О, мой ангел…

Иваник Марсия

История героев этого увлекательного романа — лишнее подтверждение тому, что истинная любовь не знает преград. Ничто не помешало молодому преуспевающему архитектору соединить свою судьбу с безродной цыганкой: ни странное порой поведение ее семейства, ни предрассудки, царившие в городе Кроу Хеде, ни тайна, открыть которую очень боялась прелестная Надя. И как выяснилось, совершенно напрасно.

Для широкого круга читателей.

1

— Люди, вы совсем свихнулись! — с усилием прохрипел Оуэн Дж. Прескотт, чувствуя, как на шее у него все туже и туже затягивается узел. Толстая веревка глубоко врезалась и в запястья. Он с трудом удерживал равновесие, стоя на скользком капоте автомобиля. Еще пару минут назад он и представить себе не мог, что такое с ним случится. Неужели в свои тридцать три года ему придется распрощаться с жизнью и болтаться на дубовом суку по прихоти каких-то цыган? Обступив машину, они размахивали руками и что-то горланили на непонятном языке.

Толстяк, который накинул на его шею веревку, вдруг замолчал и отошел в сторону. У Оуэна мелькнула слабая надежда, что его оставят в покое. Надежда усилилась, когда он увидел, что и остальные цыгане вскоре отвернулись и перестали обращать на него внимание. Уф, даже петля на шее ослабла.

Из всех способов отправиться к праотцам подобный был самым неаппетитным. Он предпочитал совсем иной сценарий расставания с грешной землей: ему виделась постель под черными простынями, а на ней девица с крутыми бедрами и длинными золотистыми волосами. Она шепчет со шведским акцентом ласковые слова ему, остывающему в ее объятиях с широкой улыбкой на лице, которую старик Харви из местного похоронного бюро ничем не смог бы удалить…

Оуэн заметил, что мужчины, хотя и продолжали стоять, сгрудившись у машины, вроде бы забыли о нем. Если все же удастся освободиться, он сразу сообщит о том, как с ним поступили на ранчо Кондратовичей, и уже к вечеру все их семейство будет взирать на мир сквозь тюремную решетку. Городок Кроу Хед, что в Северной Каролине, славился в штате не только живописными холмами, чистым воздухом, журчащими ручейками, но и сердечным гостеприимством. Однако сейчас красоты природы выглядели весьма мрачно.

При виде приближавшейся к ним процессии женщин мужчины загалдели громче и стали энергичнее размахивать руками. Вдруг гомон затих, и все повернули головы туда, откуда явственно слышался стук копыт. Цыганки сбились в кучу, подхватив детей, цеплявшихся за подолы широких цветастых юбок своих мамаш, а мужчины, придерживая руками засаленные шляпы, двинулись к дороге.

2

Оуэн аккуратно закрыл папку с бумагами, после того как прочел ее содержимое дважды. Теперь он понял смысл займа, предоставленного Наде Биллом Мейерсом. Она не только выплатила уже две трети стоимости ранчо, но и заключила контракт с одной из аудиофирм на запись своей пластинки, что могло принести ей изрядный капитал. Похоже, Надя Кондратович была способна завоевать популярность у американцев.

Час назад он встретился с Биллом, который запирал контору, торопясь к обеду. Тем не менее Билл предложил Оуэну зайти и выяснить все интересующие его вопросы. Но Оуэн просил старого приятеля не терять времени, заверив, что у него нет к нему ничего важного. Вот уже несколько лет мистер Прескотт не вмешивался в дела ипотечного банка, перепоручая все управляющему. Только в тех случаях, когда они касались его лично, он беспокоил Билла Мейерса. Оуэн любил свою работу и с утра до вечера сидел у себя в кабинете, занимаясь проектированием зданий, оформлением интерьеров, а также делами собственной строительной компании.

Досконально изучив документы о ранчо Кондратовичей, которыми его снабдил Мейерс, Оуэн развалился в кресле и вытянул на столе ноги. Через окно офиса было хорошо видна городская площадь. Заходящее солнце освещало бронзовый монумент, изображавший Джереми Прескотта — его великого прапрадеда. Старый генерал, будь он жив, был бы расстроен, узнав, чем сейчас занят его праправнук. Истинный джентльмен-южанин никогда бы не позволил себе копаться в личной жизни молодой женщины.

Оуэн заложил руки за голову и потянулся. И все же генерал понял бы меня, подумал он. После Гражданской войны сам Джереми плюнул на все условности и женился на девушке, в жилах которой текла добрая половина крови индейцев племени чероки. Звали ее Утренние Глаза.

Оуэн еще раз посмотрел на коричневую папку, лежавшую на столе. Надя по-прежнему оставалась для него женщиной, окутанной тайной. Почему она уехала из Нью-Йорка, где неплохо зарабатывала, выступая в ночных клубах? Почему предпочла переселиться в их маленький городок? Ближайший ночной клуб располагался от Кроу Хеда в тридцати с лишком милях — в Эшвилле. По контракту, который истекал к концу нынешнего года, Надя должна была записать большой диск — детские песенки под общим названием «Животные под кроватью» — да к тому же исполнить их на шести языках. Времени оставалось не так много, а это значит, что Наде придется изо всех сил напрягать горло, не жалея голосовых связок.