Ночь с дьяволом

Карлайл Лиз

Выходить замуж бессмысленно — такой вывод сделала хорошенькая гордячка Фредерика д'Авийе, чудом пережившая и смертельную скуку лондонской «ярмарки невест», и предательство честолюбивого поклонника.

Остается только одно — навеки остаться старой девой… но перед тем провести ночь страсти в жарких объятиях самого знаменитого соблазнителя Англии, сэра Бентли Ратледжа.

Дерзкий план, воплощенный в жизнь., с небольшим «но»: Бентли, впервые в жизни познавший сладость и муки истинной страсти, вовсе не намерен стать случайной игрушкой женщины, которую полюбил!

Пролог,

которым мы начнем наше скорбное повествование

Верите ли вы в абсолютную правдивость предостережений, поверий или даже нравоучительных историй, которые передаются в семьях из поколения в поколение, словно фамильное столовое и постельное белье? Великий Бард

[1]

сказал однажды, что мир — театр, а мы, смертные, всего лишь актеры. Если вы, как и многие среди нас, согласны с этим высказыванием, то неправедная жизнь Рэндольфа Бентема Ратледжа может показаться некоторым из вас комедией, а другим — трагедией, в зависимости от точки зрения каждого.

Соучастники его дебошей воспринимали жизнь как комедию, пока не кончались деньги. Для его жены, детей и должников это была трагедия с многочисленными вызовами актера на аплодисменты. Однако сам этот джентльмен (это понятие следует использовать в широком толковании) со смехом заявил однажды, что на самом деле его жизнь является всего лишь одним большим фарсом, так что правильнее всего было бы озаглавить его жизнеописание «История одного распутника», если бы это заглавие не стащил у нас из-под носа какой-то прыткий художник-карикатурист, который, по всей вероятности, обречен сгинуть во мраке неизвестности.

История этого семейства и впрямь началась очень давно, лет за восемьдесят до появления здесь Вильгельма Завоевателя, когда один честолюбивый крестьянин из захолустного городка под названием Чиппен-Кампден погрузил свои пожитки в скрипучую старую повозку, запряженную волом, и отправился в глубь страны.

Причины, побудившие его предпринять это путешествие, потомству неизвестны, однако, учитывая, что в те времена большинство саксонских крестьян проживали от рождения до гробовой доски на одном месте, это был чрезвычайно смелый поступок. Нам известно, правда, что далеко он не уехал — отъехал всего на двадцать миль к югу по прямой, — однако этому расстоянию предстояло навсегда изменить судьбу его семьи.

Путешественника звали Джон из Кампдена. В легенде говорится, что, добравшись до зеленой долины Коулн-Ривер, он остановился на покрытом, словно ковер, сочной зеленью участке поймы, распряг вола, разгрузил телегу и глубоко всадил лопату в плодородную землю. Так началось восхождение его семьи к высшему слою сельской аристократии.

Глава 1,

в которой предостережения миссис Уэйдеп пропадают впустую

— Все приходит вовремя для того, кто умеет ждать, — пробормотала по-французски Фредерика д'Авийе таким тоном, что это изречение прозвучало как проклятие. Наверное, ей вспомнился обрывок какого-то урока французского языка, который теперь раз за разом прокручивается в голове, доводя до белого каления своей навязчивостью, словно зеленая с желтым птичка, мерно раскачивающаяся на проволоке, которую она однажды видела в витрине магазина на Пиккадилли. Все приходит вовремя для того, кто умеет ждать. Что за дурацкое высказывание! И лживое к тому же.

Остановившись у двери в конюшню, она мрачно уставилась в темноту, потом расправила плечи и решительным шагом двинулась в направлении цветников, террасами спускающихся вниз. Она на ходу нетерпеливо постукивала себя по бедру рукояткой плетки. Было довольно больно, но это помогало сдерживать слезы. Хорошую же службу сослужила ей эта дурацкая поговорка! Эти слова давали ей надежду во время ее несчастного первого сезона в Лондоне. Они поддерживали ее и здесь, дома, в Эссексе, пока она с нетерпением ожидала возвращения Джонни из его «большого путешествия»

[2]

.

Ну и что хорошего дало ей это ее терпеливое ожидание? Уж лучше бы она поехала в Шотландию с Зоей и малышами. А она вместо этого осталась здесь с тетушкой Уинни и мальчиками, и вот теперь между ней и Джонни все кончено. Безжалостно оттолкнув от лица ветку болиголова, Фредерика шагала по садовой тропинке, освещенной мерцающим лунным светом. Здесь, на нижней террасе, зелени было позволено непринужденно разрастись, образовав густые заросли. Вдали виднелся оставленный кем-то зажженный фонарь, свет которого в другое время показался бы Фредерике гостеприимным. Но не сегодня.

Ночь была прохладной, но не сырой, в воздухе остро пахло свежевскопанной землей. Фредерика сделала глубокий вдох, пытаясь справиться с неожиданно охватившим ее отчаянием. Нет уж, только не это! Уж лучше гнев, чем отчаяние. Ей было не на что сердиться. Она напрасно вернулась домой из Лондона. Она ошиблась. Как оказалось, несмотря на все его заверения и страстные взгляды, Джонни Эллоуз вовсе не собирался жениться на ней.

Она резко остановилась, почти не видя следующего марша лестницы, едва различимой в лунном свете. Как могла она так ошибиться? Как могла она допустить такую глупость?