Тевтон

Авраменко Александр

Мир магии и высоких технологий. Колдовство и звездолеты. Бластеры и волшебство. Разные миры. Разные расы. Эльфы идут в атаку. Кто противостоит им? Рыцари. Члены Тевтонского Ордена. Да-да. Потомки тех, кто утонул в 1242 году на Чудском озере. Курт фон Вальдхайм, самый сильный колдун не только среди тевтонов, но и вообще в обитаемых мирах. Суровый воин, но знающий, когда должен проявить милосердие. Беспощадный к врагу, но заботливый к тем, кто в его подчинении. Гроссмейстер государства. О его юности и становлении эта книга.

Пролог

…Треск льда под копытами своей лошади Зигфрид услышал сразу. А потом – ощутил. Боевой жеребец качнулся, заваливаясь на бок, забил копытами, от которых отлетали комья налипшего на бабки снега. А дальше – ожог ледяной воды, и жуткая, непреодолимая сила, которая, схватив рыцаря огненными руками, потащила куда-то внутрь зеленовато-черной хмари бездонной глубины озера. Теперь-то воин понял, почему князь русских варваров Александр, по прозвищу Невский, выбрал подтаявший на апрельском солнце лед местом решающей битвы. Тысячи людей и коней, тяжесть доспехов, по которой тевтоны превосходили еретиков… Все это давило на поверхность замерзшей воды с такой силой, что корка истончившегося льда лопнула, и теперь ничто не мешало более легко вооруженным русским спокойно дождаться, пока рыцари и кнехты перетонут один за другим. Поскольку спасать вторгшихся в их пределы чужеземцев хольмгардцы, естественно, не собирались. Более того, рыцарь еще успел увидеть, как откуда-то со стороны к нему приближается острие рогатины. Пытаясь избежать удара, он рефлекторно вскинул меч, и в этот момент вторая рука в латной перчатке скользнула по поверхности льдины. А в следующий миг в легкие хлынула вода, и, камнем идя к далекому неведомому дну, Зигфрид все пытался набрать в грудь живительного воздуха, но – тщетно. А потом его сознание померкло.

«Конец. Да смилуется Пречистая Дева над грешником!..» Это была последняя мысль…

Крестоносец пришел в себя от легких ударов по щекам. Он жив? Жив?! Открыл глаза – над ним склонился кто-то из кнехтов. Увидев, что рыцарь очнулся, заорал обрадованно куда-то в сторону:

– Господин фон Валленберг, еще один живой!

Знакомый густой бас графа Зигфрид узнал сразу.