Нездешний (трилогия)

Геммел Дэвид

Дэвид Геммел

Нездешний (трилогия)

Перевод — Наталья Виленская, 2002г.

Книга первая.

НЕЗДЕШНИЙ

Пролог

Чудовище следило из мрака, как вооружённые люди с горящими факелами входят в недра горы. Когда они приблизились, оно попятилось, пряча свою громадную тушу от света.

Люди прошли в пещеру, вырубленную в гранитной скале, и вдели факелы в ржавые кольца на стенах.

В середине отряда из двадцати человек шёл некто в бронзовых доспехах, которые при свете факелов сами горели, как пламя. Человек в латах снял свой крылатый шлем, и двое оруженосцев поставили перед ним деревянный каркас. Воин надел шлем на его верхушку и расстегнул панцирь. Достигший пожилого возраста, он был ещё крепок, но волосы уже редели и глаза щурились от мигающего света. Он передал панцирь оруженосцу, который пристроил его на каркас и закрепил застёжки.

— Вы уверены в своём решении, мой господин? — спросил старец в синих одеждах.

— Насколько вообще можно быть в чём-то уверенным, Дериан. Вот уже год, как этот сон снится мне, и я верю в него.

1

Священника уже начали пытать, когда из-за деревьев вышел неизвестный.

— Вы украли мою лошадь, — спокойно заявил он. Все пятеро обернулись. Молодой священник обмяк в своих путах, глядя припухшими глазами на незнакомца. Тот был высок, плечист и закутан в чёрный кожаный плащ. — Ну, так где же она? — осведомился он.

— Лошадь принадлежит тому, кто на ней ездит, — ответил Дектас. Появление незнакомца поначалу вызвало у него страх — следовало предположить, что за пришельцем из леса выйдут ещё несколько человек. Но, вглядевшись в окутанный сумерками лес, Дектас понял, что незнакомец один. Сумасшедший? Тем лучше. Священник оказался плохой забавой — от боли он только скрипел зубами, не дёргался и не молил о пощаде. Авось этот будет петь веселее.

— Приведи-ка её сюда, — сказал неизвестный с оттенком скуки в низком глубоком голосе.

— Взять его! — приказал Дектас.

2

Наёмники уехали, и у дороги остались лежать семнадцать тел: восемь мужчин, четыре женщины и пятеро детей. Мужчины и дети умерли быстрой смертью. Четыре тележки из тех, что тащили за собой беженцы, полыхали вовсю, а пятая потихоньку тлела. Когда убийцы перевалили за гряду южных холмов, из кустов близ дороги вылезла молодая рыжеволосая женщина с тремя детьми.

— Тушите огонь, Кулас, — сказала она, подталкивая старшего мальчика к тлеющей повозке. Тот смотрел на мёртвых, в ужасе раскрыв голубые глаза. — Ну же, Кулас. Помогите мне.

Но мальчик увидел тело Ширы и, шагнув к ней на трясущихся ногах, простонал:

— Бабушка…

Женщина обняла его и прижала его голову к своему плечу.

3

Дардалион устало поднялся на ноги. Швы на груди натянулись, и многочисленные синяки заставили его поморщиться. Будь он даже воином, он не справился бы и с одним из тех, что медленно приближались к ним.

Впереди, улыбаясь, шёл тот, кто нагнал на него такой страх прошлой ночью. За ним полукругом шагали шестеро его солдат в длинных синих плащах поверх чёрных панцирей. Забрала шлемов скрывали лица, и только глаза поблёскивали сквозь четырёхугольные прорези.

Даниаль, отвернувшись, прижала к себе детей — пусть хотя бы не увидят сцены убийства.

Всякая надежда оставила Дардалиона. Всего лишь несколько дней назад он готов был претерпеть всё — и пытки, и смерть. Но теперь страх детей передавался ему, и он жалел, что у него нет ни меча, ни лука, чтобы защитить их.

Внезапно воины остановились, и их вожак уставился куда-то в сторону. Дардалион обернулся.