Военно-морские рассказы

Изварин Константин

Иногда смешные, иногда грустные истории, случившиеся с автором и его знакомыми в годы срочной службы.

О дверях и не только

Голова у человека не только чтоб шапку носить. А двери на корабле, обычно, служат для входа и выхода. Эти два правила всем известны, надеюсь? А вот если голова без шапки неожиданно встречается с верхним краем двери... при входе и выходе...

Тогда из вышеназванных правил плавно вытекают следующие следствия: Голова у человека чтоб шишки собирать, а двери — источник повышенной опасности для личного состава.

В пятнадцатом тамбуре у нас две двери. Одна, видимо, для входа, а вторая, следовательно, для выхода. Но, поскольку, приказом командования сей вопрос оставлен на усмотрение личного состава, а личному составу абсолютно наплевать куда входить куда выходить, а сами двери находятся друг от друга на дистанции метра полтора, обе открываясь прямо на шкафут...

В общем бывают иногда преинтересные случаи.

Прозвище у него было Палкин. Родом он был из Башкирии, а, соответственно, умным был как... как башкир, одним словом. А еще он был матросом. Торпедистом. Который при распределении перепутал сибирский город Читу и четырехтрубный торпедный аппарат. А потому попал к нам. По какому поводу в Чите, видимо, был объявлен праздник.

О геометрии

Развод на работы — это вам не просто так. Развод на работы — это торжественный ритуал, производимый ежедневно, по два раза, исключая выходные и праздники. Поэтому, священный долг каждого — присутствовать. Тем более, если сам выступаешь в роли ритуального имущества. Торжественно развестись, так сказать. А после обеда — особенно. И нет прощенья тому, кто пренебрегает такой важной обязанностью как послеобеденный развод на работы. Умри, но разведись. А особенно, если из всего сигнального отделения ты один не занят в нарядах. И, к тому же, служишь уже третий год. Работой в таком случае можешь и не заниматься, но развести себя все равно обязан. Вот так.

— Командирам отделений развести личный состав на работы, — подвел итог послеобеденного построения дежурный офицер.

Оставшийся в гордом одиночестве сигнальщик, носящий высокое звание старшего матроса и специалиста первого класса, пару минут подождал для приличия, а потом направился в сторону своего боевого поста, размышляя по дороге: куда самого себя лучше развести. Поскольку вокруг было лето, Черное море и третий год службы плавно подходил к отметке два с половиной... Ну кто, скажите, на Флоте работает летом? Особенно если юг, солнце, Севастополь... да и третий год ведь...

Выбор был довольно широким. От — просто заснуть в кубрике до — позагорать на мостике.

Погружаться в темное брюхо корабля как-то не хотелось. Спать, кстати, тоже.