Ураган по имени «Чингисхан»

Самаров Сергей Васильевич

На Северном Кавказе объявился новый полевой командир Чингис — кровожадный фанатик, одержимый идеей порабощения мира. Его банда сплошь состоит из отъявленных головорезов. Они нападают на колонны федеральных войск и терроризируют местное население, действуют дерзко и жестоко, проливая реки крови и оставляя за собой горы трупов. Военные начинают масштабную операцию по уничтожению бандитов, но людям Чингиса удается скрыться. Тогда решают привлечь к операции элитный отряд спецназа ГРУ, который специализируется на выполнении особо сложных боевых задач. Руководит отрядом подполковник Устюжанин, и он уверен, что банде Чингиса от него не уйти…

Глава первая

Предутренний прохладный мрак заставлял с нетерпением ждать окончания дежурства. Мечталось о стуле на собственной кухне, где можно спокойно чай попить, несмотря на то что стул шаткий и требует ремонта. Прямо в бокал положить ложку чая и заварить покрепче. После дежурства крепкий чай обычно не бодрит, а только больше усталости добавляет. А потом уже и спать можно заваливаться. Хотя ночные дежурства в будний день, как правило, бывают спокойными, потому что ночью машины по этой трассе почти не ходят. Но, когда дежурство спокойное, всегда хочется спать — будить некому. Потому, наверное, и майор Сластенко, старший наряда, спал в будке вместе с двумя прикрепленными к посту омоновцами. А инспектора, оставленные за дверью, поочередно звучно зевали, стоя на обочине неподалеку от будки со светящейся надписью «Пост ДПС». Зевали и друг на друга поглядывали, словно спрашивая: «А так ты можешь?» Второй отвечал действием и сам будто бы говорил глазами: «А вот так громко?»

Разговоры при этом шли вялые.

— У меня, понимаешь, жена выписала через Интернет новый самогонный аппарат. С ректификационной колонкой… — Слово «ректификационной» старший лейтенант дорожно-патрульной службы выговорил с большим трудом. Но, видимо, он долго и старательно пытался его запомнить и, когда выговорил правильно, весь расцвел от этого своим полнокровным широким лицом. — Девяностоградусный спирт можно делать. Вот, понимаешь, заживем…

— Было бы из чего делать, — вяло отозвался его малопьющий и оттого, по мнению сослуживцев, бледный, как смерть, напарник. — Сахару не напасешься на этот самогон, а водка в магазинах вся «паленая». Так по мне лучше вообще не пить.

— Тоже мне, проблему надумал. У меня к весне ведер пять картохи сгнивает. На помойку таскать приходится. А из картохи знаешь какой самогон делать можно!

Глава вторая

Три минуты — не тот срок, который трудно переждать. Бывало, в засаде приходилось по несколько часов сидеть, не зная, когда подойдет или подъедет тот, кого ждешь, и потому постоянно находясь в напряжении. А здесь и напряжения сильного не было, только лишь желание не ошибиться, потому что весь расчет Чингис строил на точном выполнении временного графика. При точном выполнении все должно сложиться согласно его расчетам. Пока во всей операции, в начальной ее стадии, только один прокол произошел — вместе с ментовской машиной не приехал бронетранспортер, который Чингис очень хотел захватить, он бы здорово пригодился в продолжении дела. И ему, и всем, кто за ним пошел. Хотя это, в принципе, вовсе и не прокол, а просто небольшой сбой. У охраны складов, кажется, тоже есть бронетранспортер. Если все сложится удачно, можно будет попробовать его захватить, чтобы задачи следующего этапа выполнить. Чингис любит, чтобы все и всегда до конца выполнялось.

Три минуты подходили к концу. Девять бойцов, что были в распоряжении Джумали, все, как один, смотрели через утренний сумрак в его сторону. А он смотрел на фосфоресцирующую секундную стрелку своих часов и, когда остались последние десять секунд, сделал знак — пора!

Джумали поднял бутылку, чиркнул спичкой из запала о коробок спичек и приготовился к броску. Вообще-то, он мог по сторонам и не смотреть, и без того зная, что весь строй его бойцов повторяет движения за своим командиром. Но он посмотрел, убедился, что все в порядке, и только после этого совершил бросок. Бросок получился вполне удачным — загорелась именно деревянная крыша ангара, а не шиферная. Он тут же проверил, что там с другими бросками. Из десяти семь оказались тоже удачными. Вторую свою бутылку Джумали бросал уже в крышу, причем старался бросить высоко, под самый конек, и это у него получилось. Бутылка разбилась, и горючая смесь растеклась не только вниз, как сразу показали язычки пламени, но и вверх. Может быть, что-то и под конек попало. Пламя усиленно разгоралось, жадно пожирая сухие деревянные стены. Прожорливость огня всем известна, а чем питаться, он здесь найдет, «подкармливать» его со стороны, например, огнем костра, необходимости не было.

Джумали поднял руку и негромко крикнул:

— Уходим!