Печальные песни сирен

Брюссоло Серж

ЧУДОВИЩНАЯ КАТАСТРОФА превратила городское метро в гигантские руины, заполненные водой.

Жертвы исчислялись ТЫСЯЧАМИ, но истинную причину трагедии установить так и не удалось.

С годами история исчезнувшего метро стала жуткой легендой…

Говорят — предприимчивые мародеры поставляют на рынок одежду из КОЖИ УТОПЛЕННИКОВ.

Говорят — в затопленных туннелях обитают то ли мутанты, то ли призраки…

Однако то, что из разрушенного метро еще НИКТО не возвращался, — отнюдь не легенда.

Удастся ли сотруднице речной полиции Лиз Унке, сестра которой оказалась в списке погибших, отделить правду от лжи и остаться в живых?

АПОКАЛИПТИЧЕСКАЯ МЫШЬ

Cначала в потолке станции метро появляется трещинка. Крик-крак-криик-криик… Никто, конечно, не слышит этих звуков, заглушаемых поездами. А они едва напоминают писк мышки, которой наступили на хвостик. Да и свод к тому же высок. И кому пришло бы в голову посмотреть в метро на потолок, чтобы узнать, что происходит наверху? Разве что бродяге, развалившемуся на платформе. Но кто прислушается к нему, испусти он вдруг тревожный крик?

Трещина расширяется от вибрации стен туннеля. Она увеличивается с проходом каждого поезда. Крииик-крииик…

На платформах — наплыв толпы; она возобновляется с каждым притоком служащих, закончивших работу. Вагоны берут приступом: тела потные, специфически пахнет из-под мышек, резинки трусов врезаются в почки, влажные липкие носки сползают внутрь башмаков.

Через какое-то время все это скопище людей обдаст самым сильным в их жизни душем. Вероятно, последним.

Все происходит над ними. Почва разжижается, земля приходит в движение, тектонические слои скользят или… что еще? Какой геологический феномен неустанно будут пережевывать газеты в последующие три года?

НЕДРА АДА

Лужи на тротуаре окрашивал разноцветный свет, падавший из бутиков. Лиз ни разу не взглянула на их витрины. А между тем эта торговая улица пользовалась популярностью. Она состояла из лавочек, в которых продавался эфемерный и бесполезный товар. К примеру, парики с автоматическим изменением прически каждые десять часов и другие забавные игрушки подобного типа. Чтобы вытравить память о травме — следствии катастрофы — город укрылся за напускным весельем. Тогда-то Тропфман, бывший коллега, и открыл своеобразную туалетную мастерскую для собак. Он даже привлек преданную клиентуру, изобретя для пуделей зубную пасту с запахом бекона. Лиз редко навещала его. Ей претила деградация прежнего товарища по работе. Неужели она кончит, как и он? Досрочная отставка по состоянию здоровья…

Подойдя к перекрестку, Лиз подняла глаза. Странное сооружение возвышалось посреди площади — то ли наспех построенный бункер, то ли миниатюрная крепость; оно неприятно сочеталось с современным декором с выверенными линиями. Казалось, торопливые рабочие на скорую руку обложили кирпичом шероховатую бетонную поверхность четырех стен, ничуть не заботясь ни о внешнем виде, ни о форме. В результате получилась не то гора, не то противоатомное убежище. В боковых стенах виднелись редкие амбразуры. Весь ансамбль не превышал двадцати метров. Туристы довольно часто приникали к его стенам и фотографировались.

Но если бы они не поленились приблизиться к бронированной двери, преграждавшей доступ в каземат, то узрели бы эмалированную пластину 30x40 с надписью: «6-й батальон водолазов города Алзенберг. Лицам, не имеющим разрешения, вход запрещен».

Лиз проскользнула между машинами, равнодушная к предупредительным сигналам клаксонов. Подбежав к строению, она нажала кнопку вызова.

Раздался щелчок, затем из громкоговорителя на створке двери донеслось глухое ворчание.