Угол белой стены

Адамов Аркадий

Книга Аркадия Адамова состоит из двух повестей: «… Со многими неизвестными» и продолжением ее «Угол белой стены». В них рассказывается о деятельности оперативных сотрудников милиции, расследующих запутанное и опасное преступление.

…СО МНОГИМИ НЕИЗВЕСТНЫМИ

Глава 1

ТРИ ПАСПОРТА ИЗ БОРСКА

Плотная толпа постепенно втягивалась на эскалатор и длинной пестрой лентой медленно ползла вверх. А навстречу спускался поток лиц, самых разных: молодых, розовых от мороза, улыбающихся, и немолодых, задумчивых, невыспавшихся, со следами забот и волнений. Сергей любил вглядываться в эти проплывавшие мимо лица, стараясь схватить в них что-то главное, что-то отличное от других, и порой усмехался над своими неожиданными маленькими открытиями.

Через минуту он машинально переступил с уходившей из-под ног плитки на мраморный пол вестибюля и, увлекаемый потоком людей, поднялся по широким ступеням к окутанному паром выходу из метро.

Очутившись наконец на площади, он глубоко вдохнул свежий, морозный воздух и по привычке взглянул на часы, седой круг которых висел в центре площади на высокой мачте. «Так, — отметил он про себя, — несмотря на мороз, метель и Витькину географию, движемся нормально, по графику».

Зима в этом году удалась на славу, вот уже месяца два как мороз не отступал, навалило уйму снегу. Вчера, в воскресенье, они с Витькой ходили на лыжах по Измайлову часа четыре. И ведь не устал, чертенок, с гор носится как оглашенный. Сергей, взобравшись на вершину, еще только прикидывал, как и где спуститься, еще собирался с духом, а Витька маленьким синим шариком уже несся вниз. И Сергей, устыдившись, сломя голову летел за ним. А Витька последние метры катился кубарем, вопя от восторга.

В воскресенье они всегда обедали у стариков. Туда же после утреннего спектакля приезжала Лена.

Глава 2

В ОДНОМ ДОМЕ, ПОТОМ НА ВОКЗАЛЕ

Они встретились вечером, как и было условлено, на углу, недалеко от гостиницы, высокий, полнеющий человек лет пятидесяти, в просторном темном пальто с ярко-красным кашне и в пушистой пыжиковой шапке и тоже высокий, гибкий парень с черными усиками на смуглом, узком лице, в щеголеватой зеленой поролоновой куртке на «молнии» и ворсистой светлой кепке.

— Ну что, все в порядке, надеюсь? — весело спросил парень.

— У нас другого не бывает Пора запомнить.

— Тамарочка ждет нас…

— Знаю. А Василий?

Глава 3

В ПАЛАТКЕ НА РЫНКЕ И ВОКРУГ НЕЕ

Сергей проснулся, как обычно, в семь. В комнате стояли сумерки, было прохладно. С трудом различались предметы вокруг. Вон темное пятно у стены — это шкаф. У окна — письменный стол, лампу с него Сергей перенес на тумбочку возле кровати: читал перед сном.

Широкая, мягкая постель манила снова закрыть глаза, уснуть. Нельзя. Сергей протянул руку, взял с тумбочки часы. Ну, конечно, ровно семь. Пора. Он решительно откинул одеяло. В трусах и майке подбежал к окну. Из открытой форточки тянуло холодом.

Сергей увидел широкую заснеженную улицу, редкие фигуры прохожих только подчеркивали ее пустынность. В некоторых окнах высокого дома напротив уже горел свет. «Встают труженики, — подумал Сергей. — И ты давай».

Оттащив коврик на середину комнаты, он принялся делать зарядку. Тело порозовело, стало жарко. «Витька сейчас, конечно, от зарядки отлынивает, — подумал Сергей. — Как меня нет, так обязательно отлынивает».

Сергей уже брился, когда внезапно зазвонил телефон. Дежурный по управлению бодрым голосом спросил, когда подослать машину к гостинице.

Глава 4

ЗАСАДА НА САМОГО СЕБЯ

В дверь негромко постучали.

— Войдите! — крикнул Сергей.

На пороге появилась сухая, подтянутая фигура Храмова.

— Ты чего, Николай? — спросил Лобанов.

— Разрешите обратиться к начальнику отдела, товарищ подполковник? — поглядел тот на Сергея.

Глава 5

БЫВШАЯ НИНА

Первое, что сделал в то утро Сергей, это позвонил в гостиницу, однако никто ему там не ответил. Нахмурившись, Сергей позвонил администратору и довольно нервно спросил, уехал ли жилец из четыреста седьмого номера, Колосков. Выяснилось, что тот еще не уехал, и Сергей попросил, как только он вернется, передать, чтобы позвонил Коршунову, телефон он знает.

— Происходит странная вещь, — сказал он Лобанову, — чем дальше мы продвигаемся, тем дело становится все запутанней. Ты не находишь?

— Да-а, — покрутил головой тот. — Я же тебе с самого начала говорил: шарада. Хотя с Семеновым мы теперь все-таки кое-что выясним. Тот гость ночной у нас А вот с убийством… Выходит, паспорт Горлиной, а убита не она. Вот где шарада-то! Кто же такая убитая, спрашивается? Как к ней паспорт чужой попал? И где же сама Горлина в таком случае?

— И какое отношение ко всему этому имеет Семенов? — добавил Сергей.

— А может, никакого не имеет?

УГОЛ БЕЛОЙ СТЕНЫ

Глава 1

ПОСЛЕДНИЙ ПРИВЕТ ОТ ДЯДИ

Голос в трубке был удивительно приятный, и Лобанов каждый раз ловил себя на мысли, что ему хочется продлить короткий служебный разговор. Интересно, какая она, этот палатный врач городской больницы? Кажется, совсем молоденькая. И всегда она почему-то смущается, когда говорит с Лобановым. И, конечно, улыбается. Ведь он обычно шутит. А смущается она, вероятно, потому, что знает: он работник уголовного розыска, и ей нельзя рассказывать больному Семенову об этих звонках.

Лобанов звонил ей чаще, чем требуется, это точно. И при этом неизменно поругивал себя. «Тебе что, восемнадцать лет? — ворчал он. — Что это за романы по телефону? — И тут же со странной горечью насмешливо возражал: — Никаких романов, товарищ майор. Как можно? Долг, так сказать. Служебный долг, только и всего». И при этом мелькала мысль, что следовало бы съездить в больницу и своими глазами посмотреть, что там и как. Ведь Семенова, как только он выздоровеет, придется немедленно арестовать: он связан с опасным преступлением — торговля наркотиком — гашишем. Этой мерзости никогда не было у них в городе. И не будет. А от Семенова ниточка тянется куда-то, по ней предстоит еще пойти, осторожно, чтобы не оборвать, и добраться до ее конца. Непременно добраться. Вернее, это будет не конец, а начало. Оттуда тянется не одна ниточка, и не только к Семенову, это уж точно. Там главный преступник, там самое опасное. Но пока что путь к нему только через Семенова. И поэтому за Семеновым надо смотреть в оба глаза. Особенно пока он в больнице.

В этом месте Лобанов прервал свои размышления и усмехнулся: «Ведь для этого тебе самому вовсе не надо ехать в больницу, старик. Смотрят там и без тебя, по твоему же приказу, кстати».

— Наталья Михайловна? Доброе утро. Все тот же Лобанов вас беспокоит. Как сегодня наш подопечный?

— Мне бы хотелось, чтобы он меньше нервничал. Это замедляет выздоровление.

Глава 2

МАКАРЫЧ НЕ ХОЧЕТ ГНАТЬСЯ ЗА ДВУМЯ ЗАЙЦАМИ

Жаркое азиатское солнце поднималось по небосклону, расплавляя утреннюю городскую прохладу. И розы в небольшом дворике возле дома начинали благоухать. Напоенный ими воздух волнами вкатывался в распахнутые окна.

Дворик был окружен высокой глухой стеной. В глубине, за фруктовыми деревьями, виднелось длинное строение, там останавливались гости. А под раскидистыми ветвями деревьев, в их спасительной тени, была установлена для отдыха и чаепитий в жаркие, душные дни восточная «кровать для сидения», эдакая квадратная терраска на столбиках с невысоким барьером, застеленная пестрыми паласами и подушками. Часть дворика аккуратно выложена каменными плитами. Возле, высоких ворот разместился гараж. Калитка рядом с воротами была заперта на замысловатый замок. Другая калитка возле домика для гостей не была видна за кустами. Громадный лохматый пес развалился возле гаража, вывалив из приоткрытой клыкастой пасти розовый язык и лениво жмурясь от солнца.

Из двери застекленной террасы на крыльцо вышел хозяин, невысокий полный человек лет за сорок. На широком смуглом лице его острый нос, щелочки глаз, брови, ниточка усов были словно нанесены тушью и потому особенно выделялись сочные, влажные губы. Он был одет в потертые, неопределенного цвета брюки, такой же пиджак, бритую голову прикрывала тюбетейка.

Окинув взглядом дворик, человек вяло спустился по ступенькам. Пес у гаража, не меняя позы, настороженно следил за хозяином, уши его поднялись, пушистый хвост радостно забил по земле.

Человек, не обращая внимания на собаку, пересек дворик и, толкнув калитку, вышел на улицу. Калитка с лязгом захлопнулась за ним.

Глава 3

ВТОРОЙ «ПЛЕМЯННИК»

Лобанов глубоко вздохнул и посмотрел на стоящего возле него парня.

Что же произошло? Ведь это тот самый чемодан, который Трофимов пытался передать на вокзале Семенову, который выбил у него из рук скрывшийся преступник, именно за этим чемоданом кинулся Володя Жаткин и получил удар ножом. А в чемодане между тем лежат самые обыкновенные вещи, которые берут с собой в дорогу, какие-то рубашки, носки, трусы… Где же гашиш, ради которого и была затеяна вся эта комбинация с приездом Трофимова? Да, скорее всего, тут какая-то хитрость.

Все молча сгрудились вокруг стола, где лежал раскрытый чемодан. Лица понятых выражали откровенное любопытство, к которому примешалось, однако, и некоторое разочарование. Они ведь бог знает что ожидали увидеть в этом чемодане. Не ради же такой ерунды пригласили их сюда. На лицах сотрудников читалось явное недоумение и досада. Такого сюрприза никто из них не ожидал. Уж они-то, казалось, твердо знали, что должно было находиться в чемодане, и чувствовали себя сейчас обманутыми, обведенными вокруг пальца, невесть как вдруг проигравшими важный поединок.

Зато на хмуром скуластом лице Трофимова первоначальный страх сменился растерянностью, а потом и явным облегчением, он даже вздохнул, и на губах его мелькнула усмешка.

Только Храмов остался сосредоточен и невозмутим. При взгляде на него Лобанов почувствовал, как и к нему возвращается спокойствие. А подметив усмешку Трофимова, он еще и рассердился. Это помогло ему окончательно стряхнуть с себя охватившее его было оцепенение.

Глава 4

НОЧЬЮ ВСЕ КОШКИ СЕРЫ

Ровный мощный гул моторов за круглым стеклом иллюминатора. Над бескрайними молочными сугробами облаком медленно плывет серое, влажное, дрожащее от напряжения самолетное крыло.

В длинном, светлом салоне читают, разговаривают, смеются люди. Дальних не видно за высокими в серых чехлах спинками кресел.

Сергей смотрел в иллюминатор и думал. Думал о том, что оставил, потом он будет думать о том, что его ждет.

А оставил он Борск, и ждет его Ташкент. Эти два далеких города через тысячи километров рек, лесов, степей и пустынь связывает тоненькая, невидимая, но неразрывная нить человеческих судеб, замыслов и поступков. Их, конечно, много, таких нитей, их протянула сама жизнь, кипящая, напряженная жизнь целой страны. Но Сергею сейчас важна только одна из них, враждебная, опасная для людей нить преступных замыслов, темных, грязных, изломанных судеб и жестоких поступков. Надо пройти по такой нити, чтобы изменить эти судьбы, пресечь эти замыслы, сурово наказать за эти поступки. Нить ведет Сергея в Ташкент, но кончается она неизвестно где, вернее, у нее там много концов, она там завязывается в клубок, его надо распутать, осторожно, умело, ибо там нить становится совсем тонкой, ее можно легко оборвать, и тогда останутся ненайденными какие-то ее концы, а этого нельзя допустить. На концах этой нити люди-пауки, ядовитые, опасные, деятельные, уцелев, они начнут тянуть новую нить и поползут по ней…

Сергей усмехнулся. Фантазер все-таки он. Вдруг так ясно представил себе эту нить с пауками почему-то на белой, чистой стене в углу.

Глава 5

ТОТ САМЫЙ УСПЕХ, КОТОРЫЙ ИНОГДА ОБОРАЧИВАЕТСЯ ПОРАЖЕНИЕМ

На этот раз в кабинете Нуриманова их было трое: Нуриманов, Коршунов и Вальков.

— Никакое не совещание, — предупредил Нуриманов. — Совещание будет потом. А сейчас рабочий разговор. Давайте, Сергей Павлович.

Сказал он это, как всегда, невозмутимо, и ни один мускул не дрогнул на его лице. Но Вальков, хорошо, изучивший своего начальника, по мельчайшим, почти неприметным признакам безошибочно уловил, как тот обеспокоен и насторожен.

Да и сам Вальков был не на шутку встревожен. Неужели Коршунов прав? Тревога за проделанную работу впервые появилась у Валькова сразу, как только обнаружилась та записка с адресом Семенова. Это была неясная тревога, тревога вообще. Никаких конкретных фактов тогда еще не было. Вальков лишь понимал, что записка выявила очевидные недоработки по делу. Но потом… кое-что появилось. Да, да. Сергей кое-что выкопал. Вчерашний разговор его с Сайыповым ясно показал это. Вальков заметил все и, кажется, все понял. То есть, конечно, не все, но главное. И это главное заключалось в том, что недоработки обернулись ошибкой, и, возможно, крупной ошибкой. Сергей ухватился за важную деталь. Вальков ее уже видел! И все же…

Между тем Сергей раскрыл свой блокнот, придвинул поближе пухлую папку с делом Чуприна и незаметно вздохнул. На смуглом его лице явственно проступил вдруг давний шрам поперек щеки. Сергей нахмурился и провел рукой по густым темным волосам с чуть заметными сединками на висках.