей вспомнился тот февральский вечер, когда они с Ровеной стояли перед театром «Старлайт». Сейчас «Старлайт» арендован другой театральной студией, поэтому им пришлось довольствоваться сельским клубом, но это далеко не самое большое отличие прошлого от настоящего. Тогда Кэрри собиралась стать женой и деловой партнершей Хью, но жизнь распорядилась иначе: она работает учителем в школе. Получив свою долю фермерского бизнеса, Кэрри купила часть коттеджа и начала выплачивать ипотечный кредит. Ровена редко бывала дома, так что большую часть времени Кэрри чувствовала себя полновластной хозяйкой.

С того дня, когда она пыталась сорвать свадьбу Хью, утекло много воды. Но если Кэрри казалось, что, отпустив Мэтта, она сумеет разобраться в своих чувствах к нему, то это явно было ошибкой. Каждый раз, когда Кэрри открывала свою страничку на сайте «Фейсбук», сердце трепетало от предвкушения. Нередко Кэрри ловила себя на мыслях о Мэтте, даже во время уроков.

По электронным письмам и фотографиям она составила картину его жизни в Тамане. Она знала имена некоторых его пациентов и коллег, видела снимки деревенских жителей, которые сидели в каноэ и стояли перед своими хижинами. Сегодня вечером, до репетиции, Кэрри получила очередное сообщение от Мэтта, которое сильно ее взволновало. Она достала распечатку из кармана джинсов и перечитала текст в свете окон, не в силах поверить.

«Привет, Кэрри!

Прости, что не писал тебе несколько недель. Я подцепил одну неопасную (но не слишком приятную) инфекцию, к тому же здесь большие сложности с выходом в Интернет.

Как у тебя дела? Ты, наверное, уже начала преподавать в школе. Что ж, желаю тебе удачи. Или удачи надо пожелать детям? Бедные маленькие шалопаи — им придется учиться у мисс Браунхилл! Шучу. Я знаю, что из тебя получится отличная учительница, и даже жалею, что никогда не попаду в твой класс. Мне бы хотелось, чтобы ты отчитывала меня и хмурилась, при этом желательно, чтобы на тебе были обтягивающая кофточка и очень короткая юбка. Упс! Не знаю, что на меня нашло. Это, наверное, из-за жары.

Какое-то время я буду вне досягаемости: мы (я и еще несколько моих коллег) поедем в одну из дальних деревень открывать там социальную клинику. Это довольно далеко, придется лететь самолетом: туда можно добраться только на «сессне», но игра стоит свеч. В последний раз, когда мы туда прилетели, нас приветствовали толпы деревенских жителей, мне пришлось каждому пожать руку. Одна семья предложила мне остановиться в их деревянном доме. Они были очень гостеприимны, даже застрелили в мою честь дикого кабана. Ты никогда не делала такого ради меня.

Прости, мне пора. Говорят, может опять сломаться генератор, а нам надо до захода солнца сделать еще несколько операций.

Кстати, мне дали отпуск, так что в конце этого месяца я, возможно, на недельку-другую прилечу домой.

Целую.

Мэтт».

Она осторожно сложила листок с распечаткой электронного письма и опять убрала его в карман джинсов. Мэтт прилетает домой! Всего на неделю, и все же… Неужели они скоро увидятся? Она вспомнила фотографию, которую Мэтт прикрепил к письму: камера запечатлела его в хирургической робе со стетоскопом на шее. По его словам, он просто хотел доказать, что на самом деле работает врачом. Кэрри призадумалась. Когда Мэтт вернется домой, она все ему скажет, и будь что будет! Прошел уже год с тех пор, как они расстались, а она его любила все также сильно, и никак не могла избавиться от этого чувства.

Несколько дней спустя Кэрри вбежала в сельский клуб. Ее распирало от радости. Сегодня — генеральная репетиция «Оливера»! Вся актерская труппа стояла на ушах, но Кэрри ликовала.

— Всем добрый вечер! — крикнула она.

— У тебя счастливый вид, — заметила Хейли. Кэрри картинным жестом размотала шарф.

— Потому что этот спектакль будет иметь огромный успех.

— Ты, в самом деле, так думаешь? У мистера Бамбла синяк на ноге, он отказывается работать с Дэниелом. Костюмы все еще плохо подогнаны, а мужчина, который живет в соседнем доме, говорит, что если мы не перестанем шуметь, он пожалуется в городской совет, — выпалила Хейли.

— Я поговорю с мистером Бамблом, с костюмами тоже решим, а соседу скажите, чтобы обращался со всеми претензиями лично ко мне.

— Bay! — округлила глаза Хейли. — Что это с тобой сегодня?

Сегодня все мысли Кэрри были заняты высоким темноволосым красавцем доктором, но она не могла сказать об этом Хейли.

— Ничего. Просто я подхожу к делу позитивно, — ответила Кэрри и громко хлопнула в ладоши. — Ладно, ребята, давайте начнем. Покажите мне все, на что вы способны. «Оливер» должен стать нашим лучшим спектаклем!

Кэрри изо всех сил старалась не слишком радоваться из-за электронного письма Мэтта, но у нее ничего не получалось. Спектакль добавил ей в кровь адреналина, и она бурлила, как бутылка лимонада, которую хорошенько встряхнули. Остальная труппа заразилась ее энтузиазмом, и впервые репетиция шла как по маслу. В антракте, когда Кэрри беседовала со звукорежиссером, подбежала запыхавшаяся Хейли в костюме служанки. Ее грудь чуть не вываливалась из лифа. «Надо будет попросить костюмерный цех переделать платье, — мысленно взяла на заметку Кэрри. — Иначе у зрителей глаза вылезут из орбит».

— Там, в кухне, тебя ждет какой-то парень. Кажется, его зовут доктор Лансер, — возбужденно хихикая, сообщила Хейли.

— Что?

Сейчас только конец октября. Не может быть, чтобы Мэтт вернулся так рано! Мысли в голове у Кэрри закружились волчком.

— Как он выглядит? — пролепетала она. Хейли пожала плечами.

— Высокий, темноволосый, красивый и немного пугающий, как Билл Сайке, если ты понимаешь, что я имею в виду. Я чуть не спросила его, не хочет ли он поучаствовать в нашем конкурсе моделей. Мы ищем парней для календаря «Милые пустяки», хотя, если честно, его лицо нам не совсем подходит. Кэрри?

Кэрри влетела в кухню и увидела Роба Ландора, стоявшего возле титана с кипяченой водой. Строгий костюм Роба выглядел неуместно в окружении шляп-цилиндров, кринолинов и лохмотьев беспризорников. Кэрри попыталась скрыть свое разочарование. В конце концов, Роб не виноват в том, что он не Мэтт.

— Привет, зачем пожаловал? Желаешь заранее приобрести билет? — весело спросила она, когда он поцеловал ее в щечку.

— Подойди сюда, сядь, — сказал Роб, беря ее за руку. Как только он до нее дотронулся, Кэрри ощутила озноб, как будто в клубе открыли все двери, впустив в помещение ночной холод.

— Что-то случилось с Мэттом?

Роб кивнул:

— К сожалению, да. Он пропал.