Введение в профессию «психолог»

Бачков Игорь Викторович

Гриншпун Игорь Борисович

Пряжников Николай Сергеевич

В предлагаемом учебном пособии в доступной форме дается представление о психологии как науке, излагаются ключевые моменты профессиональной деятельности психолога–исследователя и психолога–практика, обсуждаются основы организации работы психологов во взаимодействии со смежными специалистами, рассматриваются вопросы профессионального становления студента–психолога и совершенствования специалиста–психолога по окончании вуза, даются полезные советы студентам и преподавателям по организации учебно–профессиональной деятельности.

Пособие адресовано студентам и преподавателям психологических факультетов и широкому кругу читателей, интересующихся психологией.

Учебное пособие Под редакцией И. Б. Гриншпуна

2–е издание, стереотипное

Рекомендовано Редакционно–издательским Советом Российской академии образования к использованию в качестве учебно–методического пособия

Российская Академия Образования, Московский Психолого–Социальный Институт

Введение Во «Введение…»

Здравствуйте, уважаемый Читатель.

Мы, три очень разных человека, достаточно давно живущие в мире психологии и оттого — возможно, не без основания — считающие себя профессиональными психологами, предлагаем Вам войти в этот мир — такой, каким мы его видим, прикоснуться к необычной профессии, которую Вы, быть может, для себя избрали или, по крайней мере, о которой размышляете.

То, что вы прочтете — плод совместных усилий. Но это не означает, что мы всегда думаем по тому или иному поводу одно и то же. Пусть это вас не смущает: психология как наука и практика сама не намного старше нас, вместе взятых; кроме того, как вы увидите, это

особая наука

и

особая практика;

как и в любой области, связанной с человеческим бытием, здесь нет бесспорного, а то, что кажется очевидным, — чаще всего самое непонятное, как говорил классик французской психологии (и блистательный практик) Пьер Жане. Некоторая разница во взглядах авторов, на наш взгляд, вполне естественна: уж где–где, а в психологии, слава Богу, еще далеко до «единственно верных», «окончательно истинных», «монолитных и непоколебимых» представлений, тем более, когда речь идет о профессиональном самоопределении самих психологов, ибо суть самоопределения — это свобода, а значит и неодинаковость, уникальность выборов смысла своего пребывания в психологии. Заметим, что отказ от идеи «окончательной истины» связан еще и с идеей личностного и профессионального развития, которое часто и основано на переосмыслении и дальнейшем совершенствовании собственных взглядов и позиций.

Поэтому мы приглашаем Вас не к слушанью, а к разговору — насколько нам его удастся сделать для Вас интересным. Перефразируя слова другого классика психологии (и тоже блистательного практика) швейцарца Карла Юнга, психолог для того, с кем он работает, может быть уподоблен проводнику на незнакомой местности — не столько потому, что он лучше знает местность, сколько потому, что он представляет, как на ней ориентироваться. Постараемся быть таковыми для Вас.

Несколько предварительных слов относительно психологии

Сначала — о самом термине «психология», встречающемся ныне в нашем обыденном языке достаточно часто для того, чтобы значение его оказалось весьма и весьма неопределенным — а стало быть, нам нужно обозначить его более строго.

Понятие «психология» возникло на рубеже XVI—XVII веков; чаще всего авторство признают за немецким богословом Гоклениусом. Этимологически это слово производно от древнегреческих «psyche »

(душа)

и « logos»

(учение, знание, наука).

В научно–философский (а не богословский) язык его впервые ввел немецкий ученый Христиан Вольф в XVIII веке, и сейчас наиболее популярный перевод —

«наука о душе».

(Если в каком–либо пособии — а такие, к сожалению, есть — Вы встретите фразу типа «Психология — наука о душе. Такое определение дали в Древней Греции» — не верьте. Древние греки такого слова вообще не использовали.) Понятие «наука», однако, в современном понимании отлично от понятия «учение» — ибо наука предполагает не только глубокое размышление и систематическое изложение мысли, но и особую исследовательскую деятельность, построенную на основе специальных методов (позже мы посвятим этому особый раздел).

Развиваясь вначале как одна из философских дисциплин, психология затем, восприняв ряд идей экспериментальной физиологии, выделилась в самостоятельную науку, ставившую задачей изучение души, которая в то время понималась как сознание (а сознание — как то, что человек непосредственно осознает). Это произошло в конце XIX в., и символической датой рождения психологии как самостоятельной дисциплины считается 1879 г., когда Вильгельм Вундт открыл при кафедре философии Лейпцигского университета лабораторию экспериментальной психологии, а вскоре на ее базе — первый в мире психологический институт, существующий и поныне. Вскоре аналогичные лаборатории и институты стали открываться в ведущих странах мира (в России, США, Франции, в других городах Германии) — стала складываться так называемая

академическая психология,

то есть психология научно–исследовательская, ставившая перед собой собственно познавательные задачи.

В конце XIX в. стали возникать и разрабатываться идеи о возможности применения психологических знаний в различных областях практики — в педагогике, медицине, при организации трудовой деятельности, то есть появилась

Научно–исследовательская академическая психология, прикладная психология и психологическая практика,

Часть I

Профессиональная деятельность психолога

Глава 1

О профессиях и профессионализме в целом и о профессиональной психологии в частности

Начнем с очень важного вопроса: чем выбор профессии принципиально отличается от многих других жизненных выборов? При ответе следует исходить из того, что трудовая деятельность (и, в частности, деятельность профессиональная) — это прежде всего

продуктивная деятельность,

когда человек не просто что–то «потребляет», «наблюдает», позволяет себя «охмурить» или «очаровать» (как во многих других выборах), а сам делает что–то полезное для окружающих… Но в профессии человек стремится также реализовать все лучшее, что у него есть, и именно в этом он создает и для самого себя полноценное счастье, то есть, ориентируясь на других людей (на общество), настоящий профессионал в итоге утверждает самого себя как состоявшуюся личность.

В еще большей степени сказанное выше относится к профессии

психолог ,

поскольку она по сути своей ориентирована на помощь другим людям в решении их самых сложных жизненных проблем. Поэтому выбор именно психологической профессии предполагает ярко выраженную гуманитарную ориентацию (ориентацию на человека с его проблемами), тогда как многие другие профессии допускают и более прагматичные (и даже корыстные) ориентации, связанные с зарабатыванием денег, с производством каких–то товаров, с созданием каких–то объектов (которые неизвестно кто и как будет использовать…). Но именно психологи вместе с представителями других гуманитарно ориентированных профессий (педагоги, социальные работники, врачи и др.) на первое место должны ставить интересы тех людей, которые доверились им в самых сущностных вопросах — вопросах смысла своей жизни, вопросах своего развития и достойного поведения в сложных жизненных ситуациях.

1. Общее представление о профессии

Для начала полезно разобраться, что вообще считается «профессией». Известный психолог Е. А. Климов рассматривает разные аспекты понятия «профессия» (

Климов

[3]

,

1996. — С. 145–205):

1.

Профессия как общность людей,

занимающихся близкими проблемами и ведущих примерно одинаковый образ жизни (известно, что профессия все–таки накладывает свой «отпечаток» на всю жизнь человека). Конечно, уровень жизни (при общности самого образа жизни) может различаться у профессионалов с разной степенью успешности (кто–то научился «хорошо зарабатывать» за свой труд, а кто–то даже не стремится к этому, обнаруживая иные «радости» в профессии «психолог»), но базовая система ценностей у представителей профессии «психолог» примерно одинаковая, что и позволяет им говорить о ком–то из своих коллег как о более или менее состоявшемся специалисте (даже независимо от получаемых «доходов»).

2.

Профессия как область приложения сил

связана с выделением (и уточнением) самого объекта и предмета профессиональной деятельности психолога. Здесь также решается вопрос, в каких сферах жизнедеятельности психолог может реализовать себя как профессионал. Заметим, что вся история психологии (и философии) — это непрекращающаяся попытки понять, что же такое душа («психика»), и как, с помощью какого «метода» ее лучше исследовать и развивать.

3.

Профессия как деятельность и область проявления личности.

Часто забывают о том, что профессиональная деятельность не просто позволяет «производить» какие–то товары или услуги, но прежде всего она позволяет человеку реализовывать свой творческий потенциал и создает условия для развития этого потенциала (еще

К. Маркс

говорил, что главный результат труда — это не производимые товары, а «сам человек в его общественных отношениях»).

4.

Профессия как исторически развивающаяся система.

2. О психологии профессиональной и «любительской»

Поскольку речь идет не только о выборе психологической науки, а именно — о выборе профессии

психолог,

правомерно задать вопрос: чем принципиально отличается психолог–профессионал от «психолога–любителя»? Проблема в том, что и на «любительском» уровне многие люди (и даже подростки) оказывают друг другу помощь в решении жизненных вопросов и часто делают это достаточно эффективно. Вот и спрашивается, зачем же тогда нужны специалисты–психологи? Такой вопрос может стать стержневым для будущего психолога.

Условно можно выделить следующие

принципиальные отличия психолога–профессионала от «психолога–любителя»:

3. Из истории становления психологической профессии

Итак, с какого же момента мы можем говорить о возникновении профессии психолога? Выше Вы познакомились с различными подходами к тому, что такое профессия. Попробуем, опираясь на этот материал, а также на то, что успели обсудить относительно различных сфер деятельности психолога, ответить на поставленный вопрос.

Как минимум необходимо следующее:

Во–первых, необходимо, чтобы существовало понятие «психология» в значении востребованной обществом

особой сферы человеческой деятельности,

будь то отдельная наука или особая практика. Эта деятельность должна иметь свою выраженную специфику по предмету и методам, то есть — в нашем случае — быть не философией, не педагогикой, не медициной, не физиологией и т. д., хотя и не терять с ними связи.

Во–вторых, необходимо существование

сообщества людей,

занимающихся этой деятельностью как основной в своей жизни и тем зарабатывающих.

В–третьих, необходима

система подготовки специалистов

в данной области.

Литература

1.

Бондаренко А. Ф.

Психологическая помощь: теория и практика. — М.: Изд–во «Института психотерапии», 2000.

2.

Гессен С. И.

Основы педагогики. Введение в прикладную философию. — М.: Школа–Пресс, 1995.

3.

Гиппенрейтер Ю. Б.

Введение в общую психологию. — М.: Изд–во МГУ, 1988.

4.

Климов Е. А.

Психология профессионального самоопределения. — Ростов–на–Дону: Феникс, 1996.

5.

Климов Е. А.

Введение в психологию профессий. — М.: Культура и спорт, ЮНИТИ, 1998.

Глава 2

Профессиональный психолог как ученый–исследователь

1. Общее представление о науке

Понятие «наука» достаточно многозначно. Во–первых, под наукой понимают

особую сферу человеческой деятельности,

основная функция которой — выработка знаний о мире, их систематизация, на основе чего возможно построение образа мира (так называемая научная картина мира) и построение способов взаимодействия с миром (научно обоснованная практика). В этом смысле мы используем понятие «наука», говоря, например, о том, что кто–то «занимается научной деятельностью», «увлечен наукой» и т. д.

Во–вторых, под наукой понимается

особый способ познания мира,

отличный, например, от художественного или обыденного познания, то есть от искусства и жизненного опыта (о чем речь ниже). В этом смысле говорят о научном подходе, о научности данных, о том, что нечто является научно установленным и пр.

В–третьих, под наукой имеется в виду сама

система знаний,

полученная в результате исследовательской деятельности. В этом смысле мы говорим о так называемой Науке с большой буквы (например, «наука утверждает, что…»), физической науке (то есть о системе знаний, выработанных физикой), биологической науке и т. д. «Тело» науки в этом смысле составляют

законы

— открытые устойчивые связи между явлениями, — формулировка которых позволяет описать, объяснить и предсказать явления объективной действительности.

Наконец, в–четвертых, под наукой иногда понимается

система учреждений и организаций

(Академий, институтов, лабораторий, профессиональных сообществ и т. п.), в рамках которой организуется исследовательская деятельность, созываются конференции и т. д. В таком значении мы используем термин «наука», говоря, к примеру, о том, что кто–то «занят в сфере науки» или «является работником науки» — по аналогии с тем, что кто–то может быть занят в сфере производства или в сфере торговли.

Оставим пока вне разговора это последнее понимание. Речь пойдет прежде всего о науке как об особом способе познания мира.

Наука и другие способы познания

Из сказанного могло создаться впечатление, что наука — это некоторый изолированный от других способ познания мира, обеспечивающий при этом наибольшую достоверность и эффективность познания.

Это так лишь до определенной степени; во многих отношениях наука связана с другими формами познания; что же касается достоверности, то в ряде случаев наука — в сложившейся традиции подхода к ней — вынуждена признать их приоритет.

Рассмотрим это подробнее.

Помимо научного способа освоения действительности, принято выделять

обыденное познание, художественное познание и религиозное познание.

Обыденное познание — это познание, осуществляемое нами в повседневной жизненной практике. Американский психолог Д. Келли вообще полагал возможным уподобить любого человека ученому: чтобы жить, мы должны опираться на определенные выявленные нами закономерности жизни; при взаимодействии с чем–то новым мы опираемся — хотя и не всегда их формулируем — на определенные гипотезы.

Классификация наук

До сих пор мы говорили о

науке вообще;

это нам понадобилось, чтобы определить особенности научного метода познания в его отличии и сходстве с другими и тем самым определить подход к психологии как к науке.

Термином «наука» обозначаются также отдельные отрасли научного знания (одной из них выступает психология), отличающиеся друг от друга по ряду существенных характеристик. Для того чтобы в дальнейшем определить место психологии в системе наук, рассмотрим это подробнее.

Прежде всего, науки различаются по своему объекту. Под

объектом

той или иной

науки

понимается та сторона реальности, на изучение которой данная наука направлена. Часто объект фиксируется в самом названии науки.

2. Психология как наука Предмет и объект психологии как науки

Что является объектом и предметом психологии? Казалось бы, с ответом на этот вопрос сложностей быть не должно, однако это не так.

В дословном переводе, как мы уже говорили, психология — наука о душе (от греческого

psyche —

душа и

logos —

учение, наука). Если душа — объект психологии, то мы сталкиваемся с радом трудноразрешимых проблем.

Во–первых: что такое душа? Если это — некоторая метафора, позволяющая нам объяснить, скажем, человеческую активность, особенности переживаний, мышления и др., то она не может быть объектом психологии, оказываясь лишь понятием, облегчающим наши рассуждения через апелляцию не вполне понятно к чему. «Почему человек мыслит?» — задаемся мы вопросом и отвечаем: «Потому что у него есть душа»; а могли бы сказать: «Так захотела природа» или просто: «Так получилось». В этом случае «душа» выступила бы как

объяснительный принцип

(все равно нуждающийся в дополнительном обсуждении), но не как объект науки.

Подойдем к этому с другой стороны и зададимся вопросом: а существует ли душа как реальность? Ведь лишь признание ее объективности может сделать ее объектом науки.

Ответа на этот вопрос, как вы понимаете, нет. Существование души несомненно для одних и условно для других. Скажем так: если душа существует, то

непосредственно

увидеть, «ухватить», измерить ее невозможно; невозможно и экспериментировать с ней. В этом — одна из специфических особенностей психологии как науки: если в религии или искусстве можно рассуждать о душе без всяких оговорок, то наука, указывая на ее существование как самостоятельной реальности, должна это существование доказать или обосновать. А душа, повторим, эмпирически неуловима: мы можем наблюдать поведение, слушать и фиксировать речь, анализировать продукты творчества, оценивать успешность деятельности и т. д. — но все это не душа, а в лучшем случае проявления.

3. Из истории становления психологии как науки

Понятие «психология», как чаще всего указывают источники, впервые появляется в 1590 г. в трудах немецкого богослова Гоклениуса; в научный язык его впервые ввел в 30–х годах XVIII века немецкий ученый Христиан Вольф (1679—1754), автор книг «Рациональная психология» и «Эмпирическая психология». Это, разумеется, не означало, что размышления о душе, а тем более представления о ней возникли лишь с появлением понятия «психология» — равно как и то, что с появлением трудов Вольфа психология обрела научный статус.

Немецкий психолог

Герман Эббингауз

(1850—1909), один из пионеров экспериментальной психологии, высказал кажущуюся парадоксальной мысль, часто цитируемую в различных психологических изданиях:

«У психологии краткая история, но долгое прошлое».

Действительно, размышления о душе мы можем найти у философов глубокой древности (а то или иное ее видение — без обсуждения и аргументации — в мифологических и религиозных представлениях различных народов, в том числе тех, кто никогда философии не знали). В этом смысле психология действительно имеет давнее прошлое; наукой же — в том смысле, который мы обсуждали выше — она стала сравнительно недавно, в конце XIX века; рубежной датой принято считать 1879 г., когда немецкий философ, психолог, физиолог, врач Вильгельм Вундт (1832—1920) открыл в Лейпциге первую в мире экспериментальную психологическую лабораторию, а затем на ее основе — психологический институт, где проводились исследования и где в различной форме прошли подготовку многие выдающиеся психологи мира.

Создание института означало выделение психологии в самостоятельную науку (до того она считалась частью философии), а введение в психологию эксперимента означало обретение ею метода, сопоставимого с методами наук естественных (которые в ту пору, собственно, и считались чаще всего науками в полном смысле). Был некий парадокс в том, что Вундт, философ–идеалист, пытался применить к душе методы исследования, близкие к тем, что приняты в физиологии (он и называл свою экспериментальную психологию физиологической), что вызвало как признание многих ученых, так и сопротивление со стороны других; это парадокс, характерный — в различных вариантах — для дальнейшего развития психологии, остро обсуждается и до сей поры. Но, так или иначе, научная психология родилась как дитя философии и экспериментальной физиологии.

Однако психология как наука возникла на основе многовековых размышлений о душе, переработанных Вундтом и его современниками, а в дальнейшем многообразно изменялась: современная психология уже совсем не похожа на ту, какой она была при рождении.

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ЗАРУБЕЖНОЙ ПСИХОЛОГИИ XX ВЕКА

Психоанализ и направления, с ним связанные

Одним из наиболее важных для развития современной психологии направлений явился

психоанализ. В

первую очередь он связан с именем австрийского психолога и психиатра

Зигмунда Фрейда

[25]

(1856—1939).

Возникнув как метод лечения неврозов, психоанализ затем превратился в психологическую теорию, а впоследствии — в одно из важных направлений философии XX в. Отметим еще раз:

• психоаналитическая теория складывалась не на базе проверки предварительно выдвинутых гипотез, как происходит в академической науке; она возникала из необходимости практической помощи страдающему человеку, и психоаналитические представления формировались как попытка объяснения того, что открывалось в терапевтической практике иногда неожиданно для самого психоаналитика.

Бихевиоризм

Другим влиятельным направлением, также существующим (и также изменившимся со времени своего основания) до настоящего времени и которому также иногда приписывается «революционное» значение, стал в начале XX в. бихевиоризм (от английского слова

behavior—

поведение), программу которого провозгласил в 1913 г. американский исследователь

Джон Уотсон

(1878—1958). Как и психоанализ, бихевиоризм противостоял тем аспектам ассоцианизма, которые связаны с представлениями о сознании как предмете психологии, однако основания для противостояния были совершенно иные. Бихевиоризм складывался как научно–исследовательское направление с явно выраженным естественнонаучным уклоном, и его основатели пытались найти формы объективного подхода к психической жизни.

Согласно бихевиористам, такие понятия, как «осознание», «переживание», «страдание» и т. п., не могут считаться научными; все они — продукт человеческого самонаблюдения, то есть субъективны, наука же, с их точки зрения, не может оперировать представлениями о том, что не может быть зафиксировано объективными средствами.

Один из крупнейших бихевиористов,

Беррес Фредерик Скиннер

(1904—1990), называл подобные понятия «объяснительными фикциями» и лишал их права на существование в науке.

Что же может быть, с точки зрения бихевиористов, предметом изучения? Ответ: наблюдаемая активность организмов, то есть

поведение.

«Поток сознания мы заменяем потоком активности», — объявил Д. Уотсон (адресуясь таким образом к теории «потока сознания»

У. Джеймса).

Он провозгласил следующие задачи бихевиоризма:

объяснять поведение человека, предсказывать поведение человека, формировать поведение человека.

Укажем, что на формирование идей бихевиоризма сильное влияние оказала русская физиология, в частности работы В. М. Бехтерева, после разочарования в психологии Вундта, разрабатывавшего на основе учения о рефлексе так называемую «объективную психологию» (позже — «рефлексологию»), и И. П. Павлова, чьи представления о формировании условного рефлекса получили в бихевиоризме название

Активность — внешняя и внутренняя — описывалась в бихевиоризме через понятие «реакция», которым обозначались те изменения в организме, которые могли быть зафиксированы объективными методами — сюда относятся и движения, и, например, секреторная деятельность.

Гештальтпсихология

Еще одним важным психологическим направлением, возникшим в период «открытого кризиса», явилась гештальтпсихология (часто используемый приблизительный перевод с немецкого: психология формы), связанная в первую очередь с именами германских исследователей

Макса Вертгеймера

(1880—1943),

Курта Коффки

(1886—1941) и

Вольфганга Келера (1887—1967).

В противовес представлениям ассоцианистов о том, что образ создается через синтез отдельных элементов (то есть, например, целостный образ человека в нашем восприятии возникает в результате своеобразного синтеза первоначально возникающих отдельных ощущений, связанных с цветом, формой, размером и пр.) гештальтпсихологи выдвинули идею о том, что целостный образ возникает сразу как целостный. Собственно, сам термин

гештальт,

не имеющий однозначного перевода с немецкого, в качестве ближайших эквивалентов имеет «целостный образ», «форма», «структура». Иными словами, восприятие не только не сводится к сумме ощущений (об этом писали и до гештальтпсихологов), но ощущений, по сути, нет вовсе.

Так, классическим является открытый Максом Вертгеймером так называемый фифеномен. Оказалось, что восприятие движения возможно в отсутствие самого движения или, на языке описания восприятия движений в ассоцианизме, в отсутствие последовательной цепочки ощущений, отражающих перемещение объекта в пространстве.

Экзистенциально–гуманистическая психология

Новая ситуация, сложившаяся в мире в связи с последствиями первой и в особенности второй мировой войн, безумие фашизма обратили психологическую мысль запада к новой проблематике — смысла (или бессмысленности?) бытия, трагизма бытия, свободы (или несвободы?) личности, одиночества (или неодиночества?) человека, его ответственности, жизни и смерти — к проблемам, разрабатывавшимся в философии

экзистенциализма .

Помимо того, что эта философия повлияла на многих неофрейдистов (мы уже называли

К. Хорни, Э. Фромма

и других), она вызвала к жизни новую психологию, пересмотревшую базовые основания предшествующей и во многих отношениях противопоставившую себя как бихевиоризму, так и психоанализу прежде всего в понимании подлинной природы человека. Это направление в целом часто обозначается как экзистенциально–гуманистическая психология. Здесь не место обсуждать различия между течениями внутри данного направления; мы рассмотрим некоторых наиболее ярких его представителей.

В 1964 г. в США состоялась первая конференция по гуманистической психологии. Ее участники пришли к выводу, что бихевиоризм и психоанализ (они были обозначены как две главные на тот момент «психологические силы») не видели в человеке того, что составляет его сущность именно как человека. Вы уже имели возможность убедиться, что и психоанализ (во всяком случае, ортодоксальный, фрейдовский), и бихевиоризм в его классической форме рассматривали человека с позиций естественнонаучных: у Фрейда человеческая нравственность и духовность рассматривались не как самостоятельные реалии, а как следствие сложностей психосексуального развития и, соответственно, вторичные, производные от влечений и их судьбы; в бихевиоризме же (за исключением некоторых вариантов социобихевиоризма, который формировался в те же годы, что и гуманистическая психология) такие вещи, как свобода, достоинство человека и др., не только не рассматривались, но устами известного вам Б. Скиннера были объявлены фикциями, то есть искусственно созданными и не имеющими отношения к реальности понятиями. Гуманистическая психология обозначила себя как «третья сила» в психологии, противопоставленная психоанализу и бихевиоризму.

Возникновение названия и формулирование основных принципов связано в первую очередь с именем американского психолога

Обозначим, вслед за Маслоу, основные отличия гуманистической психологии от первых двух «сил».

Прежде всего, гуманистическая психология подчеркивает, что

Трансперсональная психология

Выше мы обозначили психоанализ, бихевиоризм и гуманистическую психологию как «три силы» в психологии (так это было названо

Маслоу);

на роль «четвертой силы» претендует появившаяся в 60–е годы «трансперсональная психология» (термин введен

А. Маслоу,

видевшим за этим направлением будущее психологии, но самостоятельно его не разрабатывавшим в собственном смысле).

Трансперсональная психология ищет новую теоретическую парадигму, позволяющую описывать явления, не получившие достаточного обоснования в рамках «первых трех сил». В первую очередь это относится к предельным возможностям человеческой психики, к тому, что называется «мистическими переживаниями», «космическим сознанием» и т. п., то есть формам особого духовного опыта, требующим при анализе взгляда на человека с нетрадиционных позиций; в центре трансперсональной психологии (то есть «психологии, выходящей за пределы личности») — так называемые измененные состояния сознания, переживание которых может привести человека к смене фундаментальных ценностей, духовному перерождению и обретению целостности.

Лидером этого направления является

Станислав Гроф

, разработавший метод холотропного дыхания (холотропный — ведущий к целостности), именуемый также ребефингом (возрождение), что имеет и прямой смысл, так как в измененном состоянии сознания возможно, как указывают представители этого направления, повторное переживание момента собственного рождения, и символический смысл — духовное воскресение. При этом методе измененное состояние сознания достигается посредством особой работы с дыханием и «отключения» сознания под воздействием специальной музыки (часто говорят, что возрождает традиции язычества).

Согласно взглядам представителей этого направления, рождения проживание, смерти, возрождения, других событий в измененном состоянии сознания (что часто может быть связано со страданием и его преодолением) ведет к высвобождению, выходу за пределы себя (трансценденции) и вступлению в иные, более целостные отношения с миром.

Основными теоретическими источниками трансперсональной психологии, признаются, как правило, психоанализ и восточные философские системы, в частности, даосизм, с выработанными в них представлениями об энергетической основе мира.

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ НАУКИ

Основы отечественной научной психологии также закладывались в конце XIX — начале XX вв.

Прежде всего отметим естественнонаучное направление, имеющее давние, идущие от М. В. Ломоносова, традиции, воплотившиеся в рассматриваемый период в работах В. М. Бехтерева, создателя направления, называемого «рефлексология».

Владимир Михайлович Бехтерев

(1857—1927), невропатолог, психолог, психиатр, создал первую в России экспериментально–психологическую лабораторию» (1885 г., Казань) и Психоневрологический институт (1907 г., С. — Петербург), в котором осуществлялись комплексные исследования человека (в дальнейшем традиции комплексного подхода были развиты ленинградским психологом

Борисом Герасимовичем Ананьевым ).

Рефлексология, стремясь быть объективной наукой, широко привлекала для объяснения психических явлений физиологические принципы, изучая рефлексы, протекающие с участием головного мозга (как вы знаете, в отечественной науке такой подход связан с именем

Ивана Михайловича Сеченова

[30]

(1829—1905).

Культурно–историческая теория Л. С. Выготского

Одним из наиболее важных направлений, сформировавшихся в 20—30 гг., стала «культурно–историческая теория», разработанная

Львом Семеновичем Выготским

(1896—1934). Несмотря на то, что ряд ее положений подвергался и подвергается критике, в том числе со стороны последователей Л. С. Выготского, основные его идеи продуктивно разрабатываются и рейчас, причем идеи эти воплощены ныне не только в психологии, но и в педагогике, и в дефектологии, и в языкознании, и в культурологии, и в искусствознании.

Л. С. Выготский в своих теоретических построениях также опирался на марксизм, самостоятельно придя к нему как к философскому учению, открывшему новые методы видения человека в мире, и принял его не как догму, а как основу для развития.

Л. С. Выготский стремился разрешить проблему генезиса человеческого сознания, найти качественную специфику психического мира человека и определить механизмы его формирования Важнейшее отличие деятельности человека от поведения животных заключается, согласно положениям марксизма, в использовании человеком орудий труда для преобразования мира и сохранении этих орудий.

Л. С. Выготский задается вопросом: возможно ли найти нечто аналогичное применительно к внутреннему, психическому миру человека? Не располагает ли сознание особыми орудиями, направленными (в отличие от орудий труда) — не вовне, а внутрь, на овладение собственной психической жизнью и — на этой основе — собственным поведением? Для Л. С. Выготского принципиально, что такие орудия есть, и именно они делают возможным произвольное поведение, логическое запоминание и др Он различает два уровня психического —

натуральные и высшие психические функции,

причем

предметом психологии считает историю развития высших психических функций.

Натуральные функции даны человеку как природному существу. Это механическое запоминание, не предполагающее специальных способов переработки информации (скажем, мнемотехник), непроизвольное внимание, проявляющееся, например, в повороте головы к источнику громкого звука. Целенаправленное мышление, творческое воображение, логическое запоминание, произвольное внимание — примеры высших психических функций; одной из важнейших их характеристик является опосредствованность, то есть наличие средства, при помощи которого они организуются.

Теория деятельности А. Н. Леонтьева

Из учеников и последователей Л. С. Выготского одной из наиболее примечательных и влиятельных в отечественной психологии фигур был

Алексей Николаевич Леонтьев

(1903—1979), с именем которого связано развитие «теории деятельности

[31]

». В целом А. Н. Леонтьев развивал важнейшие идеи своего учителя, уделяя, однако, основное внимание тому, что оказалось недостаточно разработано Л. С. Выготским — проблеме деятельности.

Если Л. С. Выготскому психология представлялась наукой о развитии высших психических функций в процессе освоения человеком культуры, то А. Н. Леонтьев ориентировал психологию на изучение порождения, функционирования и строения психического отражения реальности в процессе деятельности.

Общий принцип, которым руководствовался А. Н. Леонтьев в своем подходе, может быть сформулирован так:

внутренняя, психическая деятельность возникает в процессе интериоризации внешней, практической деятельности и имеет принципиально то же строение. В

этой формулировке намечено направление поиска ответов на важнейшие теоретические вопросы психологии: как возникает психическое, каково его строение и как его изучать. Важнейшие следствия из этого положения: изучая практическую деятельность, мы постигаем и закономерности психической деятельности; управляя организацией практической деятельности, мы управляем организацией внутренней, психической деятельности.

Сложившиеся в результате интериоризации внутренние структуры, интегрируясь и преобразуясь, являются, в свою очередь, основой для порождения внешних действий, высказываний и т. п.; этот процесс перехода «внутреннего во внешнее» обозначается как «экстериоризация»; принцип «интериоризации–экстериоризации» — один из важнейших в теории деятельности.

Содержательно теория А. Н. Леонтьева связана с целым рядом теоретических и прикладных вопросов, отдельных из которых мы сейчас кратко коснемся.

Философско–психологическая теория С. Л. Рубинштейна

Деятельностный подход (формулируемый так же, как принцип единства сознания и деятельности) разрабатывался А. Н. Леонтьевым в развитие идей Л. С. Выготского.

Мы уже упоминали о том, что деятельностный подход разрабатывался независимо от этой линии основателем другой психологической школы

Сергеем Леонидовичем Рубинштейном

(1889—1960) и был им обозначен впервые уже в начале 20–х гг., при рассмотрении

принципа творческой самодеятельности

(любая деятельность является самостоятельной и творческой — одна из важнейших мыслей

С. Л. Рубинштейна).

По словам С. Л. Рубинштейна, субъект в актах своей творческой самодеятельности не только обнаруживается и проявляется; он в них созидается и определяется. Если для школы Л. С. Выготского центральным является процесс интериоризации, то в теории С. Л. Рубинштейна исходным выступает действие, «проникающее» в объективную действительность и, по образному выражению Сергея Леонидовича, несущее мышление на своем острие.

Через принцип деятельности С. Л. Рубинштейн преодолевает недостаток, характерный, по его мнению, для традиционной психологии сознания и механистических концепций, где мир и сознание противопоставлены друг другу: деятельность выводит человека в мир и, творя мир, субъект творит и самого себя. В развитии человека личный и общественный опыт неразрывны.

Деятельность — один из уровней (важнейших уровней!) изначально практического и всегда непрерывного взаимодействия человека с миром. Если для Л. С. Выготского главным моментом, определяющим развитие, является знак (вспомните различение натуральных и высших психических функций), то для С. Л. Рубинштейна — деятельность; если для Л. С. Выготского знаки порождают человеческие формы поведения, то для С. Л. Рубинштейна, напротив, практические действия делают возможным овладение речью.

Теоретические представления, разработанные в Санкт–Петербургской психологической школе

Ряд важных теоретических представлений разработан в так называемой

Питерской (Санкт–Петербургской, Ленинградской) психологической школе,

берущей начало в научной и организаторской деятельности

Владимира Михайловича Бехтерева

, о котором мы говорили выше.

Авторитетной теорией, сформировавшейся в этой школе, является «теория отношений»

Владимира Николаевича Мясищева

(1892—1973), созданная в развитие идей его учителя, сподвижника Бехтерева

Александра Федоровича Лазурского

(1874—1917) и представляющая особый подход — в рамках марксистской методологии— к проблемам личности.

В. Н. Мясищев исходил из того, что главным принципом изучения природы в целом является принцип изучения ее объектов во взаимосвязях. Для человека же, выступающего как активный субъект, характерны

отношения

— осознанные избирательные связи его с различными аспектами бытия — с другими людьми, предметами, собственной деятельностью, самим собой. Сложнейшие отношения человека к окружающему миру выражаются в его психической деятельности; в этих отношениях человек выступает в роли субъекта, деятеля, сознательно преобразующего действительность. Отношения человека в развитом виде представляют систему индивидуальных, избирательных, сознательных связей личности с различными сторонами объективной действительности.

Основные стороны психической жизни, по В. Н. Мясищеву, — психические процессы, отношения, состояния, свойства личности, неразрывно связанные и проявляющиеся друг в друге.

Система отношений — психологическое «ядро» личности. Через это понятие в теории В. Н. Мясищева оказалось возможным рассмотрение различных психических явлений. Так, мотив выступает в этой теории как выражение отношения к объекту действия; воля проявляется в достижении цели, являющейся объектом активного отношения; черты характера — превращенные отношения и т. д. Через противоречивые отношения В. Н. Мясищев, являющийся одним из крупнейших отечественных психотерапевтов, рассматривал неврозы.

4. Место психологии в системе науки ее структура Психология и другие науки

Мы очень кратко рассмотрели основные психологические теории. Повторим еще раз: говорить о психологии как единой науке на современном этапе достаточно трудно: каждое направление предлагает свое понимание душевной жизни, выдвигает свои объяснительные принципы и соответственно концентрирует усилия на анализе определенных аспектов того, что понимает под психической реальностью. Вместе с тем в последнее время наблюдается сближение ряда направлений — или хотя бы тенденция к большей терпимости их по отношению друг к другу, что означает возможность диалога и взаимообогащения.

Теперь мы можем вернуться к вопросу о месте психологии в системе наук и попытаться оценить ее связь с другими научными дисциплинами.

Итак, к каким же наукам относится психология — к естественным или гуманитарным?

Вероятно, вы уже поняли, что психологию нельзя однозначно отнести к тем либо другим. Исторически она складывалась как «многоголосье» религиозных, философских, физиологических, биологических, медицинских и иных представлений о человеке (прежде всего о человеке).

Связь психологии с естественными науками вполне очевидна. Наиболее явная связь — с биологическими науками. Вы помните, что уже в античности душа понималась как некое жизненное начало или сущность живого, и Аристотель соотносил виды души с разрядами живых существ. Если рассматривать формирование собственно научной психологии, то здесь необходимо отметить несколько аспектов в отношениях психологии с биологическими дисциплинами.

Основные отрасли психологии

При обсуждении связи психологии с другими науками мы очертили — хотя и далеко не полностью — круг различных психологических дисциплин, то есть отраслей психологии, затронув тем самым вопрос о структуре современной психологии. Постараемся сделать это более система–тизированно, хотя это не всегда легко: отрасли психологии возникают и развиваются не по воле единого методолога, предписывающего науке логику развития, но прежде всего исходя из требований жизни, практики. В связи с этим любая схема будет условной, и сложные процессы дифференциации и интеграции психологических дисциплин останутся за ее пределами.

Поскольку в настоящее время нет единой общепринятой классификации отраслей психологии (или так называемых «психологических наук»), сначала рассмотрим их в некотором соответствии и с теми учебными дисциплинами, которые предусмотрены в учебном процессе при подготовке психолога.

Фундаментальная часть психологии представлена

общей психологией

— дисциплиной, пытающейся найти ответы на принципиальные вопросы, встающие перед психологической наукой в целом, выработать теоретические принципы, обосновать методы психологического познания, сформулировать основные закономерности существования и развития психической реальности. Наиболее глобальные из интересующих ее вопросов (мы имели возможность отчасти их проследить при рассмотрении становления предмета психологии): что такое психика? Каковы ее структура и функции? По каким законам она развивается в филогенезе и онтогенезе? Каковы уровни ее развития и по каким критериям их можно выделить? Как соотносятся психика и мозг? Какую роль в психическом развитии играют врожденное и приобретенное? биологическое и социальное? Каковы критерии различения нормального и аномального развития психики?

Помимо проблем, относящихся к психике в целом, общая психология рассматривает более частные, относящиеся к конкретным психическим процессам, состояниям и свойствам. Поскольку основной интерес для психологии представляет человек, общая психология обсуждает в первую очередь вопросы, связанные с личностью, деятельностью, общением, познавательными процессами человека, изучая их как в теоретическом плане, так и экспериментально. (Иногда как об отдельных дисциплинах в рамках общей психологии говорят о психологии личности, психологии деятельности, психологии познавательных процессов.)

Основные вопросы, поднимаемые общей психологией, стоят в центре более частных отраслей психологической науки, являющихся относительно самостоятельными областями знания (частично мы рассматривали их в предыдущем разделе). Так, проблемы развития психики в филогенезе специально рассматриваются в

5. Научные организации

Научная деятельность осуществляется психологами в основном в рамках научно–исследовательских институтов, в лабораториях (которые могут принадлежать исследовательскому институту, но могут и существовать при других учреждениях, заинтересованных в психологических разработках) и на кафедрах психологии различных учебных заведений, преимущественно высшего звена (где также могут быть организованы лаборатории, либо научно–исследовательская деятельность осуществляется преподавателями кафедры).

Считается, что большая часть российских психологических исследований осуществляется в рамках деятельности учреждений так называемой «большой пятерки»: Психологического института РАО; Института психологии РАН; факультетов психологии Московского государственного университета и Санкт–Петербургского государственного университета; Санкт–Петербургского научно–исследовательского психоневрологического института им. В. М. Бехтерева.

В настоящее время в России существует

два специализированных психологических научно–исследовательских института,

ведущих разработки по наиболее актуальным направлениям современной психологии.

Как Вы уже знаете, старейшим психологическим специализированным научно–исследовательским институтом является

Психологический институт Российской академии образования (РАО),

официальное открытие которого состоялось в 1914 г.

За почти 90 лет существования института (неоднократно менявшего свое название) его директорами были видные психологи и организаторы науки — его первый директор Г. И. Челпанов, позже — К. Н. Корнилов, А. Н. Леонтьев, С. Л. Рубинштейн (о них мы уже рассказывали), академики

Анатолий Александрович Смирнов, Василий Васильевич Давыдов, Алексей Михайлович Матюшкин .

В настоящее время директор института —

Виталий Владимирович Рубцов ,

доктор психологических наук, профессор, академик РАО, специалист в области развивающего образования. В институте работают около 250 сотрудников. Основные направления работы института связаны с теоретическими и прикладными вопросами психологии личности, психологии развития, педагогической психологии.

Глава 3

Профессиональный психолог как прикладник и практик

1. Общее представление о прикладной психологии и психологической практике

Психологические проблемы пронизывают всю нашу жизнь, то есть психолог может найти себе применение практически во всех сферах жизнедеятельности человека и не только человека (как известно, психологи изучают жизнь животных, птиц, рыб, микроорганизмов, целостных экологических систем и т. п.). Но здесь сразу же возникают вопросы: кто определяет, какими проблемами должен заниматься психолог, а какими — не должен (иначе получается, что все проблемы, связанные с человеком, должны решать только психологи, а в других профессиях надобность просто отпадает).

Другой вопрос: как психолог должен решать имеющиеся психологические проблемы, только ли он сам определяет формы, методы и условия своего труда?

Чтобы привнести некоторую ясность в подобные вопросы, В. И. Слободчиков

[35]

и Е. И. Исаев

[36]

выделяют

два понимания «практической психологии»:

1) практическая психология как «прикладная дисциплина», особенностью которой является «ориентация на академическую исследовательскую психологию естественнонаучного типа»;

2) практическая психология как «особая психологическая практика», где главная ориентация не на исследование психики, а на «работу с психикой» (см.

Слободчиков, Исаев,

1995. — С. 113–115).

2. Основные направления деятельности практического психолога

Социальный заказ и задачи, возникающие перед практическим психологом при работе с клиентом

Социальный заказ на работу практического психолога формируется в обществе, или точнее, в некоторой его части, осознавшей необходимость в профессиональной помощи для преодоления возникших трудностей. Первыми осознали важность и нужность особого вида деятельности психолога — практической — представители профессий типа «человек–человек» (по типологии

Е. А. Климова),

прежде всего, учителя. Именно поэтому в нашей стране в настоящее время получила наибольшее развитие служба практической психологии образования. Наибольшее число практических психологов работает сейчас в сфере образования.

Однако все острее ставится вопрос о необходимости квалифицированных специалистов–психологов в учреждениях и организациях самого различного профиля для работы с персоналом.

Активно развивается практическая психология в бизнесе, в рекламном деле, в управленческой сфере. Возникла нужда в психологах–имиджмейкерах, психологах, умеющих работать с политиками.

В результате происходящих социальных изменений психолог приобрел новый общественный статус, требующий от него ясного понимания обращенных к нему ожиданий. Г. С. Абрамова (1994) вводит понятия Заказчика, Клиента и Пользователя психологической информации. Согласно ее взглядам, эти понятия означают следующее:

Клиент —

человек, который передает психологу знание о себе или о других людях; при этом он считает себя прямо или косвенно ответственным за содержание этой психологической информации.

Психологическая помощь, психологическое содействие, психологическая поддержка и психологическое сопровождение

Понятие психологической помощи является наиболее устоявшимся в практической психологии. Содержание этого понятия представлено в совокупности основных направлений профессиональной деятельности практического психолога: психопрофилактике, психодиагностике, психокоррекции, психологическом консультировании и психотерапии. При этом чаще всего под оказанием психологической помощи подразумевают услуги психолога тем, кто испытывает серьезные трудности в социализации, адаптации (в школе — тем, кто «выпадает» из процесса обучения). Задача психолога, таким образом, уподобляется задаче врача: поставив диагноз, «нормализовать» жизнедеятельность человека, возвратить его в общее русло. Иными словами — снова сделать его «таким же, как все».

Несколько иной подход появился уже в середине восьмидесятых годов. Основная идея этого подхода, наиболее ярко проявившегося в области практической психологии образования, состояла в выдвижении понятия «содействие». Суть новой позиции не сводилась, разумеется, только к замене термина. Речь шла о том, что работать психологу следует не только с теми, у кого имеются проблемы, а со всеми людьми, оказывая

содействие

их развитию. Для психолога, работающего в школе, это означает включение в образовательный процесс в качестве равноправного участника,

содействующего

ученикам, учителям, родителям.

Почти одновременно с термином «содействие» появился термин «поддержка». В практической психологии образования и в научной литературе стали встречаться такие обороты, как «психологическая поддержка процесса обучения», «психологическая поддержка образовательной среды», «психологическая поддержка развития детей». Однако нельзя сказать, что слово «поддержка» прочно закрепилось в профессиональной психологической речи.

Пожалуй, из–за того, что слишком очевидно «выпирает» его «костыльное» содержание. Действительно, поддержка, подпорка нужны, как правило, тому, кто сам едва стоит на ногах. Если уж образовательный процесс не «держится», то вряд ли ему помогут «психологические костыли».

В последние годы, благодаря стараниям известного московского специалиста М. Р. Битяновой и питерских практических психологов Г. Бардиер, И. Рамазан и Т. Чередниковой широко употребляемым стало словосочетание «психологическое сопровождение». Идеология сопровождения состоит в том, чтобы не ограждать ребенка от трудностей, не решать его проблемы вместо него, а создавать условия для совершения им осознанного, ответственного и самостоятельного выбора на его жизненном пути. Психолог идет рядом с ребенком как друг и помощник (но не конвоир!). Ребенок всегда может обратиться к нему за помощью, но это не значит, что психолог станет все делать за него. Функции психолога в парадигме сопровождения напоминают в чем–то работу телохранителя. Его и не видно, может быть, пока он не понадобится. Чаще всего его задача — это создание благоприятных условий ребенку для самостоятельного решения. Но бывают моменты, когда он должен стремительно вмешаться, или остановить, или повести за собой, чтобы спасти и помочь.

Структура и основные разделы практической психологии

С какой бы позиции — помощи, содействия, поддержки или сопровождения — ни рассматривать деятельность практического психолога, в любом случае можно говорить о пяти основных направлениях этой деятельности:

1)

психопрофилактика,

подразумевающая работу по предупреждению дезадаптации (нарушений процесса приспособления к среде) персонала организации или детей в образовательном учреждении, просветительскую деятельность, создание благоприятного психологического климата в учреждении, осуществление мероприятий по предупреждению и снятию психологической перегрузки людей и т. п.;

2)

психодиагностика,

важнейшей целью которой является добывание психологической информации о человеке или группе, «конкретных знаний о конкретном человеке, полученных на основе обобщенной научной теории»

(Абрамова Г. С.

1994. — С. 12);

3)

психологическая коррекция,

понимаемая как целенаправленное воздействие на те или иные сферы психики клиента, ориентированное на приведение ее показателей в соответствие с возрастной или иной нормой;

4)

психологическое консультирование,

целью которого является обеспечение человека необходимой психологической информацией и создание условий — в результате общения с психологом — для преодоления жизненных трудностей и продуктивного существования в конкретных обстоятельствах;

Важнейшие задачи психопрофилактической работы

Задачи деятельности психолога в русле психопрофилактики наиболее четко определены

в рамках службы практической психологии в системе образования.

Они заключаются в следующем:

• работа по адаптации детей, подростков и молодежи к условиям образовательных учреждений, выработка конкретных рекомендаций педагогам, родителям, воспитателям и др. по оказанию помощи детям в адаптационный период;

• создание программ индивидуальной работы с участниками образовательного процесса, предназначенные для адаптации учащихся к процессу обучения и обеспечения всестороннего и гармоничного развития личности;

• создание условий, содействующих предупреждению дезадаптационных состояний при переходе на новые ступени в системе образования (из начальной школы в неполную среднюю, из неполной средней в среднюю образовательную, из средней образовательной в профессиональную и пр.);

• проведение различных видов работ по созданию благоприятного психологического климата в учреждении образования;

Психодиагностика как одно из направлений деятельности практического психолога

Психодиагностика

— это наука и практика, связанная с разработкой разнообразных методов распознавания индивидуально–психологических особенностей человека и постановкой с помощью этих методов психологического диагноза. Слово «диагностика» имеет греческие корни:

«диа»

— различие,

«гнозис»

— познание.

Практический психолог обычно не занимается созданием новых психодиагностических методик, он является пользователем разработанных исследователями методов. Практический психолог с помощью психодиагностики решает следующие

основные задачи (

Немое Р.

С, 1995):

1. Установление наличия у человека того или иного психологического свойства или особенности поведения.

2. Определение степени развитости данного свойства, ее выражение в определенных количественных и качественных показателях.

3. Описание диагностируемых психологических и поведенческих особенностей человека в тех случаях, когда это необходимо.

3. Формы практической психологической работы

Сравнительный анализ групповой и индивидуальной форм психологической работы

Рано или поздно перед каждым психологом встает вопрос о том, как продуктивней оказать психологическую помощь человеку: через индивидуальную работу или путем включения его в тренинговую группу. Разумеется, на выбор окажут влияние и профессиональные предпочтения. Однако для решения этого вопроса попробуем все–таки уяснить те достоинства и недостатки, которые имеют групповая и индивидуальная формы психологической помощи. При анализе будем опираться на те преимущества психокоррекционной и психотерапевтической работы в группах, которые выделены К. Рудестамом (1993).

Одним из главных преимуществ психологической работы в группе является то, что групповой опыт противодействует отчуждению. Такое отчуждение может возникнуть при индивидуальной работе с психологом — ведь клиент, взаимодействуя только с консультантом, часто не может избавиться от ощущения, что его проблема единственная в своем роде. Там, за стенами кабинета, — счастливые и беззаботные люди, не ведающие, как тяжело ему, одинокому. Оказавшись в тренинговой или психотерапевтической группе, человек избегает непродуктивного замыкания в самом себе со своими трудностями и обнаруживает, что его проблемы не уникальны, что и другие переживают сходные чувства. Сплошь и рядом в группе человек встречает людей, у которых имеются такие проблемы, в сравнении с которыми собственная — это просто цветочки. А они — эти другие участники группы — живут, действуют и не теряют оптимизма. Для многих людей подобное открытие само по себе оказывается мощным психотерапевтическим фактором. Однако, если жизненные трудности, переживаемые человеком, в самом деле значительно серьезней, чем у других участников, то работа в тренинговой группе может оказаться для него менее полезной, чем индивидуальные консультации.

Еще одно важное отличие группового взаимодействия от диадического (в паре с психологом) состоит в том, что группа способна отразить общество в миниатюре, делает очевидными такие скрытые факторы, как давление партнеров, социальное влияние и конформизм. По сути дела, в группе моделируется — ярко, выпукло — система взаимоотношений и взаимосвязей, характерная для реальной жизни участников, а это дает им возможность увидеть и проанализировать в условиях психологической безопасности психологические закономерности общения и поведения других людей и самих себя, не очевидные в житейских ситуациях. Ведь в группе можно, например, заняться ролевыми играми и буквально воссоздать конкретные жизненные ситуации кого–то из участников. Скажем, поставить сцену привычного школьного конфликта, включающего несколько участников, и проиграть различные варианты его протекания, апробировать различные стратегии поведения. Смоделировать сложное пространство человеческих отношений в социуме почти невозможно при индивидуальной психологической работе — хотя бы потому, что «актеров» маловато.

В группе участники тренинга имеют возможность получения обратной связи и поддержки от людей со сходными проблемами. Под обратной связью в общении понимается процесс и результат получения информации о состояниях партнера по общению и его восприятии поведения субъекта. В тренинговой группе, как правило, используется безоценочная обратная связь, то есть такое сообщение, исходящее от участников, которое отражает, прежде всего, чувства, переживаемые человеком при восприятии поведения другого. Например, так: «Когда я вижу, как ты обращаешься к Сергею, мне становится стыдно и обидно». Никаких «ярлыков» и никаких утверждений типа «Знаешь, Вася, ты человек нахальный и недалекий» не допускается. В реальной жизни далеко не все люди имеют шанс получить искреннюю, безоценочную обратную связь. Бывает, что мнений и суждений о себе и на работе, и дома человек наслушался уже вдосталь. Но суждения эти категоричные, явно оценочные, предвзятые, пристрастные не могут быть приняты человеком — срабатывает защитный психологический механизм отрицания. Случаются и ситуации, когда в обыденной жизни человек просто не имеет возможности услышать хоть какое–то мнение о себе — нет рядом людей, которым можно полностью довериться. Нет близких, способных на полную искренность. Да и небезопасно это — не всегда и близкие нас щадят. В тренинговой группе создается ситуация, позволяющая увидеть свое отражение в глазах других людей, отлично понимающих сущность твоих переживаний, поскольку сами они переживают почти то же самое. Каждый человек может выступить для нас «зеркалом», дающим нам наше отражение. Наверное, есть среди этих «зеркал» и «кривые». Но появляющаяся в тренинговой группе возможность «смотреться» в целую галерею «живых зеркал» является, по–видимому, самым важным преимуществом групповой психологической работы, не достижимым никаким другим способом. Когда человек взаимодействует только с психологом при индивидуальной консультации, он тоже может получить обратную связь. Но при этом у него отсутствует выбор — мнение–то лишь одно. В группе мнения могут быть высказаны очень разные, и тут уж человек сам может решать, с какой обратной связью согласиться, а какую отвергнуть.

При получении психологической помощи через группу человек может обучаться новым умениям, экспериментировать с различными стилями отношений среди равных партнеров. Если в реальной жизни подобное экспериментирование всегда связано с риском непонимания, неприятия и даже наказания, то тренинговые группы выступают в качестве своеобразного «психологического полигона», где можно попробовать вести себя иначе, чем обычно, «примерить» новые модели поведения, научиться по–новому относиться к себе и к людям — и все это в атмосфере благожелательности, принятия и поддержки. Группа дает возможность «репетиции поведения» в тех или иных ситуациях с тем, чтобы в дальнейшем перенести лучшие из найденных вариантов в свою реальную жизнь. В случае индивидуальной работы «экспериментирование» со стилями взаимоотношений заключается только в проговаривании и обсуждении с психологом возможных последствий их переноса в реальность. Но предварительной апробации в кругу разных по типу людей (что возможно в тренинговой группе) не происходит.

Психологический тренинг как метод практической психологии

Под тренинговыми группами

в настоящее время понимают все специально созданные малые группы, участники которых при содействии ведущего–психолога включаются

в своеобразный опыт интенсивного общения, ориентированный на оказание помощи каждому в решении разнообразных психологических проблем и в самосовершенствовании (в частности, в развитии самосознания).

Групповой психологический тренинг

представляет собой совокупность активных методов практической психологии, которые используются с целью формирования навыков самопознания и саморазвития. При этом тренинговые методы могут применяться как в рамках клинической психотерапии при лечении неврозов, алкоголизма и ряда соматических заболеваний, так и в работе с психически здоровыми людьми, имеющими психологические проблемы, в целях оказания им помощи в саморазвитии.

В настоящее время в литературе и практической работе термин «тренинг» трактуется гораздо шире, чем он понимался всего лишь несколько лет назад. Так, известный специалист в области нейролингвистического программирования и акмеологии А. П. Ситников дает такое определение тренинга: «Тренинги (обучающие игры) являются синтетической антропотехникой, сочетающей в себе учебную и игровую деятельность, проходящие в условиях моделирования различных игровых ситуаций» (1996. С. 144).

Расширение границ использования этого понятия связано, прежде всего, с увеличением диапазона целей, значительно более широкого по сравнению с ранее определявшимися целями (развитие компетентности в общении). Так, целями специально организованных тренингов становятся личностный рост, обучение новым психологическим технологиям или отработка новых поведенческих паттернов.

Основные виды тренинговых групп в западной и отечественной практической психологии

В настоящее время существует большое количество классификаций психокоррекционных и психотерапевтических групп, рассмотреть которые полностью не представляется возможным. Впервые на русском языке систематически изложен и проанализирован достаточно широкий спектр методов фуппового психологического воздействия в работе К. Рудестама (1990). В своей классификации видов групп Рудестам опирается на два наиболее существенных параметра -— степень осуществления руководителем ведущей роли в структурировании и функционировании фуппы и степень эмоциональной стимуляции в противоположность рациональному мышлению (см. таблицу 4).

4. Основные сферы деятельности практических психологов

В настоящее время в России наиболее развитой является служба практической психологии образования. Однако психолог–практик может работать и в других сферах человеческой жизнедеятельности.

Задачи и основные проблемы психологической службы в народном образовании

Задачи службы практической психологии в системе образования Российской Федерации определяются в основополагающем нормативном документе — «Положении» об этой службе, проект которого, подготовленный Минобразования, опубликован в сентябре 1999 г.

В качестве

цели

Службы рассматривается содействие в создании в образовательном учреждении социальной ситуации развития, соответствующей индивидуальности и обеспечивающей психологические условия для охраны здоровья и развития личности всех участников образовательного процесса.

К

основным

задачам Службы относятся:

• содействие личностному и интеллектуальному развитию детей, подростков и молодежи на каждом возрастном этапе, формирование у них способности к самоопределению и саморазвитию;

• содействие гармонизации социально–психологического климата в образовательных учреждениях;

Представление о практической психологии бизнеса, рекламы и менеджмента

Важнейшие проблемы

психологии бизнеса

связаны с изучением особенностей личности современного предпринимателя; важнейших требований, предъявляемых к человеку, начинающему «свое дело»; психологических средств и методов предпринимательской деятельности; характеристик делового общения бизнесмена; основ эффективной мотивации сотрудников и т. д. Для понимания психологического содержания деятельности предпринимателя необходимо изучить специфику бизнеса в России (в отличие от стран Запада и Востока), разнообразные стратегии ведения продаж, различные способы презентации себя и своих товаров на рынке.

Во многом сходными по проблематике являются такие направления практической психологии, как психология рекламы и менеджмента (управления).

Психология рекламы

рассматривает такие вопросы, как формы и средства рекламной деятельности; технология создания рекламных писем, проспектов, объявлений и т. п.; сущест

г

ющие нормативные положения об организации рекламной деятельности; психологические особенности восприятия рекламных роликов; способы привлечения внимания в рекламе; психологические аспекты «паблик рилейшнз»; корпоративная (престижная) реклама и т. д. В широком смысле слова психология рекламы включает в себя особенности организации предвыборных кампаний, создание имиджа политика или бизнесмена, психологические основы любой презентации.

Психология управления

в нашей стране имеет более давнюю историю, чем психология бизнеса и рекламы, и вследствие этого является более разработанной и научно обоснованной. В настоящее время психология управления занимается следующими основными вопросами: типы, стили и виды управления; специфика управленческих действий на разных уровнях, способы и методы убеждения; учет индивидуальных особенностей и мотивация подчиненных в управленческой деятельности; психологические основы эффективных управленческих решений; типы корпоративных культур; влияние руководителя на социально–психологический климат в коллективе; вертикальные и горизонтальные коммуникации руководителя и его личностные характеристики; эффективные информационные технологии в управленческой деятельности и ряд других.

Рассматриваемые направления практической психологии тесно взаимосвязаны, о чем можно судить по многим совпадающим вопросам. Психолог, работающий в рекламном деле, в бизнесе, в государственном учреждении или на промышленном предприятии, должен оказывать психологическую помощь руководителю и способствовать эффективному труду всего персонала.

Психологическая помощь семьям

Семейная психотерапия в настоящее время определяется как направление в медицинской и немедицинской психотерапии, ориентированное на оказание психологической помощи семье в преодолении разнообразных психологических проблем: в межличностных отношениях, в эмоциональной сфере и т. п.

Одним из основоположников семейной психотерапии в России и в мире считается

И. В. Маляревский.

В последние годы выделились следующие основные направления семейной психотерапии:

• психодинамическое

(Аккерман, Франклин, С. М. Бабин, В. Я. Костерева

и др.);

• системное и стратегическое

(Хэйли, С. И. Чаева, Э. Г. Эйдемиллер и др.);

• позитивное

(Н. Пезешкиан)\

Специфика психодиагностической и психокоррекционной работы с семьями

И психодиагностика, и — в последующем — психокоррекция семейных трудностей осуществляются, как правило, в процессе семейного консультирования и семейной психотерапии. Специфические особенности такой работы определяются конкретными запросами, исходящими от одного из членов семьи или семьи в целом.

Специфическими особенностями

психологической помощи семьям являются отказ от концепции болезни, акцент на многомерном анализе ситуации, на аспектах ролевого взаимодействия в семье, поиск личностных ресурсов членов семьи и обсуждение способов разрешения ситуации через рассмотрение широкого диапазона возможных решений.

Работа с семьей направлена на развитие личности в семейном окружении. Важным является перенос ответственности за исход работы с психолога на семью. Семья как особый организм сама способна помочь своим членам; психолог не может дать семье больше, чем сами члены семьи могут дать друг другу.

По направленности

психологическая помощь может оказываться:

а) преимущественно одному члену семьи в связи с проблемами его семейной жизни или ее отсутствия;

5. Некоторые общие вопросы деятельности практического психолога

Проблема оценки эффективности деятельности практического психолога

До настоящего времени не существует четких и однозначных критериев, по которым можно было бы судить об эффективности всех направлений деятельности практического психолога.

Можно рассмотреть некоторые критерии эффективности каждого из видов деятельности практического психолога в отдельности.

Если говорить о

психодиагностике,

то, согласно точке зрения Г. С. Абрамовой, «эффективность работы практического психолога со стандартным, психометрическим методом будет определяться соответствием целей применения теста или методики для исследуемой выборки» (1994. С. 70). По–видимому, адекватность применяемых психологом методик может проверяться, в частности, результативностью предложенных на основе материалов обследования рекомендаций клиенту.

Эффективность

психокоррекционной работы

связана с учетом следующих важных моментов:

1) динамическое содержание периода возрастного развития может быть разнообразным, а значит, успешность, результативность одного и того же воздействия неодинакова в разные моменты жизни;

Важнейшие требования к личности практического психолога

Существуют точки зрения, согласно которым успех работы практического психолога определяется, прежде всего, системой применяемых психотехник. Иными словами, превалирующая роль отводится психологическому и психотерапевтическому (а также психокоррекционному и психодиагностическому) инструментарию, при этом личностные характеристики психолога считаются чем–то вторичным. Подобная позиция присуща теоретическим концепциям, рассматривающим психологическую помощь как

воздействие психолога на клиента.

Гуманистическая позиция (которой придерживаемся и мы) состоит в том, что развивающий и оздоравливающий эффект возникает в результате создания атмосферы эмпатии, искренности, самораскрытия и особых теплых взаимоотношений между психологом и клиентами. Невозможно насильно привести к счастью, невозможно осуществлять личностное развитие извне по отношению к личности. Следовательно, нужно, чтобы психолог обладал такими личностными характеристиками, которые позволили бы ему заботиться о создании максимально благоприятных

условий

для развития самосознания, осуществления личностных изменений.

Обобщая многочисленные исследования профессионально важных личностных черт психотерапевтов и психологов (

А. Косевска,

1990;

С. Кратохвил,

1973;

М. Либерман,

1966;

К. Роджерс,

1954;

Славсон,

1962;

Ялом,

1973 и др.), можно выделить следующие личностные черты, желательные для практического психолога:

• концентрация на клиенте, желание и способность ему помочь;

• открытость к отличным от собственных взглядам и суждениям, гибкость и терпимость;

Проблемы самопомощи в деятельности практических психологов

Поскольку сама психология является одной из сфер профессиональной деятельности, то возникает естественный вопрос: кто же будет самим психологам помогать оптимизировать свой труд? Проще всего было бы сказать, что этим должна заниматься методология психологии, поскольку сутью методологии как раз и является рефлексия (осмысление собственной деятельности). Заметим, что в каждой науке (и в каждой сфере производства) есть своя «конкретно–научная» методология, но все–таки психологи работают в этих самых разных сферах и приносят определенную пользу, то есть без психологов методологи все–таки обойтись не могут. Кроме чисто методологических проблем имеются еще проблемы, связанные с организацией труда, с медико–гигиеническими аспектами трудовой деятельности психологов, наконец, проблемы развития и саморазвития психологов в своем «нелегком» труде.

Но, как известно, проще оказывать помощь другим специалистам и очень сложно помогать самому себе (или таким же специалистам, как ты сам). Дело в том, что и психологическая помощь (и многие другие виды помощи людям, например, медицинская и проч.) предполагают определенную веру в психолога, в его «чудодейственные» методы, то есть предполагают «некомпетентного» и даже «наивного» клиента, способного поверить в «психологический миф», ведь если бы клиент сам разбирался в психологии (или в медицине), то он сам мог бы разобраться и со своими психологическими проблемами…

Но и у самих психологов есть свои психологические проблемы, и тогда возникает ситуация «сапожника без сапог». А беда психологов в том, что они (как специалисты) уже не могут быть «наивными» и «некомпетентными» клиентами. Поэтому им нужна какая–то особая помощь, отличающаяся от помощи обычным людям. Можно выделить

разные варианты такой помощи (помощи «самим себе»)

:

1. Одним из наиболее распространенных (реальных) вариантов является взаимопомощь коллег–психологов в неформальном общении: посидеть вместе, пожаловаться, помочь в решении каких–то вопросов, по–дружески обратить внимание на ошибки и недостатки своих коллег, а то и просто морально поддержать…

Практический психолог как творец

Когда некоторые специалисты–практики говорят о том, что можно создать замечательный сценарий какого–либо психокоррекционного или развивающего занятия, который может транслироваться и работать — то есть быть эффективным — независимо от особенностей личности ведущего и специфики группы или отдельного клиента, это вызывает, мягко говоря, недоумение. В общем–то, в нашей жизни и тем паче в психологической практике все бывает — «На свете много есть такого, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам!» — но все–таки: если бы созданный неким специалистом один раз, апробированный на ряде групп или клиентов сценарий затем был бы «запущен в серийное производство», использовался бы «под копирку» апологетами и, не взирая на погодные условия, обеспечивал бы всякий раз высшую степень эффективности — то все! Можно умывать руки и закрывать все исследовательские психологические институты. А заодно и педагогические вузы.

Были бы разом решены все глобальные методологические, методические, практические проблемы психологии и педагогики. Потому как — вот она, волшебная палочка, универсальный инструмент «исправления» и «выращивания» гармоничной личности. Бери и пользуйся! И пойдут стройными рядами актуализированные субъекты саморазвития. Правда, из инкубатора.

Глава 4

Основы организации работы психолога и его взаимодействия со смежными специалистами

1. Основные варианты рассмотрения сложных психологических проблем

Сложные проблемы в психологии чаще всего характеризуются своей комплексностью. При рассмотрении таких проблем обнаруживается, что они связаны с множеством других проблемных вопросов (они как бы «тянут» за собой целый ворох новых проблем), часто выходящих за рамки самой психологии. Для решения этих проблем часто требуется организация взаимодействия со смежными специалистами, и готовность к такому взаимодействию нередко является важнейшим показателем профессиональной культуры психолога.

Условно можно выделить следующие основные варианты решения сложных (комплексных) психологических задач, предполагающих определенную активность и инициативу самих психологов:

1. Развитие внешних организационных связей и контактов с реальными и потенциальными смежниками. Это важно не только в условиях традиционного производства, но и при работе психолога в школе, в различных психологических центрах и во многих других организациях, так или иначе связанных с людьми.

2. Расширение собственного общего и профессионального кругозора психолога. Во–первых, это позволяет лучше понимать своих психологов–коллег (которые также могут рассматриваться как одни из возможных «смежников»). Во–вторых, это позволяет лучше понимать и находить общий язык со специалистами, не имеющими психологического образования (а инициатива в налаживании таких деловых контактов должна исходить от психолога, ведь именно психолог, независимо от своей специализации считается прежде всего «специалистом по общению»). В–третьих, психолог с широким профессиональным кругозором может и сам лучше ориентироваться в сложных, комплексных проблемах, что позволяет ему в какой–то степени самому решать некоторые задачи, а не просто надеяться на участие других специалистов.

В данном случае психолог по некоторым вопросам становится как бы «сам себе смежником». Заметим, что тенденция расширения профессионального кругозора (подготовка многопрофильного специалиста) сейчас очень популярна в зарубежной организационной психологии, поскольку это не только дает чисто экономический эффект (не нужно каждый раз переобучать или дообучать работников), но и моральный эффект (работники могут в большей степени реализовать свой творческий потенциал и меньше зависеть от других специалистов).

2. Особенности организации деловых взаимоотношений

Мы не ставим целью рассмотреть все возможные варианты организации деловых контактов, а для примера ограничимся типичными такими распространенными местами работы психолога, как школа и промышленное предприятие.

Заметим, что взаимоотношения в школьном педагогическом коллективе считаются достаточно сложными и если психологу все–таки удается найти в таком сложном учреждении свое «место», то в других организациях ему сделать это оказывается обычно намного проще. Рассмотрим

особенности построения деловых взаимоотношений психолога в школе на примере работы школьного профконсультанта.

Чтобы лучше понять особенности взаимодействия психолога–профконсультанта с теми или иными специалистами, следует воспользоваться известным принципом: надо всегда ставить себя на место того человека, с которым организуется взаимодействие (важно понять, в чем он может вам не доверять или опасаться вас и, соответственно, постараться снять его опасения). Ниже представлены обобщенные советы–рекомендации по организации взаимодействия с разными группами специалистов, с которыми реально приходится общаться профконсультанту.

1. Особенности взаимодействия с администрацией.

Главное, чего боится «нормальный администратор», это того, что Вы не знаете своей работы, не знаете, чем заняться в «подчиненной ему» школе, то есть можете внести элемент дезорганизации в общую работу (которую с «таким трудом ему удалось наладить»). И тогда администратору самому придется «искать вам работу», хотя у него «и так много своих дел в школе». Но поскольку многие администраторы плохо представляют себе, чем должен заниматься психолог в школе, то такой руководитель постарается «найти» Вам такие занятия, после которых Вам придется немного переквалифицироваться в педагога или в «массовика–затейника» (например, чтобы постоянно развлекать детей). Поэтому рекомендуется:

3. Проблема формирования «команды» психологов–единомышленников

В последнее время тема «командообразования» становится достаточно популярной в психологии труда и организационной психологии. В отличие от обычных коллективов, команда характеризуется настоящей взаимодополняемостью и взаимозаменяемостью работников, их ориентацией на общие цели и ценности, которые часто и являются основой их реального сотрудничества, профессиональной и человеческой близости. Все это позволяет создать атмосферу подлинного творчества, когда выслушиваются мнения всех участников, когда никто не боится, что его могут неоправданно высмеять или как–то наказать, когда радость одного работника становится общей радостью, так же, как и чье–то горе или производственная неудача беспокоит всех остальных.

Подобная команда единомышленников (картина почти фантастическая!) позволяет очень эффективно и в достаточно короткие сроки решать проблемы, на которые у обычной группы уходит гораздо больше времени и сил. Но остается проблема, как лучше формировать такие «команды»? Можно рассмотреть

условные варианты формирования таких «команд» психологов–единомышленников

:

1. К сожалению, в психологии команды единомышленников формируются обычно стихийным порядком, когда, например, случайно собираются люди, имеющие одинаковую систему ценностей, близкие по духу и способные хотя бы выслушивать друг друга.

2. Иногда в психологии образуются так называемые научные школы, собирающие людей, объединенных общей идеей. Но чтобы такая научная школа состоялась, кроме чисто субъективных моментов (наличия научного «лидера», интеллектуальной и моральной готовности «последователей» стать реальными, активными участниками данной команды и т. п.), важную роль играют и объективные условия, начиная от возможностей решения организационных вопросов (наличие помещения, оборудования, должностей и ставок и т. п.) и кончая отношением администрации и властей к разработке заявленной командой проблемы (или идеи). Иногда реальное участие в таких научных школах связано с необходимостью идти на определенные

внутренние компромиссы, например, мириться с грубостью или излишней требовательностью научного «лидера» или кого–то из его «ближайших сподвижников» (известно, что многие выдающиеся люди обладают несносным характером). Иногда даже приходится сталкиваться с разного рода домогательствами (вплоть до сексуальных) и если молодой психолог себя уважает, он вынужден бывает принимать решение об уходе из данного научного коллектива.

Проблема одиночества и «непризнанного гения» в психологии

Давно подмечена интересная (и одновременно страшная) закономерность: чем больших высот в своем развитии достигает специалист, тем в меньшей степени его «понимают» и «принимают» окружающие, в том числе и окружающие его коллеги. Иногда в основе такого «непризнания» лежит обычная человеческая зависть, которая, к сожалению, в научной среде очень развита и которая, как отмечал еще Аристотель, сильнее всего проявляется по отношению к близким людям (например, по отношению к коллегам, с которыми работаешь вместе) и менее выражена по отношению к тем, с кем реально данный человек не связан.

И наоборот, чем менее значительны «успехи» того или иного работника, тем он «понятнее» и «приятнее» для окружающих; ему даже проще решать свои карьерные вопросы. Естественно, бывают и счастливые исключения, когда значимость дел все–таки признается коллегами и другими окружающими людьми, но в большинстве случаев творческому, неординарному психологу приходится ориентироваться и на некоторое «непризнание», и на профессиональное «одиночество».

Любопытное и поучительное для психолога откровение сделал в предисловии к своей книге известный ученый, основатель физиологической теории стресса

Г. Селье,

обращаясь к своему воображаемому другу — Джону:

Литература

1.

Петухов В. В.

Природа и культура. — М.: Тривола, 1996.

2.

Селье Г.

От мечты к открытию: Как стать ученым. — М.: Прогресс, 1987.

3.

Франкл В.

Человек в поисках смысла. — М.: Прогресс. 1990.

4.

Юнг К. Г.

Проблемы души нашего времени. — М.: Прогресс, Универс, 1994.