Потухшие звезды

Иевлев Геннадий Васильевич

На Землю неожиданно возвращается пропавший более ста лет назад космический разведчик — «Звездная стрела». Его возврат воспринимается неоднозначно: он вселяет в головы землян не только радость, но ещё в большей степени — страх. Сбылось предсказание одного из капитанов космического флота — они вернулись другими.

Глава первая

«Звездная стрела»

1

Разум! Что это? Это нечто имеет под собой какую-то материальную основу, которую можно потрогать, посмотреть, подержать в руке или это что-то эфемерное, существующее само по себе, вне воли своего носителя, дарованное ему природой, хочет он того или нет? А кто, вообще, определяет критерий разума, его качество, кому и сколько его нужно дать? Почему у одних его много, а другие оказываются обделенными? Кто устанавливает его границы? А есть ли она вообще, эта граница разума, его вершина? И где она — эта вершина и достигнет ли ее когда-либо человек? А где он находится со своим теперешним разумом: у подножия этой самой вершины или уже поднялся на ее какую-то часть? Какую?

Адмирал Дар Ов, неторопливо расхаживающий по своему огромному кабинету и погруженный, в неизвестно почему вдруг появившиеся у него мысли о разуме, остановился и окинув взглядом экран пространственного сканера на одной из стен кабинета, где сияла своим завораживающим великолепием одна из спиральных галактик, возобновил хождение.

Взять хотя две цивилизации: нашу и вестов, продолжил размышлять он. Весты определенно поднялись выше нас на пути к вершине разума со своими нейропсионическими способностями. Почему природа оказалась так немилостива к землянам? Он глубоко и протяжно вздохнул. Сможем ли мы когда-нибудь познать тайну мысленного обмена информацией? Не такого, он дотронулся рукой до задней части своей головы, где у него был вшит конвергентный транслятор мыслей — конверт, активно внедряемый последние годы всем служащим космического флота Земли, хочет он того или нет, а естественного, абсолютно контролирующего поток мыслей и мощнейшей защитой? Опустив руку, Дар Ов глубоко и протяжно вздохнул и вдруг остановившись, потряс головой.

Его немного худощавое и в тоже время волевое лицо исказила гримаса неудовольствия от давшего о себе знать конверта, всего несколько дней назад вживленного ему в мозг и еще вызывающего при вызове ощущение, так называемого, синдрома пустой бочки — в голове возникали многочисленные эхо, которые заставляли непроизвольно трясти головой, словно таким способом их можно было вытрясти оттуда.

По вежливым увещеваниям специалистов: это явление должно было пройти, по мере того, как конверт будет адаптироваться к интеллекту своего носителя — в течение семи-восьми дней.

2

— Какая уродина! — Процедил сквозь зубы командир звена «Галактических патрулей» Анри Бэкон, содрогаясь всем телом, от появившегося у него перед носом четкого изображения «Звездной стрелы», когда его крейсер лег на параллельный курс с возвращающимся звездолетом и их скорости выровнялись.

Звездолет выглядел словно гантель, изъеденная ржей. Если бы не длинный шлейф продуктов взаимодействия, выбрасываемых спиралоновыми пространственными генераторами, с самим пространством, то невозможно было бы определить, где у него нос, где корма. Привычного вида носа, как такового, у корабля не было, был какой-то конусообразный обрубок, весь, в разного размера, выбоинах. Средняя часть звездолета, с небольшим кольцом посередине, так же была весьма густо испещрена выбоинами, а вот корма…

Брови Бэкона полетели вверх. Корма звездолета, где располагались пространственные генераторы, была словно не от него, чистая, отливающая серебром, словно только что отошла от космической верфи.

Вот дела. Бэкон почесал затылок, положил руку на пульт управления крейсера и нажал несколько клавиш. Перед ним вспыхнули голограммы с изображениями капитанов двух других крейсеров его звена.

— Пьеро, Анти! — В возбуждении закричал Анри Бэкон. — Вы хорошо видите звездолет?

3

Секретарь Высшего Совета Кристофер Вудворд, словно заводной, уже больше часа, мотался по своему огромному кабинету, не находя себе места. Иногда останавливаясь, он доставал из кармана костюма желтую пластинку с записью, внимательно смотрел на нее, снова совал в карман и продолжал свои хождения.

Из глубины его памяти, словно возврат «Звездной стрелы» послужил тому катализатором, проявились последние минуты жизни Тимоти Беркли, добровольный уход которого с поста секретаря Высшего Совета, остался для всех, так и не разгаданной тайной.

Ну и что, что исчез разведывательный звездолет, пытался дать объяснение поступку Беркли, Вудворд, мало их уже бесследно исчезло на просторах Галактики. Исчез ведь и звездолет вестов, однако же их лигх не кинулся никуда бежать, остался при своей должности.

Беркли же после исчезновения звездолета замкнулся, ушел в себя и перестал с кем-либо встречаться. Вскоре он подал в отставку и через месяц после нее погиб в катастрофе. Хотя это, в какой-то мере, нельзя было назвать гибелью: врачи уже не опасались за его жизнь — умер он в госпитале загадочным образом.

Высший Совет предпринял было попытку, направить по следу исчезнувшей экспедиции еще один звездолет, но Лигат вестов не поддержали эту затею. Если уж исчезли такие превосходно защищенные корабли, говорили они, значит там есть что-то такое, что пока не подвластно нашим цивилизациям. Да и зачем нам сейчас туда лезть, пожимали они плечами, давайте сначала обживем и укрепим свой Союз Цивилизаций, его территория уже огромна, не менее четверти рукава Галактики. А поиск других миров предоставим нашим потомкам. Создав новые защитные материалы, новейшее супероружие с необычными свойствами, концептуально другие космические корабли, возможно они, отправившись по следу пропавшей экспедиции и смогут разобраться, что же с ней произошло. И согласившись с вестами, земляне благополучно забыли об исчезнувшей экспедиции.

4

Лигх Лиги Объединенных Планет системы Кроннаы А'Рни, крупного телосложения, темноволосый, высоколобый вест, с зачесанными назад волосамикрупными залысинами и большими внимательными взглядомминдалевидными глазами мудрого человека, оторвал взгляд от лежащего перед ним исписанного электронного листа — скринвейра и нажал одну из клавиш пульта управления — над столом вспыхнула голограмма с изображением его секретаря, его полной противоположности: преклонного возраста, совершенно седого, сухощавого, с вытянутым лицом и бесцветным взглядом веста.

— Немедленно найди Г'Лиззера, Ф'Рулла и этого… — А'Рнн постучал пальцем по столу. — П'Ласса. — Он начал тыкать пальцем в голограмму. — Пусть срочно соберутся у меня.

Секретарь удивленно вскинул белые брови.

— Сегодня регалий и они все должны быть здесь. — Пояснил А'Рнн и махнув рукой, прервал связь.

Устало откинувшись на спинку кресла и заложив руки за голову, он начал размышлять.

5

Капитан Анри Бэкон безразличным взглядом смотрел на приближающийся огромный спасательный корабль — космический спаэр.

Что может сделать это огромное неповоротливое корыто, размышлял он. Разве он может вернуть моих ребят. Уж лучше бы мне самому сгинуть в проклятом статите, чем ребята…

Бэкон горестно вздохнул. К его горлу подкатился комок и он опустил голову на сжавшиеся в кулаки руки, лежащие на пульте управления.

— Капитан Бэкон!

Громкий голос вывел его из тягостных раздумий и заставил поднять голову, на него смотрело угрюмое, бородатое лицо. Анри вопросительно кивнул ему головой.

Глава вторая

Космодром

1

Станция внешнего контроля, она же база, О'Рни была очень старой, построенной вестами еще на заре эры космоплавания и потому выглядела впечатляюще: разнесенные на несколько километров четыре огромные изогнутые решетки пространственных сканеров, за которыми скрывался внушительный, стального цвета ромбовидный корпус самой станции, сверкающий разноцветьем огней, в вершинах ромбов которой находились мощные причалы. Пожалуй это была единственная станция, которая принимала на свои причалы космические корабли всех типов, будь то военные, грузовые или пассажирские.

Другие станции, построенные позже, по более современным технологиям, были гораздо меньше, обычно сферической или эллипсовидной формы, без антенн, корпус самой станции и был антенной, черного цвета, без единого огонька и иллюминатора, словом невзрачные и никогда не трогали своим величием причаливавших к ним космических путников, разве только тех, кто впервые, по долгу службы, оказывался рядом с ними.

Ф'Рулл кисло поморщился — прогресс великая вещь, но все же жаль, уже практически, ушедшую эру величественных космических сооружений. Уже нет завораживающих душу сообщений о сдаче в эксплуатацию новых космических объектов или спуске с верфи нового космического корабля, все стало обыденным, как бы между прочим. Космос потерял свою былую привлекательность и теперь воспринимается молодежью, как неотъемлемая часть цивилизации.

Уже никто не рвется в разведывательные экспедиции, исчезли конкурсы и правительству теперь приходится прикладывать значительные усилия, чтобы сформировать её экипаж. Исчезла романтика и молодежь отвернулась от космоса. У нее теперь другие интересы — все больше игры, да развлечения.

А что собственно искать, плечи адмирала дернулись? Тех кого искали, найдены и они оказались, в принципе, ничем не отличающимися от нас, будь то торпы, земляне или исчезнувшие шерр, что лишний раз доказало небогатое воображение природы Мироздания в создании разумных существ. Даже звездная война и та в прошлом. Ф'Рулл усмехнулся. И не важно, кто в ней оказался победителем, важно, что эта часть пути развития цивилизаций уже в прошлом. Цивилизации не погибли — это главное. А то что между нами сейчас прохладные отношения это пройдет, уйдет в прошлое вместе с тем поколением, кто затеял эту войну, принимал в ней участие, испытал ее мощь на свой шкуре. Видимо никуда от этого не деться — звездные войны, не прерогатива фантастов, а объективная реальность в жизни цивилизаций и задача цивилизаций свести к минимуму ущерб от нее.

2

Голова Дар Ова моталась из стороны в сторону. Он замычал и с трудом открыл глаза — над ним висело огромное расплывчатое лицо с толстыми оттопыренными губами, большим крючковатым носом и огромными черными немигающими глазами.

Пришелец! Ужасная мысль, острой иглой вонзилась Дар Ову в мозг. Он хотел поднять руку и оттолкнуть урода, но рука, только лишь, чуть шевельнувшись, осталась на месте. Толстые губы инопланетянина шевельнулись.

— Наконец-то. — Донесся голос, словно прокатился раскат грома и Дар Ов болезненно поморщился.

Раздался шумный выдох, обдавший адмирала струей горячего воздуха и лицо исчезло. Мотание головы Дар Ова прекратилось.

— Очнулся. — Донесся, похоже тот же, голос, но уже издалека, толи спрашивая, толи просто подтверждая его состояние.

3

Магне нажал несколько клавиш на сканере связи, лежащем перед ним на столе: перед ним вспыхнула голограмма с изображением Джеймса Гарднера, старшего офицера службы безопасности, единственного темнокожего землянина кому он доверял и верил.

— Джеймс, что там у тебя? Корпус прибыл? — Поинтересовался Магне.

— Да, господин председатель. — Джеймс Гарднер склонил голову в вежливом приветствии. — Аппенинский корпус на месте. Я решил закрыть им южную и восточную границы космодрома. Но я бы ещё усилил и северную сторону.

— Я уже направил к тебе Бразильскую бригаду, это еще семь тысяч. — Магне небрежно махнул рукой. — Думаю, этого более чем достаточно.

— Да, господин председатель. — Гарднер кивнул головой. — Теперь мимо нас и песчаный волк не проскочит, не то что эти уроды.

4

— Масс лигх!

Громкий голос заставил А'Рнна выйти из размышлений. Он положил руку, подпирающую голову, на стол и поднял взгляд на вспыхнувшую перед ним голограмму, с изображением своего секретаря.

— Что у тебя? — А'Рни, с видом крайне усталого человека, вопросительно кивнул головой.

— К вам П'Ласс.

— П'Ласс. — Лигх недовольно поморщился. — Он, что, другого времени не нашел. — А'Рнн взглянул на висящие над столом цифры хронометра. — Уже глубокая ночь. Я очень устал за сегодняшний день. Перенеси его визит на завтра.

5

Дар Ов замер на месте. Он ждал, что вот-вот сейчас появится красный луч и вопьется ему в грудь, разрезая ее на части. Но время шло, а луча не было. Бояр что-то сделал с инопланетянином, робкая догадка появиласьмелькнула в его голове.

Он сделал шаг в сторону распластавшегося Зарянова, как раздавшийся громкий шелест и последовавший за ним топот ног, заставили его вздрогнуть и резко повернуть голову в сторону шагов — в его сторону бежали два человека одетые в защитные костюмы, еще двое — бежали в направлении распластанного Зарянова. За их спинами в стене здания чернел проем.

Свои! Спасатели! От неожиданно нахлынувшего избытка чувств Дар Ов немного опешил, его дыхание перехватило. Наконец, справившись с собой, он сделал несколько глубоких вздохов и метнулся к Зарянову, но спасатели, опередив его, уже склонились над Бояром. Один из них быстро перевернул Зарянова на спину и расстегнул застежки курточки на его груди.

Дальнейшее произошло так быстро, что Дар Ов ничего не понял. Спасатель, словно ошпаренный, отпрыгнул от тела Зарянова и Дар Ов, не предвидя этого, с ходу, налетел на него. Они столкнулись и не удержавшись на ногах, покатились в разные стороны.

Дар Ов грохнулся на спину и больно ударился головой о космодром, из его глаз брызнул сноп искр и он на мгновение погрузился в темноту.