Слово дракона

Александров Алексей

Продолжение "Знамени химеры" — лучшего (ИМХО) фэнтезийного романа от Альфа-книги за 2008 год.

Часть первая

На пороге бури

Глава 1

Тишина грозы

За окном было по-весеннему солнечно и тепло.

Солнечный луч сверкнул на россыпи драгоценных камней золотой короны, лежащей на пачке изученных докладов. Все попытки ветра, порывами пробивающегося из раскрытого настежь окна, разметать мои бумаги по столу оканчивались неудачей. Хоть какая-то польза от этой драгоценной железки.

Скоро будет год с того времени, как моя жизнь круто перевернулась. Видит Творец, я не желал для себя короны! Мне и так неплохо жилось. Племянник короля, не особо отягощённый "службой на благо родного королевства". Беззаботное будущее представлялось в самых радужных красках.

Творец! Каким же глупым и самонадеянным юнцом я был...

Из того проклятого похода на драконов прежний Леклис не вернулся. Он навсегда остался на том страшном поле вместе со своими друзьями.

Глава 2

Выбор без выбора

— Разумно ли это, ваше величество?

Сегодня различные вариации этой фразы мне пришлось выслушать не менее десяти раз. Наиболее красноречив был Глок. Впервые, с тех пор как я стал королём, он не церемонился и высказал всё, что думает о моей затее, чередуя официальное "сир" и "ваше величество" с красочными выражениями вроде "безмозглый щенок, каким местом ты думаешь".

Слушать это — первые минут пятнадцать — было даже забавно.

Мне вспомнилось время, когда Глок устраивал настоящие облавы по всему городу, чтобы найти наследных принцев, умудрившихся в очередной раз сбежать из дворца в поисках приключений на свою пятую точку. Жаль, эти времена уже не вернутся.

Однако переубедить меня в этот раз Глоку не удалось.

Глава 3

Поворот колеса

Ничейные земли — так называют довольно обширную территорию, граничащую одновременно с Горным королевством гномов, империей эльфов, землями драконов и королевством полукровок. Её настоящего имени жестокое время не сохранило, сделав ареной постоянных схваток. Тут произошло немало сражений, предопределивших исход войн, а порой изменивших судьбы целых народов. Эта земля не познала плуга, зато ей (был) хорошо знаком вкус крови, дробный топот копыт, лязг стали, крики живых и стоны умирающих. Неудачное расположение сделало ее вечной ареной вечных войн. Гномы, правда, пытались закрепиться на этих землях во время очередной войны с Восточным королевством и даже построили несколько крепостей. Их полуразрушенные скелеты теперь словно в насмешку служат своеобразными путевыми ориентирами в земли Горного королевства.

Горы были всё ближе. Постепенно превращаясь из узкой полосы на горизонте в разрезающих облака гигантов. Я ехал немного впереди основной колонны. Ещё одна привычка, от которой так трудно избавиться. Сколько Глок ни пытался вбить мне в голову простую истину: "Король не должен двигаться впереди своей охраны. Засада — и первая стрела, Леклис, твоя". Понимая справедливость его слов, я зачастую продолжал пренебрегать собственной безопасностью.

В этот раз, правда, всё было немного по-другому. Из четырех сотен орков за мной ехала лишь половина. Полсотни разведывали дорогу впереди. Остальные, разбитые на пятёрки, держались по бокам и позади основной колонны. Ничейные земли — не Восточное королевство: если что-то случится, никто и никогда не узнает, куда исчез король Леклис и его свита. С четырьмя сотнями орков можно не опасаться разбойников, но как быть с эльфами? Цена договоров с ними хорошо известна. Моё отбытие в земли гномов не могло не остаться незамеченным. Какой-нибудь Старший Дом может не захотеть упустить момент разделаться с ненавистным королём полукровок.

— Можно?

Голос Дианы вырвал меня из пелены мрачных мыслей. Её лошадь поравнялась с Ветром.

Глава 4

Скорбная плата

Чуть свет меня разбудило лошадиное фырканье. Нехотя открываю глаза. Ветер. Мне следовало догадаться. Конь легко миновал кольцо охраны и, подойдя к месту моего ночлега, принялся старательно обнюхивать мою голову. Отпихиваю морду коня в сторону и поворачиваюсь на другой бок с твёрдым намереньем поспать ещё немного. Зря! Ветер потряс головой, и с его роскошной гривы мне на лицо обрушился настоящий дождь из холодных капель утренней росы. Остатки сна с меня как рукой сняло, и я, не стесняясь в выражениях, сказал неблагодарной скотине все, что о ней думаю. Убедившись, что я окончательно проснулся и, могу поспорить, донельзя довольный сделанным, Ветер вернулся к остальным лошадям. Мне оставалось лишь вытереть лицо и, сделав несколько глубоких вдохов, встать.

Утро выдалось на редкость сырым и холодным. Едва выглянувшее из-за гор солнце терялось в густой белёсой дымке. На ночь мы остановились за городскими воротами Тверди, у дороги, ведущей вглубь королевства гномов. Несмотря на внешнее радушие, гномы смотрели на орков с опаской. Впрочем, этим болели не только гномы. Орков мало кто любил даже среди полукровок. Грозная и жестокая слава до сих пор довлела над практически истреблённым народом. Грязные, вечно пьяные варвары-орки. Пьют все, что горит и насилуют всё, что шевелится. Всё, что не горит, — поджигают и пьют, а всё, что не шевелится, — шевелят и насилуют. Ушастые сочинили множество историй про кровожадность орков. Может, потому, что и сами далеко не безгрешны?

Наскоро вымывшись холодной водой из ручья неподалёку от нашей стоянки, надеваю уже привычную кольчугу. Стальные кольца приятно пахнут металлом и свежим маслом. Один из орков помогает пристегнуть половинки стального панциря, украшенного искусной гравировкой и позолотой. В дороге я вполне обходился одной кольчугой, но теперь пришлось нацепить на себя этот красивый, но совершенно бесполезный в настоящем бою доспех. Отряхиваю служивший мне одеялом плащ от утренней росы и накидываю на плечи. Ножны с Химерой привычной тяжестью ложатся на широкий пояс. Повинуясь старой привычке, проверяю, хорошо ли меч выходит из ножен, и осматриваюсь по сторонам.

Большая часть орков уже встала. Кто-то разводил погасшие за ночь костры, остальные приводили в порядок оружие и доспехи, натирая их до блеска и очищая от вечного бича благородной стали — мелких рыжих пятен ржавчины. Два десятка, нёсшие первую и вторую стражу, ещё спали, плотно закутавшись в тёплые плащи.

У костра в центре лагеря замечаю Бальдора и Мезамира. Вампир сидел, скрестив ноги, возле лениво развалившегося рядом с огнём гнома. Поправив ножны, я направился к ним. Занятые своими делами, орки не обращали на меня никакого внимания. Старина Глок от такого пренебрежительного отношения к этикету и традициям схватился бы за сердце. Он слишком чтит все эти ритуалы. У всех есть свои недостатки. Мне потребовалось на редкость много времени, чтобы отучить свою охрану вскакивать и отдавать воинское приветствие при каждом моём появлении. Эти орки могут в любой момент отдать за меня свои жизни. Зачем требовать от них большего?

Глава 5

Тот, кто ведёт дорогой предков

Холодные горные склоны жадно впитывали в себя последние лучи стремящегося к горизонту солнца. Орда гоблинов полноводной рекой двигалась по дороге по направлению к Тверди. Город гномов был уже близко. Близость вожделенной цели заставляла гоблинов сжимать зубы и ускорять темп марша.

Впереди показались низкие каменные дома небольшого шахтёрского поселения гномов. Передовые отряды гоблинов заволновались. Несколько разведчиков отделились от общей массы, чтобы осмотреть оставленные своими хозяевами на произвол судьбы дома.

Первая пятёрка влетела в распахнутые настежь двери самого крайнего дома... Удивлённое выражение навечно застыло на их лицах. Залп десятка арбалетов просто снёс худые тела с крыльца. С характерным громким хлопком на дороге перед селеньем выросло ядовитое облако. Словно граница между еще живыми и уже мёртвыми. Некоторые мертвецы, правда, этого ещё не понимали. Они метались по селению, громко кричали, размахивали оружием и почему-то никак не хотели умирать. Стрелы, арбалетные болты и заклинания магов рьяно принялись исправлять это недоразумение. Большинство гоблинов погибло, так и не увидев врагов и не поняв, что же их убило. Две сотни орков показались из-за домов, преграждая дорогу сплошной стеной щитов и остро отточенной стали. Их сородичи, засевшие в домах вдоль дороги, отчаянно били из арбалетов по всему, что движется.

Подо мной раздражённо фыркнул Ветер. Крики умирающих гоблинов противно резали уши. Я молча наблюдал за битвой... хотя, какая это битва. Бойня. Гоблины бестолково метались по дороге и гибли... Гибли. Гибли! Сколько их попало в засаду? Сотни четыре-пять, не меньше. Сейчас же осталось меньше половины.

Наиболее глупая часть гоблинов бросилась вперёд, на орков. Те деловито и не торопясь вскинули арбалеты и, с ужасающим хладнокровием подпустив гоблинов как можно ближе, выстрелили. Из под земли выросли острые каменные шипы, пронзая бегущих, словно вертел — дичь. Стихийные маги развлекались по полной. Арбалетные болты собрали куда меньшую часть кровавой дани. Орки убрали арбалеты и обнажили мечи, но живыми до них добрались не больше десятка гоблинов. Везение, которое уберегло гоблинов от смертоносных арбалетных болтов и заклинаний магов, закончилось на остриях оркских мечей.