«Лейкин принадлежит к числу писателей, знакомство с которыми весьма полезно для лиц, желающих иметь правильное понятие о бытовой стороне русской жизни… Это материал, имеющий скорее этнографическую, нежели беллетристическую ценность…»
М. Е. Салтыков-Щедрин.
I
Членъ благотворительнаго общества вышелъ у воротъ каменнаго дома изъ экипажа и дернулъ за звонокъ, на которомъ была надпись «къ дворнику». Въ воротахъ показался мужика, въ розовой ситцевой рубахѣ, съ всклокоченной головой и съ заспанными глазами.
— Ты дворникъ?
— Дворникъ. Фу, ты… А я думалъ, околоточный звонить! Вамъ что надо?
— Гдѣ здѣсь квартира номеръ семьдесятъ третій?
— Семьдесятъ третій? Охо-хо! — зѣвнулъ дворникъ. — Да вамъ кого надо-то?
II
Обслѣдованія положенія бѣдныхъ, подавшихъ прошенія, продолжались. Члену благотворительнаго общества пришлось въ сопровожденіи дворника забраться въ мансарду дома, попросту — на чердакъ.
— Здѣсь, что-ли? — спросилъ онъ дворника въ третьемъ этажѣ.
— Нѣтъ-съ, выше. Воѣ они на чердакѣ существуютъ, — отвѣчалъ тотъ. — Еще потрудитесь нѣсколько ступенекъ пройти. Вотъ этотъ самый аблакатъ-то, о которомъ вы спрашиваете, на прошлой недѣлѣ выскочилъ нагишомъ на крышу, да и давай по ней бѣгать.
— Какой аблокатъ? — удивился членъ общества.
— Вотъ этотъ самый, что изъ бариновъ-то. Онъ, говорятъ, ваше высокоблагородіе, прежде богатый былъ, а потомъ замотался, опустился, сталъ пить… Мы его аблокатомъ зовемъ.