Нимит и Хэнли облачились в полярные костюмы.

Хэнли с трудом натянула на трикотаж металлизированный жилет — заставить себя обсыпаться тальком она не смогла.

Нимит погрузил в фургон канистру с водой.

Хэнли связалась по радио с Тедди Зейлом и попросила никого не пускать к скважине:

— Ни в коем случае.

— Понял, — отозвался Зейл.

В 5.31 они отправились в путь.

Небо, освещенное миллионами звезд, было великолепно.

— По-твоему, шамана убила водоросль из подземного озера? — спросил Нимит.

— Наверное. Скорее всего он делал из нее присыпки. Сухая водоросль менее опасна, чем влажная. Поэтому шаман погиб не так быстро, как ученые, — объяснила Хэнли.

— Значит, как только мы заткнем скважину, все кончится?

— Не совсем. Я поняла, как они умерли. Кому-то придется выяснить почему.

Нимит передал ей термос с кофе. Хэнли оглянулась на станцию. В окнах горели огни. Никто не спал: слух о том, что обнаружен источник заразы, поднял народ на ноги.

Фургон подъехал к ледяному холму высотой около шести футов. По склону шла лесенка, покрытая флуоресцентной желтой краской.

Нимит остановил машину, помог Хэнли спуститься наземь и выгрузил канистру. Вместе они затащили металлический баллон на вершину холма, посреди которой оказался ярко-желтый шатер.

— Прошу, — сказал Нимит и шагнул под купол.

Батареи разогрелись не сразу, лампы зажглись через несколько секунд.

Хэнли увидела дюжину пляжных кресел, стоящих вокруг отверстия, загороженного металлической решеткой.

Нимит рухнул в кресло, по-клоунски задрав мыски ботинок. Тяжело дыша, Хэнли опустилась рядом с ним на четвереньки.

— Передохни, — согласился Нимит. — Сейчас я покажу тебе фокус-покус. Раз-два — и дырки нет.

— Давай. — Хэнли уселась в кресло, с которого поднялся Нимит, и сложила руки на груди, как зрительница в цирке.

Джек прикрепил шланг к патрубку канистры.

— Отодвинься, — велел он Хэнли и, когда она повиновалась, начал под углом поливать решетку.

Он старался держать шланг как можно ближе к скважине. И все же какое-то количество воды поднялось к куполу шатра, образовался густой туман. Свет ламп померк, бело-оранжевые костюмы Хэнли и Джека сделались черными, щитки шлемов запотели. Немного погодя водяная пыль превратилась в снежинки, и все приобрело прежний вид.

— Хорошо, — сказал Нимит. — Подождем несколько минут, потом проверим, нужен ли второй слой.

Капли воды примерзли к шлангу и свесились сосульками. Джек отломил их, снял шланг, который стал твердым, как кол, и постучал им о ближайшее кресло. Из шланга высыпался лед. Джек снова прикрутил шланг и посмотрел на решетку:

— Порядок. Можно возвращаться.

Ули накрыл бак с бледными водорослями крышкой и обмотал место сочленения липкой лентой, потом аккуратно приклеил на крышку лист бумаги с датой и своей подписью, значительно понизил температуру в комнате, вручил адмиралу пуховик, пометил дверь знаком биологической опасности и отправился за Кийоми.

В скором времени дверь отворилась и в помещение проскользнул Койт.

— Поздравляю, адмирал.

— Господин Койт? — насторожился Руденко.

— Возбудитель найден.

— Да, — подтвердил Руденко. «К чему скрывать то, что и так ясно?» — решил он.

— Хорошо. Теперь я им займусь.

— Прошу прощения? — Руденко встал между Койтом и опечатанным баком. — Доктор Хэнли не желает, чтобы к образцам подходили. Если вы к ним прикоснетесь, всем нам будет угрожать чрезвычайно серьезная опасность. Вы своими глазами видели последствия.

— Я уполномочен конфисковать материал.

— Вы шутите? И как вы намерены перевозить этот бак?

— Мне необходимо лишь сделать срез. Я легко заберу то, что мне нужно, на лодку.

— Это чудовище уже убило один экипаж. Я не позволю подвергать опасности заражения другой.

Койт шагнул к баку, глядя на адмирала в упор.

— Чернавин предупреждал, что ваша излишняя порядочность может стать проблемой.

— Правда?

— Да. Но я заверил его, что проблем не будет.

— Как же они решатся?

— Просто. Ты только зря занимаешь место в новой России, старик.

Звук выстрела из пистолета с глушителем оказался похож на треск сломанного карандаша. Руденко, выронив костыль, рухнул на пол. Кровь лужей растеклась вокруг.

Койт надел грубые резиновые перчатки, которыми пользовался Ули, и взял сачок. С запястья на коротком ремешке свисал нож. Койт мастерски поймал его и нажал кнопку, из рукоятки выскочило лезвие. Обойдя бак по кругу, Койт вспорол липкую ленту и поднял крышку, затем, нажав на кнопку, убрал лезвие, и нож опять повис на запястье. Койт открыл контейнер для транспортировки биологических веществ, привезенный из Москвы, разбил сачком ледяную корку и поддел водоросли. Одна нить оторвалась от колтуна и поплыла в потревоженной жидкости. Койт подцепил ее сачком, зачерпнул водорослей из донной колонии и перенес все в контейнер.

Дрожащими пальцами Руденко зажимал простреленную артерию на руке. «Только бы не потерять сознание!» молился он.

Койт бросил сачок в воду и тщательно закрыл контейнер.

— Я тебе это припомню, — сквозь стиснутые зубы прошипел адмирал.

Неужто? — улыбнулся Койт. — Тогда на случай склероза.

Пистолет щелкнул снова. Руденко вскрикнул и скорчился. Пуля раздробила колено, среди кровавого месива просматривались хрящи и кость. Адмирал со стоном сильнее сжал простреленную артерию.

— Правильно, — сказал Койт. — Вцепитесь в нее изо всех сил. Вы же не хотите истечь кровью. До свидания, адмирал. — Он выскользнул из комнаты и закрыл за собой дверь.

Внезапно поле зрения Руденко сузилось. Издалека послышался голос Немерова… слов было не разобрать. Свет в конце тоннеля стал зеленым, как море, а потом исчез.