Привидение

Агамамедова Гюлюш

Женщина, прильнув к балконному стеклу, смотрела на высокое окно, расположенное во втором этаже старинного здания напротив. Само здание было погружено во тьму и лишь в одном окне, занавешенном тяжелой портьерой мелькали блики, вероятно от огня в камине. Полная луна дополняла картину, создавая иллюзию нереальности происходящего. Женщина задумалась, представив себя, сидящей в вольтеровском кресле с высокой спинкой и неотрывно глядящей на огонь. Он всегда оказывал на нее магическое действие, возможно среди ее предков были огнепоклонники. Огонь завораживал и будоражил. Вкрадчивый голос вмешался в ее тревожные думы. Он звучал глухо и немного неестественно.

— Я давно хотел поговорить по душам, но как-то не представлялась возможность. А этот вечер идеально подходит для откровений. Ты же знаешь, что все духи обожают полнолуние. А ты сегодня просто восхитительна и выглядишь романтично, у камина, в моем любимом платье. И мне пришла в голову очень удачная мысль. Забавно правда, я продолжаю мыслить земными категориями: как будто у меня есть голова, в которую могут прийти мысли. Появилась масса времени для раздумий. И приходишь к очень интересным выводам. Ты спросишь меня, почему я, как всякая нормальная отлетевшая душа, не устремился в небо, или же, наоборот, не отправился гореть в геенну огненную. А вот ответ на этот вопрос я жду от тебя. Именно так. Дорогая моя, ты своими стенаниями и беспрестанными охами и причитаниями удерживаешь меня и не позволяешь мне освободиться от земного притяжения.

Он на мгновение запнулся. Застывшая женская фигура ожила, подняла голову и стала внимательно осматривать погруженные в полумрак углы комнаты.

— Не вглядывайся с таким ужасом, ты все равно ничего не увидишь. Точно так же как ты никогда ничего не видела и не понимала в моей жизни и сейчас ты не сможешь разглядеть легкое облачко, в которое я превратился. Я хочу облегчить тебе твою дальнейшую жизнь и естественно облегчить свои страдания, потому что ты не поверишь, но это так, ад, который так красочно описан во всех религиях, не что иное как пребывание на земле. И если ты не перестанешь без конца взывать ко мне и восхищаться моими, существующими в твоем воображении, добродетелями, то я так и не смогу узнать, что же такое космос и свобода духа. Скажешь, что я циник и таким же остался после смерти и будешь права. Я не буду тебя утомлять рассказами о своих изменах. Мне кажется, что это не суть важно. С высоты моего сегодняшнего положения, мне хотелось бы приоткрыть для тебя завесу возможного компромиссного существования на земле. Я не произнесу слово «счастье». Ты не настолько глупа, чтобы не понять, что эта химера родилась в воображении неизлечимого фантазера. Я нашел адекватное сравнение. Ты перестанешь думать обо мне, оглянешься вокруг и признаюсь, есть у меня слабая надежда, наконец увидишь, что мир, даже этот земной несовершенный мир, этот ад, не окрашен только двумя противоположными красками: черной и белой, он многоцветен. Помнишь, как наша дочь все время выясняла про какого-нибудь героя из фильма: хороший он или плохой. У тебя всегда был ответ. Ты точно знала кто хороший, а кто плохой.

Женщина охнула, и впервые за вечер захотела возразить. Она повернулась сначала в одну, потом в другую сторону, не зная как повернуться лицом к духу ее умершего мужа, наконец, она снова устремила свой взгляд на огонь: