Гончий бес

Сивинских Александр

Недолог был покой детективов – комбинатора Павла и острого на язычок йоркширского терьера Жерара. Едва успели одолеть кракенов, а боевой рог, зовущий спасать мир, трубит снова. На этот раз бедой грозят старинные чертежи, за которыми устроила охоту банда беспринципных ковбоев. Заокеанские гости не гнушаются ничем – то двери выломают, то в волшебное зерцало заглянут, а то и с восставшим из могилы рокером снюхаются. Только Павла пистолетом пятидесятого калибра не напугаешь, да и Жерар изменился. Накачал мускулатуру как у бультерьера и обзавёлся возлюбленной – нежной француженкой. Ради неё Жерар готов на любые подвиги. Хоть литр «пищи богов» выхлебать, хоть зачарован-ное озеро переплыть. Значит, тайна чертежей будет раскрыта, а злодеи посрамлены. Ведь по следу идёт неутомимый гончий бес!

ГЛАВА 1

ПАВЕЛ

Стена строения была обширна и глуха, точно бок крепостного бастиона. Лишь на уровне третьего этажа виднелось несколько зарешеченных окошек, узких как бойницы, да прямо над моей головой на хлипком кронштейне нависала коробка кондиционера. Мрач-ность этого донельзя подозрительного места усиливало нанесённое на стену граффити. Художественные достоинства росписи были сомнительными, но идея ясна как божий день. Внутри контура человеческого тела, раскинувшего руки и ноги, лежала кривоватая надпись:

Надпись и рисунок были выполнены зеленовато-желтой люминесцентной краской. В беззвездных сумерках, по соседству с мокрыми тёмными кустами, светящаяся картинка смотрелась жутковато. Наверное, подумал я, так должна выглядеть тень особенно плотно-го фантома, освещённого болотным огнями или огнями Святого Эльма.

Сразу захотелось поёжиться и обернуться – не подкрадывается ли там какая-нибудь нечисть на самом деле? Я мужественно сдержался.

Из-за спины послышалось:

ГЛАВА 2

МАРК

Идея налёта на конструкторское бюро казалась Марку ущербной с самого начала. Ну почему, почему нельзя культурно предложить немножко денег кому-нибудь из сотрудни-ков? Скопируют всё, что нужно. В лучшем виде. А если заплатить чуточку побольше, то и выкрадут. Это же Раша! Марк Фишер, проживший здесь семнадцать лет, считал, что знает привычки туземцев досконально. Однако мисс Голдэнтач упёрлась: взламываем и изыма-ем, невзирая на потери. «С какой стороны?» – как бы между прочим поинтересовался Марк. «С обеих, чёрт побери!» – взорвалась сумасшедшая баба. А если мистер Фишер считает, что его тёплые отношения с племянницей мистера Джи позволяют мистеру Фи-шеру трепать языком, когда не спрашивают, то мистер Фишер очень глубоко заблуждает-ся. Здесь решения принимает она, Сильвия Голдэнтач. Исключительно она. Всё ясно?

– Да, мэм, – пробормотал ошеломлённый ворохом «мистеров» Марк, и попытался пристукнуть каблуками. Выправка у него всегда соперничала с грацией, которая, говоря начистоту, отсутствовала совершенно. Поэтому движение получилось абсолютно клоун-ское.

Этого он и добивался.

Декстер ухмыльнулся. Тим и Кир заржали в голос. По-английски эти два румяных бычка понимали только простейшие ругательства, глубоким умом похвастаться тоже не могли. Однако то, что грозная мисс опять оттрепала Марка, словно мопс поролонового мышонка, сообразили. Это были простые ребята, настоящие «наши надёжные парни из провинции». В Штатах такие увальни всю жизнь перекидывают солому на ферме. Или за-писываются в армию, чтобы после увольнения вернуться в свою дыру, устроиться по-мощником шерифа и пренебрежительно смотреть из седла патрульного мотоцикла на во-няющих навозом земляков.

Впрочем, и в Раше то же самое. Тимофей и Кирилл в команде Сильвии Голдэнтач подрабатывали лишь временно. В остальное время они являлись курсантами какой-то ми-лицейской школы. Их порекомендовал Марку старый приятель Дядюшки Джи. «Тупова-тые, но исполнительные, – сказал мистер Коэн, ещё с прошлого века ведущий адвокатский бизнес в Императрицыне. – А главное, не болтливые. Кое-что делали для меня, проявили себя с лучшей стороны…»