Лутье хорошо знала улицу, где жил спасатель. По этой улице она ходила в школу. Там в тротуаре были три черные плитки. Там были и белые, но это неважно. А большинство плиток были серые.

Но вот черные — на них нельзя было наступать, потому что если наступишь, то откроется потайной люк и ты упадешь в подвал с призраками и привидениями. Так считала

Так что она не любила эту улицу. Но по ней нужно было пройти, чтобы попасть в школу.

Тине и Варре захотели немедленно пойти к спасателю, чтобы поговорить с ним по секрету ото всех. Они хотели рассказать ему, что на самом деле не прилетало никакой хищной птицы и что ребенок был необычный, с птичьими крылышками и человеческими ножками, и что звали его Птишка. Так они считали. Они хотели спросить, видел ли спасатель голубую пелеринку, скрывавшую крылышки.

Одна из черных плиток находилась как раз перед домом спасателя. Рядом с ней стоял фотограф. Он фотографировал дом. С помощью телеобъектива он хотел снять комнату, но все окно изнутри заросло комнатными растениями. Так что на фотографии получились только красивые, снятые с большим увеличением темно-красные цветочки. Но фотограф-то пришел сюда не ради темно-красных цветочков.

Варре дождался, чтобы фотограф ушел, а когда тот завернул за угол, позвонил в дверь. Кто-то пристально посмотрел на него в щель для писем и газет.

— Что вам угодно? — спросил пожилой голос.

— Мы хотим рассказать спасателю кое-что очень важное, — сказал Варре.

— Он в тяжелом душевном состоянии.

— Скорее всего, мы сможем помочь ему, — сказала Тине.

Дверь немного приоткрылась. Из-за двери на них смотрел пожилой человек.

— Вы случайно не из газеты или не с телевидения?

— Нет-нет, — сказала Тине, — мы сами но себе.

Их впустили. В коридоре пахло миндальным печеньем.

Лутье взяла Тине за руку. Она боялась подвала.

В комнате в глубине дома на диване лежал спасатель. С виду очень несчастный. Он смотрел на троих гостей с недоверием.

Занавески с узором из больших роз были опущены.

Вошла его старенькая мама.

— Можно предложить вам кофе? — спросила она.

— Да, спасибо, — сказала Тине. — Мне, пожалуйста, без молока и с двойным сахаром.

— Да, спасибо, — сказал Варре. — Мне, пожалуйста, с молоком и без сахара.

Лутье попросила лимонада. В доме оказался только красный.

— Как вы себя чувствуете? — спросил Варре у спасателя.

— Плохо, — сказал спасатель. — Я всегда всех спасал, а тут не смог. И сейчас у меня такое чувство, будто и в прошлые разы от меня было мало толку. А вас я никогда не спасал?

— Нет, меня нет, но ведь вы спасли много-много других людей? — сказал Варре как можно более ласково.

Спасателю от этого сразу стало чуть-чуть лучше. Он принялся рассказывать, кого он спас за свою долгую жизнь, например:

Укротителя медведей, плохо выполнявшего свою работу.

Собачку, которая не умела плавать.

Каскадера, потерявшего равновесие.

Шестерых человек, отправившихся в плавание на никудышной лодке.

После каждой истории спасатель становился капельку веселее.

— И всех их я сумел спасти, а тут…

Он снова завздыхал.

— Ничего не понимаю. На водосточном желобе у самой крыши сидела маленькая девочка, я хотел ее спасти, и вдруг девочка исчезла. Но вниз она не упала. Когда я посмотрел вверх, я увидел, как что-то улетает по небу. Похожее на хищную птицу. Я так боюсь, что это правда была хищная птица, которая унесла девочку в Ветвистый Лес и там разорвала ее. Девочка была такая маленькая и вкусненькая, в такой голубой пелеринке.

— В голубой пелеринке? — воскликнула Тине. — Значит, это точно была Птишка!

— А, так вы ее родственники? — сказал спасатель.

Тут в комнату вошла его старенькая мама.

— Вот, пожалуйста, — сказала она, — один лимонад, один кофе без молока и с двойным сахаром и один… Нет, я запуталась, это одно молоко и совсем без кофе.

И она снова ушла, шаркая ногами.

Мама тоже была расстроена и рассеянна.

Варре сказал, что хочет сообщить спасателю важную вещь. Они еще никому этого не рассказывали, кроме Лутье.

Но только пусть спасатель пообещает, что поверит услышанному и не разболтает другим.

И Варре рассказал, как нашел Птишку под кустом и как она у них жила, пока в один прекрасный день не улетела прочь, не попрощавшись. Потом Лутье рассказала, как нашла Птишку у себя в кровати. И как Птишка снова улетела прочь, не попрощавшись.

Спасатель никак не мог им поверить. Он хотел поверить. Он очень старался. Он сказал:

— Если это правда, то это чудо. Удивительнейшая игра природы. Я хочу увидеть это своими глазами. А если увижу, то поверю и успокоюсь. Тогда я не буду думать, что в лесу лежит обглоданный ребенок, которого я обязан был спасти.

— И мы тоже хотим повидать ее еще хоть разок, — сказала Тине. — Чтобы сказать ей «счастливого пути» и «будь осторожна» и «береги себя». Поэтому мы хотим знать, в какую сторону она полетела.

— Птица, которую я видел, полетела в сторону Ветвистого Леса. Если вы туда пойдете, то можно мне с вами? Хочу убедиться, что в мире еще бывают чудеса.

Он встал с дивана и раздвинул занавески. На дереве за окном висел фотограф. Правой ногой он зацепился за сучок.

— Подождите, сейчас я его спасу, — сказал спасатель.

Он вышел в сад за домом. Сначала сфотографировал фотографа на дереве. Потом спас его и опустил на землю по ту сторону забора.

— Дело сделано, — сказал он.

Спасатель позвал своих родителей и сообщил им, что ненадолго уходит из дома. Хочу убедиться, что в мире еще есть место чудесам, сказал он.

— Молодец, сынок, — сказали родители.

Они увидели, что он уже не такой несчастный.

— Береги себя. И возьми с собой побольше чистых носков. А мы сделаем тебе много бутербродов и потолще намажем их маслом.

Они приготовили целую гору бутербродов и дали несколько бутылок красного лимонада. Спасатель взял с собой спальные мешки с подушками для всех четверых путешественников. Взвалил все себе на спину. Получился такой большой горб, что спасателю пришлось немного согнуться.

— Вот какой он у нас сильный, — сказали его родители с гордостью.

Они крепко поцеловали сына, каждый по три раза. А потом махали ему вслед, пока тот не скрылся из виду. Лутье так старательно махала им в ответ, что нечаянно наступила на одну из черных плиток в тротуаре. Но не упала в страшный подвал, а пошла дальше, даже ничего не заметив. Странно.