Вторая осада Трои

Андреев Алексей Николаевич

Сюжет этой хроники вызывает в памяти «Московские сказки» Александра Кабакова и цикл реалистически пересказанных сказок молодой киевской писательницы Ады Самарки. Общий прием в литературе, усвоившей открытия постмодернизма, лежит на поверхности. И все же каждое наложение мифа на бытовуху, вечного на сиюминутное, придает окружающей действительности новый отсвет.

Алексей Андреев много лет работал как писатель-сатирик, и история осады овдовевшей Елены в усадьбе, унаследованной от мужа — воротилы Трояновского, — приобретает черты саркастического монолога. Но для нынешней юмористической эстрады в нем многовато злости и социальных обобщений. Сражение номенклатуры всякого пошиба за пародийную цитадель вызывает смех какой-то безрадостный и беспокойный…

Алексей АНДРЕЕВ. Вторая осада Трои. Полная хроника

Желание завоевать Елену Трояновскую посещало многих — уж очень соблазнительна была добыча. Но дальше этого дело обычно не шло — за спиной Елены маячил в инвалидной коляске Сёма. Даже если его рядом не было, все равно маячил — незримо. А связываться с Сёмой дураков не находилось — перевелись. Особенно здесь, на его малой родине — в суровом сибирском крае с центром в городе N. Где Сёма давно был всем — законом, парламентом, президентом, руководящей партией и конституцией. Ну или почти всем. В том числе и когда долго отсутствовал — имелись такие периоды в его жизни. Целых три. Две

ходки

— это еще при совке — Сёма тогда только разворачивался и прокололся сначала на большой партии леса, уплывшей непонятно каким манером в Японию, а потом на нескольких эшелонах сверхплановой руды, в отечественные мартены так и не попавшей, — и одно просто исчезновение — когда впал в государственную опалу Сёмин приятель и подельник: совместные дела их как-то не позволяли надеяться, что можно спокойно переждать эту опалу в глуши.

Подельник сразу всплыл в Лондоне и начал оттуда обиженно клеветать, подтверждая тем самым, что политик в нем окончательно взял верх над бизнесменом, а вот Сёма пропал капитально. Все были уверены, что он там же, но не высовывается: ест поутру

сопливую

кашку, днем с подельником попивает

чаек

, по вечерам посещает с 

Ромой

футбол. И когда вдруг возник скандальчик с полонием, некоторые отчего-то подумали: а может, и Сёма того — вкусил? И уже в родных палестинах не появится — по причине упокоения? И стали предпринимать кое-какие попытки, о которых тут же пожалели — кто успел. Потому что Сёмины

смотрящие

не дремали, а в суровой решимости своей старались хозяина превзойти.

Среди этих некоторых был и новоназначенный губернатор — не то своим карманом озаботился, не то получил указиловку из Москвы. А скорее и то, и другое — Сёмина империя была столь велика, что хватило бы многим. Его

смотрящие

трогать не стали — тоже, видимо, получили свою указиловку, — зато точно известно, что именно в этот момент Сёма проявился — лично ему по «вертушке» позвонил. И сказал что-то такое проникновенное, от чего губернатор сильно сбледнул и о московских указиловках предпочел забыть. А Сёмин

Вскоре после этого Сёма всплыл окончательно. Для начала в телевизоре — вдруг взял и мелькнул по всем новостным программам в специальном репортаже из Кремля. Где говорилось о теплой встрече флагманов отечественного бизнеса с отечественным же руководством. Прошедшей в атмосфере полного взаимопонимания.