Адриан Моул: Годы прострации

Таунсенд Сью

Адриан Моул возвращается! Годы идут, но время не властно над любимым героем Британии. Он все так же скрупулезно ведет дневник своей необыкновенно заурядной жизни, и все так же беды обступают его со всех сторон. Но Адриан Моул — твердый орешек, и судьбе не расколоть его ударами, сколько бы она ни старалась. Уже пятый год (после событий, описанных в предыдущем томе дневниковой саги — «Адриан Моул и оружие массового поражения») Адриан живет со своей женой Георгиной в Свинарне — экологически безупречном доме, возведенном из руин бывших свинарников. Он все так же работает в респектабельном книжном магазине и все так же осуждает своих сумасшедших родителей. А жизнь вокруг бьет ключом: борьба с глобализмом обостряется, гаджеты отвоевывают у людей жизненное пространство, вовсю бушует экономический кризис. И Адриан фиксирует течение времени в своих дневниках, которые уже стали литературной классикой. Адриан разбирается со своими женщинами и детьми, пишет великую пьесу, отважно сражается с медицинскими проблемами, заново влюбляется в любовь своего детства. Новый том «Дневников Адриана Моула» — чудесный подарок всем, кто давно полюбил этого обаятельного и нелепого героя.

2007 год

Июнь

Суббота, 2 июня 2007 г.

Черные тучи над Мангольд-Парвой. Дождь льет с начала времен. И когда же этому придет конец?

Порою возникает ощущение, что она уже не настолько без ума от меня, как раньше. Например, она по-прежнему готовит мне яйца вкрутую, но давным-давно перестала их охлаждать. И она до сих пор не купила резиновые сапоги. Георгина — единственная мать в деревне, которая забирает ребенка из школы на десятиметровых шпильках. Это, несомненно, свидетельствует о полнейшем неприятии как моего образа жизни, так и английской сельской местности в целом. В первый месяц после свадьбы мы вместе собирали чернику и молодая супруга училась варить варенье. Теперь, четыре года спустя, когда следы от ожогов почти зажили, Георгина покупает клубничный «Бон маман» за три с половиной фунта баночка! Спрашивается, зачем, если в кооперативном магазине можно купить точно такую же банку за 87 пенсов!

Вчера я застал ее рыдающей над стареньким кейсом, с которым она когда-то ходила на работу. Спросил, что случилось. Она всхлипнула:

— Дин-стрит

[1]

… Как же я скучаю…

Воскресенье, 3 июня

Понедельник, 4 июня

Все началось с пустякового спора о том, как правильно варить картошку (я кладу ее в холодную воду, Георгина бросает в кипяток), а закончилось душераздирающим и гневным поношением нашего брака.

Перечень моих супружеских преступлений оказался длинен: я громко хрумкаю, когда ем чипсы; гладя джинсы, делаю на них стрелки; отказываюсь платить свыше пяти фунтов за стрижку; каждый год в ноябре ношу один и тот же маковый цветок (купленный в 1998 г.)

[7]

; кладу слишком много сухих трав в спагетти болоньезе; пишу идиотские письма знаменитостям; неспособен заработать достаточно денег, чтобы переселить семью из свинарника.

В ответ на эту диатрибу я сказал:

— Не пойму, зачем ты вышла за меня.

Георгина посмотрела на меня так, словно видела впервые:

Вторник, 5 июня

Дорогой дневник, я все думаю о вчерашнем, и мне слегка не по себе. Дело в том, что, по-моему, страна и вправду катится ко всем чертям, а группу «АББА» никому не удалось переплюнуть.

Среда, 6 июня

Небо прояснилось — и отнюдь не в метафорическом смысле. Реальное солнце вышло наконец из-за серых туч, что нависали над нами несколько месяцев. В воздухе терпко запахло боярышником, а лужи на подъездной дорожке наполовину высохли.

— От солнца масса пользы, — сообщил я Георгине. — Оно повысит у нас уровень серотонина и убережет от рахита.

— Для меня, Адриан, солнце означает лишь одно — придется брить ноги.

Нет, это не та женщина, на которой я женился. Прежняя Георгина упивалась солнцем и лежала в бикини на плоской крыше свинарника, пока последний луч не угаснет.

Я предложил жене позагорать. Ее глаза наполнились слезами:

Июль

Воскресенье, 1 июля

ЗДЕСЬ БОЛЬШЕ НЕ КУРЯТ!

Исторический день! Отныне в Англии курение в общественных и на рабочих местах запрещено. Правда, если ты сумасшедший, заключенный, депутат парламента или член королевской семьи, на тебя этот закон не распространяется.

Курение отравило мою жизнь. На фотографии, снятой в тот день, когда меня выпустили из роддома, мать стоит на автостоянке со мною на руках — точнее, на одной руке, другая опущена, — а между пальцев дымится сигарета.

Я глотаю дым с тех пор, как мне исполнилось пять. Мои детские воспоминания скрыты за дымовой завесой, а семейные поездки на автомобиле испорчены безостановочным курением родителей. Из моего незавидного положения на заднем сиденье машины я умолял открыть окно, но отец отказывался наотрез под тем предлогом, что свежий воздух вреден для его слабых бронхов. Помню, во время долгого путешествия в Ханстентон я соорудил себе защитную маску из бумажного носового платка. Родителей это страшно развеселило, и весь наш короткий отпуск они называли меня не иначе как «бандитиком».

После завтрака (два хлебца из цельного овса с молоком, шоколадный круассан и банан) я зашел к ним пригласить на воскресный обед в «Медведя»:

— Хочу

впервые в жизни

попробовать, каково это делить трапезу с родителями и чтобы в процессе мне не дымили в лицо.

Понедельник, 2 июля

Позвонил мистер Карлтон-Хейес и сказал, что сегодня он «недееспособен». Не люблю, когда его нет в магазине. Правда, в последнее время толку от босса не много, но рядом с ним мне как-то спокойнее.

Он по-настоящему любит книги — в ущерб бизнесу. На днях приходила женщина средних лет, в очках как у Джона Леннона и с непомерно большой грудью, хотела купить второе издание «Мельницы на Флоссе»

[17]

стоимостью 150 фунтов. Женщина назвалась доктором Пирс и сказала, что в Университете де Монфора провожают на пенсию декана факультета английской филологии и она ищет для него подарок. Мистер Карлтон-Хейес отпер застекленный шкаф, где хранятся антикварные издания, и снял с полки старинный двухтомник. Подал один том покупательнице, а затем наблюдал, как она листает страницы. После чего отнял у нее книгу, вернул оба тома на полку и запер шкаф. Когда доктор Пирс удалилась с пустыми руками и в полном изумлении, мистер Карлтон-Хейес пояснил:

— Мне показалось, что клиентка обращалась с этой редкостью слишком бессердечно.

Словно доктор Пирс не книжку собиралась купить, но взять щенка из приюта для бездомных животных.

Четверг, 5 июля

Мистер К.-Х. вернулся.

Я подписался на получение сообщений о стихийных бедствиях и катастрофах. Когда мы перекусывали бутербродами в подсобке, на моем мобильнике высветилась трагическая новость: двадцать пять человек погибли и тридцать три ранены в результате взрыва в караоке-баре китайского города Тяньшифу.

— Ужас, правда? — обратился я к мистеру Карлтон-Хейесу.

— Действительно, ужас, — вздохнул босс. — Караоке в Поднебесной — плачь, Конфуций, плачь!

Пятница, 6 июля

Утром меня разбудил телефон. Звонила мать.

— Ты сегодня смотрел в окно? — вопила она.

Не выпуская трубки из рук, я раздвинул шторы.

Поля исчезли, вместо них, куда ни бросишь взгляд, сверкала водная гладь.

— У тебя есть мешки с песком? — спросила мать.

Среда, 11 июля

Сегодня у меня выходной. В планах было нанести цветовые коды на все мои диски без исключения и поработать над комедией о серийном убийце под названием «Белый фургон». Ночью, лежа без сна, я размышлял о моей комедии. Разумеется, Полин Кверк и Гарри Эндфилд уже слегка староваты, чтобы сыграть серийного убийцу и его жену, однако Рассел Брэнд и Эми Уайнхаус

[20]

успешно их заменят.

А еще я собирался перегладить половину белья, но на меня что-то вдруг нашло, и я так ничего и не сделал, только смотрел телевизор. В 4 часа дня я с трудом оторвался от экрана (показывали «Впариваем!», и мне было страшно интересно, почем уйдет на аукционе подставка для яйца, расписанная Клариссой Клифф), обул резиновые сапоги и по убывающей воде пошлепал на почту отправить по просьбе жены открытку «С днем рождения!» и посылку моей свояченице Маргаритке. Георгина успела продать на е-Bay свою спортивную сумку от Луи Витона и оплатить наши счета за воду, прежде чем нам отключили Интернет. Почтовые служащие Тони и Венди Уэллбек, сидя за стойкой, спорили меж собой, сколько марок надо наклеить на почтовое отправление в Тимбукту. Подписав петицию «Не закрывайте нашу почту!», я терпеливо ждал. Заметив меня наконец, они вежливо заулыбались.

— И кто же в Мангольд-Парве пишет в Тимбукту? — полюбопытствовал я.

Венди огляделась по сторонам, а затем, понизив голос и почти не шевеля губами, произнесла:

Август

Среда, 8 августа

Воспользовался отсутствием родителей — они на митинге в «Медведе», протестуют против закрытия деревенской почты, — и отправился на их половину, поискать «Джейн Эйр». Мать взяла у меня эту книгу почитать, а потом клялась, что вернула обратно. Разумеется, я нашел пропавший томик — на столе-развалюхе, который мать гордо называет «письменным», в самом низу стопки душераздирающих мемуаров.

«Ребенок как вещь», «Прах Анжелы» Фрэнка Маккурта, «С ножницами наперегонки», но больше всего меня заинтересовала папка с надписью «Девочка по имени Срань». Я открыл папку, внутри лежало несколько исписанных страниц. Не сходя с места, прочел их. Это было повествование о детстве матери на картофельных полях в Норфолке. Повествование, сотканное из лжи. Нет, пожалуй, «сотканное» — слишком изящная метафора, когда имеешь дело со столь наглым мошенничеством. Сочинение моей матери

сляпано

из лжи.

Все это ложь от начала и до конца. Я видел материнское свидетельство о рождении, она родилась в деревенской больнице в Бернем-Маркете и получила имя Полин Хильда Сагден. Ее отец — смирнейший человек, никто никогда не слыхал, чтобы он повысил голос. А вот мать красавицей вовсе не слыла. В нашей семье бытует история о том, как бабушку Сагден попросили не посещать деревенские конные состязания, потому что ее физиономия пугала лошадей.

Четверг, 9 августа

Вернулся домой с работы и обнаружил Георгину в состоянии сильного возбуждения: глаза горят, щеки пылают, на губах толстым слоем темно-красная помада, а сама Георгина распространяет густой аромат бурбона и «Прелести» от Сары Джессики Паркер.

Стоило мне вставить ключ в замок, как жена распахнула дверь:

— Угадай, кто сидит у родителей?

Я молчал, но первый, о ком я подумал, был мой обожаемый младший сын Уильям: а вдруг он приехал из Нигерии, где живет со своей матерью и ее новым мужем? Я никогда не говорю об Уильяме — слишком болезненная тема.

— Гленн вернулся из Афганистана? — спросил я.

Пятница, 10 августа

Прежде чем я уехал на работу, Георгина умудрилась упомянуть Бретта раз десять.

А цепляя в прихожей зажимы на брюки, я услыхал, как она с моей матерью обсуждает по телефону проблему: Бретт — гей или нет.

— Он ни разу не заикнулся ни о жене, ни о подружке, — тараторила Георгина. — И он выглядит невероятно ухоженным.

Понедельник, 13 августа

Поехал навестить Найджела и попросить у него машину на время. Он заартачился, утверждая, что в последний раз, когда я брал машину, то вернул ее с пустым баком.

— Какая тебе разница? — спросил я. — Ты ведь сам не можешь ею пользоваться, и «любовь всей твоей жизни» Ланс тоже.

— Кто знает, возможно, это не на всю жизнь. А вдруг я влюблюсь в кого-нибудь с нормальным зрением и водительскими правами?

— В таком случае прекрати называть Ланса «любовью всей моей жизни».

— Ты прав, больше не буду, — кивнул Найджел. — Иначе он погрязнет в самодовольстве и совсем перестанет следить за собой. Он уже бреется не каждый день, но раз в два дня.

Четверг, 16 августа

После визита Бретта с траурной вестью и вплоть до похорон Дорин Слейтер мы судорожно пытались сообразить, чего от нас требует этикет. Прилично ли отцу появиться на похоронах бывшей любовницы? И должна ли мать его сопровождать? Оправдывает ли тот факт, что мы с Бреттом наполовину братья, мое присутствие в крематории? А моей жены? А также являются ли похороны дедушкиной бывшей любовницы достаточным основанием для того, чтобы ребенок (Грейси то есть) мог пропустить школу?

Гугл говорит, что расстояние между Мангольд-Парвой и Борнмутом составляет 175,7 мили и дорога занимает три часа сорок шесть минут.

Добавим три санитарные остановки минут по десять каждая, затем десять минут на укладывание в багажник и последующее извлечение инвалидного кресла, и, поскольку похороны назначены на 11.30, получается, что мы должны выехать из свинарников в 7.04 ровно.

Сентябрь

Суббота, 1 сентября

В магазине выдался тяжелый день. Наплыв посетителей, и у половины из них мозги были набекрень. Один из таких безумцев интересовался изданиями об НЛО, я подвел его к полке, но, когда он принялся рассказывать о двухметровых инопланетянах, которых он видел собственными глазами разгуливающими по полю на окраине Маркет-Харборо, я сбагрил его Хайтишу — наш практикант свято верит в то, что башни-близнецы были взорваны по приказу ЦРУ.

Когда я приехал, Найджел с Лансом Ловеттом смотрели «Холлиоукс»

[28]

в темноте. Знаю, это глупо, но меня раздражает то, что они вообще не включают в доме свет. Странно видеть двух слепых перед телевизором, заметил я, на что Найджел ответил:

— Но мы ведь слышим звуковые эффекты и диалоги, Моули, да и телевидение нам обходится в два раза дешевле, чем зрячим.

Бог знает, что им дает прослушивание «Холлиоукса». Звуковая дорожка состоит в основном из хлопанья дверей, рыданий, ссор, мордобоя, занятий любовью и ошеломляющих откровений, когда наконец выясняется, кто чей отец или мать. Началась реклама. Найджел приглушил звук и повернулся ко мне. Я рассчитывал поговорить с ним наедине, но Ланс и не думал вставать с дивана, а я не мог из соображений приличий попросить слепца поискать себе какое-нибудь другое место, так что я поведал им обоим о моих многочисленных и разнообразных проблемах, начиная с «Шоу Джереми Кайла» и кончая явно удрученным состоянием жены. В ответ Найджел произнес речь, оснащенную, на мой взгляд, чрезмерным количеством метафор:

Понедельник, 3 сентября

Георгина позвонила на работу и рассказала, что с восьми утра звонила в приемную нашего врача, чтобы записать меня на прием, но линия была постоянно занята.

Когда она наконец пробилась, миссис Лич из регистратуры твердо заявила:

— Сейчас восемь тридцать пять. Для того чтобы записаться на прием, нужно звонить до восьми тридцати.

Георгина объяснила, что тщетно набирала номер с восьми часов, но миссис Лич осталась непреклонна:

— Если я не стану придерживаться правил, здесь начнется анархия.

Вторник, 4 сентября

В 7.59 утра позвонил в приемную нашего терапевта. Миссис Лич ответила мгновенно:

— Перезвоните ровно в 8.00

Позвонил в 8.00. Линия была занята. Позвонил в 8.15, крутя педали по дороге на работу. В 8.25 в трубке наконец раздались длинные гудки, но миссис Лич меня не слышала, потому что в этот момент меня обгоняла пожарная машина с включенной сиреной. Заехал на тротуар, слез с велосипеда, но миссис Лич уже отключилась. Снова попытался, но было опять занято. Хорошо, что я не страдаю серьезным заболеванием, требующим неотложного врачебного вмешательства.

Среда, 5 сентября

Полицейский эксперт-криминалист из Мичигана была уволена за то, что пользовалась лабораторными приборами для исследования трусов своего мужа на ДНК. На бракоразводном процессе 32-летняя Энн Чемберлен признала, что тестировала нижнее белье мужа в Государственной лаборатории внутренних дел, потому что подозревала супруга в неверности. Когда ее спросили, что показали результаты анализа, она коротко сообщила: «Он был с женщиной. Не со мной».

Я показал эту газетную заметку жене и предложил ей протестировать все трусы, которые я носил с воскресенья.

— Поздно, — ответила она холодным тоном, — я перестирала их с отбеливателем при шестидесяти градусах.

Четверг, 6 сентября

В 8.01 отправил факс миссис Лич с просьбой о записи на прием. И сразу же получил ответный факс с уведомлением: «Запись на прием к специалисту производится исключительно по телефону».

Октябрь

Понедельник, 1 октября

Найджел отреагировал на мою проблему с простатой крайне болезненно:

— Как они только смеют утверждать, что этот хренов Бог есть! Ладно, если он есть, то он — законченный подонок, он и меня ослепил, и плевать ему, что в Африке дети мрут как мухи.

У Найджела сидела Барбара Бойер, наша бывшая одноклассница из общеобразовательной школы имени Нила Армстронга, она отмечала свой день рождения. Барбара как была красавицей, такой и осталась, и этот факт не поддается объяснению, учитывая, что она пять раз побывала замужем и родила семерых детей. Она рассказала, что ее третий муж, Барри, уже одиннадцать лет как излечился от рака

прострации

и ведет весьма активную жизнь, ныряет с аквалангом на Мальдивах и летает на воздушном шаре.

— А ему шестьдесят один, — добавила Барбара. — Недаром эту болезнь называют стариковской.

— Значит, я смогу дожить до пятидесяти одного, — подсчитал я, и мы все почему-то рассмеялись.

Вторник, 2 октября

Мистер Рафферти тоже не походил на врача. Говорил он с белфастским акцентом и сильно напоминал преподобного Иэна Пейсли

[38]

. Одет он был в летние брюки, сапоги «Тимберленд» и свитер от Ральфа Лорена. Доктор пустился в подробное перечисление методов лечения моей опухоли: лучевая терапия, дистанционная лучевая терапия, близкофокусная лучевая терапия, терапия с введением источника излучения внутрь пораженного органа, хирургическое вмешательство, высокочастотный сфокусированный ультразвук и фотохимиотерапия.

Я заметил, что источник излучения внутри — когда в пенис всаживают радиоактивные пульки — мне как-то не очень нравится.

— Да уж, — ухмыльнулся мистер Рафферти, — слезы из глаз брызнут, верно? Однако это чрезвычайно эффективный способ прищучить опухоль.

Далее он сказал, что пошлет меня на ректальное ультразвуковое обследование, а когда ему принесут результаты, он снова пригласит меня в кабинет, чтобы мы вместе посмотрели отснятое видео.

— И затем, — подытожил он, — во всеоружии всех данных, мы сможем составить эффективный план лечения.

Среда, 3 октября

Я устал думать и говорить о моей предстательной железе. Позвонила Пандора узнать, связался ли я с врачами с Харли-стрит.

Я ответил, что был слишком занят, да и в любом случае у меня нет денег на платную медицину.

— Возьми кредит, — посоветовала Пандора.

Пришлось напомнить ей, что я до сих пор выплачиваю налоги на зарплату, начисленную мне в 1997 году, и жду ответа от Гордона Брауна.

— Наверное, он чересчур занят, распивает чаи с Маргарет Тэтчер. — Как я ни сдерживался, но горечь все же окрасила мою интонацию.

Четверг, 4 октября

Только что прочел: правительство приняло закон, на основании которого 652 государственные службы будут отслеживать, кому я звонил и кто звонил мне. Это конец неприкосновенности частной жизни. Правительство прикрывается священными коровами по кличке «терроризм» и «криминальная деятельность» и утверждает, что принятые меры жизненно необходимы для нашей безопасности. Но насколько безопасно я буду себя чувствовать, когда в телефонном разговоре с Парвезом мы начнем обсуждать мои финансовые дела? А вдруг какая-нибудь правительственная ищейка подслушает нас и решит, что я отмываю деньги в его прачечной или вожу контрабандой «калашниковы» в Лестер?

Парвез теперь одевается как настоящий мусульманин и по пятницам ходит в радикальную мечеть в Лестере. На прошлой неделе я услыхал от него:

— Моули, больше не зови меня выпить и не приглашай в свой бывший свинарник. Мне неуютно у тебя в доме, ведь я знаю, что раньше там жили свиньи. Я теперь строго халяльный.

— Ты и жену заставишь носить паранджу? — слегка встревожился я.

— Как же. Моя жена вступила в Гильдию горожанок

[39]

и теперь делает смеси из сушеных растений для Рождественской ярмарки.

Пятница, 5 октября

Опять написал Гордону Брауну.

2008 год

Январь

Вторник, 1 января 2008 года

Проснувшись, обнаружил на мобильном текстовое сообщение:

Только я переварил эту новость, как в спальню вошла Пандора в халате Георгины. Она принесла мне чаю.

Я показал ей сообщение от жены.

— Что ж, звучит вполне правдоподобно, — прокомментировала Пандора. Сходив за своей чашкой чая, она уселась у меня в ногах. — Ади, у вас в семье нелады?

Среда, 2 января

Георгина вернулась вчера к обеду. Ее привез Хьюго Фэрфакс-Лисетт. В дом он не зашел. Георгина сказала, что ему нужно руководить уборкой дома.

— Ты не представляешь, — возмущалась она, — на что способны некоторые гости. Какой-то вонючий урод (это мог быть только мужчина) пописал в заблокированную раковину в спальне!

Желая сменить тему, я поинтересовался у жены, что мы будем делать со скелетом индейки.

— Выбросим? — предложил я.

— Отнеси кости в рощу, пусть лисицы полакомятся.

Четверг, 3 января

Для Георгины праздники закончились. Сегодня, когда она собиралась на работу, я спросил, когда ей заплатят, и почасовая ли у нее оплата, и какова продолжительность ее рабочего дня, а также надбавят ли ей за сверхурочные.

Я настоятельно рекомендовал ей заключить с работодателем договор о найме.

— Адриан, ну почему ты

всегда

норовишь превратить удовольствие в скуку смертную?

— Я не допущу, чтобы Фэрфакс-Лисетт тебя эксплуатировал.

— Если кто кого и эксплуатирует, то скорее я его, — загадочно ответила Георгина.

Понедельник, 7 января

Прием у доктора Рубик.

На ней был ярко-красный кардиган. Я заметил доктору, что кардиган ей очень к лицу.

— Муж подарил на Рождество, хотя не очень понимаю, с какой стати, ведь он знает, что я ношу только черное, серое и белое, — пояснила она и перешла к результатам моих анализов. — САП более десяти, — сообщила врач и добавила: — Что вызывает некоторую тревогу.

Я почувствовал, как вся кровь, что есть в моем теле, прилила к ногам.

— То есть я вернулся к тому, с чего начал, — уточнил я.

Февраль

Четверг, 14 февраля

Наверное, надо было самому позаботиться о подарке для Георгины на Валентинов день. Но, поскольку самостоятельно ходить по магазинам я сейчас не могу, пришлось попросить мать, отправлявшуюся в город, купить что-нибудь для моей жены. Мать вернулась с бумажной сумкой туалетных принадлежностей, приобретенных на крытом рынке.

— Это набор от «Шанель», — сказала она, вручая мне сумку, — но мне продали его всего за семь девяносто девять.

Я вынул из сумки кусок розового мыла, от которого даже через целлофан разило так, что глаза слезились. Затем карликовую щетку для ногтей, увлажняющий крем, который не впитывался в кожу, и диски для снятия макияжа, такие жесткие, что ими можно было бы отчистить нефтяную скважину. Жулику с рынка явно удалось заморочить матери голову — при ближайшем рассмотрении я обнаружил, что даже название написано неправильно: «Шанелл».

Георгина, взяв подарок, вежливо поблагодарила. Но позже я услышал, как она говорит Найджелу по телефону:

— Это такая же фальшивка, как и наш брак в настоящий момент.

Пятница, 15 февраля

Выносил на помойку не поддающиеся переработке упаковки от продуктов и увидел семейство лис — они жрали вчерашние куриные кости. Не понимаю, как им удалось вытащить кости из бака?

Самый крупный лис — отец семейства, надо полагать, — презрительно глянул на меня и как ни в чем не бывало продолжил терзать куриные останки. Наглец! Неужто эти дикие существа больше не боятся нас, людей?

— У-у! — крикнул я и ударил в ладоши, но рыжая тварь лишь улыбнулась, не переставая жевать. Лисица-мать и два лисенка отошли на несколько метров, затем уселись и принялись вылизывать друг друга. — Убирайтесь! — заорал я и хлопнул крышкой бака, думая напугать их и обратить в бегство, все четверо и с места не двинулись.

В конце концов я замерз и ушел в дом.

Суббота, 16 февраля

Заглянули мать с отцом узнать, не надо ли нам что-нибудь купить. Похоже, прежде чем зайти сюда, они повздорили, и, пока я составлял список, мать продолжила перепалку.

— Джордж, — наседала она, — обещай, что не поддашься и не одолжишь Бретту эти деньги.

— Но нельзя же лишать мальчика шанса, да и что в этом такого ужасного? Без спекуляции нет аккумуляции. И не забывай, Полин, победа достается храбрым.

— Папа, — вмешался я, — если ты держишь в доме деньги, Бретт найдет их по запаху.

Мать встревожилась:

Среда, 27 февраля

Дневник, ты словно жестокосердная возлюбленная, превратившая меня в своего раба. Но с тех пор, как я начал химиотерапию, мне все труднее находить силы для ежедневных записей. Теперь болезнь и процедуры властвуют надо мной.

Март

Среда, 5 марта

Ездил в больницу за бесплатным париком — вместе с Георгиной, она сидела за рулем «мазды». (Мать по-прежнему отказывается вписывать нас в свою страховку, пришлось купить полис, за который с нас содрали безумные деньги!) Георгина мотивировала свое участие так:

— Ты и белья себе нормального не способен купить, не то что парик выбрать.

Изготовителя париков звали Малкольм Далтри. Я спросил, не родственник ли он Роджеру Далтри, знаменитому рок-музыканту и певцу. Он озадаченно посмотрел на меня:

— Нет, не родственник.

Дневник, почему я испытываю потребность заводить светскую беседу с работниками здравоохранения? Может, мне настолько ненавистно называться «пациентом», что я каждый раз пытаюсь восстановить свой прежний статус обычного человека?

Воскресенье, 9 марта

По дороге в больницу мать свернула на Хайстрит и притормозила у книжного магазина. Мы вышли из машины, посмотрели в оконное стекло. Там были рабочие, стенки между торговым залом, подсобкой и кладовкой они уже сломали — получилось одно большое пространство.

— Здесь будет «Теско Метро», — доложила мать. — Думаю, не устроиться ли к ним на работу. У меня ведь полдня свободны, пока ты лежишь на химии.

Дневник, надо же быть до такой степени бесчувственной?

Когда меня пристегнули к капельнице, я позвонил жене на работу. Ответил Хьюго Фэрфакс-Лисетт и сказал, что Георгина разговаривает по другой линии с Штатами:

Понедельник, 10 марта

Письмо из Мексики по электронной почте от матери Георгины:

С разрешения жены я прочел это письмо и покачал головой:

— Мне никогда не понять женщин.

— Отец не давал ей дышать, — с грустью сказала Георгина.

Вторник, 11 марта

Нас почтил своим вниманием Отдел по борьбе с преступлениями против окружающей среды. Весь «отдел» состоит из двух человек — молодой угрюмой женщины и мужчины постарше в водонепроницаемой куртке и болотных сапогах. Женщина показала удостоверение и спросила, нельзя ли им зайти в дом «на пару слов».

Терпеть не могу это выражение, поэтому я ответил:

— Вы можете войти, если у вас есть ко мне дело, но перекидываться парой слов мне некогда.

Я оставил их стоять в прихожей, поскольку на кухне торчал Бернард в очень коротком халате, купленном в секонд-хенде, который все время распахивался, а в гостиной мать подстригала отцу ногти на ногах моими особыми щипчиками.

Оказалось, создание Отдела по борьбе с преступлениями против окружающей среды благословили районные власти. Во время «патрулирования» борцы заметили, что два наших мусорных бака находились на обочине дороги в 10.17 — «целых два часа после того, как в 8.16 из них вытряхнули мусор». Это нарушение, напомнили мне, которое грозит штрафом в 100 фунтов.

Среда, 12 марта

Утром не смог вылезти из постели. Георгина взялась отвести дочку в школу. Они опаздывали, потому что Грейси повела себя возмутительно. Все было хорошо, пока она не увидела содержимое коробки для завтраков.

— Фу! — завопила она. — Противный черный хлеб с какими-то семечками, противный виноград с косточками и противная вода с пузырьками. Почему мне не дают шоколадный батончик, чипсы и кока-колу?

Боюсь, девочка унаследовала плохие гены моего отца, отвечающие за пищевые пристрастия. Однажды отец чуть не уморил себя голодом в отпуске на пустынном греческом острове, когда по ошибке заказал проживание в отеле, где придерживались политики сыроедения, по схеме «все включено». Иных заведений, где его могли бы накормить, на острове не обнаружилось.

В 9.35 утра зазвонил телефон. Я, едва держась на ногах, встал ответить.

Апрель

Вторник, 1 апреля

В 7 утра меня разбудил телефон. Человек с сильным иностранным акцентом утверждал, что мы с ним знакомы, встречались много лет назад в Москве.

— Вы приглашать меня в Англию, да? — тараторил он. — Так я еду с женой и детьми к вам жить. Пожалуйста, встретить меня в аэропорту Хитроу.

— Найджел, ты не дал мне выспаться ради не самой смешной первоапрельской шутки.

— Не лезь на стенку, Моули, — обиделся Найджел. — Тебе бы только кайф обломать.

Среда, 2 апреля

Сегодня мне исполнилось СОРОК ЛЕТ.

Что я делал все эти годы? Потерял двух жен, один дом и квартиру на набережной канала, волосы целиком и здоровье.

Достижений наперечет: два сына, одна дочь, несколько публикаций (не переизданных) и солидный запас литературных произведений, которые никто не хочет ни издавать, ни ставить по ним фильмы или спектакли.

Четверг, 3 апреля

НЕЧТО ПОТРЯСАЮЩЕЕ!

Вчера вечером в половине одиннадцатого я сказал Пандоре, что страшно устал и мне придется отправиться домой.

— А мне так неохота ехать обратно по этим дорогам! Можно я переночую у тебя? — спросила Пандора.

В комнате Грейси теперь спит Бернард, объяснил я, но диван в гостиной в ее полном распоряжении.

Она погладила меня по лысой голове:

— Диваны — не мой стиль. Я разделю с тобой одинокое супружеское ложе, ладно?

Пятница, 4 апреля

Терапия.

Тошнило неоднократно.

Суббота, 5 апреля

Спал до полудня. Грейси поехала в парк сафари — тот, что находится в поместье маркизы Батской, — вместе с Георгиной и ХФЛ.

Май

Четверг, 1 мая

ВЕЛИКИЙ ПРАЗДНИК!

Мне отменили химиотерапию.

Бернард подарил мне четырех кур и курятник с оградой, которая не по зубам лисам! Все это доставили сегодня утром двое рабочих. Они возились до полудня, устанавливая курятник.

Отец уже который час сидит в коляске перед проволочной сеткой, пристально наблюдая за курами. Утверждает, что каждая обладает собственной ярко выраженной индивидуальностью:

— Вот эта — робкая, а та — наглая гадина, а вон та, что стоит в питьевом корыте, — дура набитая.

Пятница, 2 мая

Фэрфакс-Лисетт вышел из больницы и долечивается дома. Когда Георгина приехала за дочкой, я поинтересовался, действительно ли поврежден у него мозг.

— Откуда мне знать? — рассмеялась она. — Хьюго даже на вопросы детской викторины никогда не знал ответов.

— Как ты можешь жить с таким болваном?

— Ну, он немного туповат, — признала Георгина, — но меня это не напрягает. Ты либо сидел, зарывшись в книгу, либо исписывал страницы своего чертова дневника. Со мной тебя не было, Адриан!

Суббота, 3 мая

Проснулся с предчувствием чего-то очень хорошего. Надел халат, вышел во двор. Там уже сидели Бернард с отцом — курили, пили чай и наблюдали за курами. Я налил им чистой воды и покормил — кур, разумеется, не этих двоих стариков.

Спросил у отца, куда подевалась мать.

— Не волнуйся, у нее все путем, — заверил отец. — Работает над своей сраной книжкой.

— Надеюсь, ты в курсе, папа, что ее книга — сплошное вранье?

— Кстати, о вранье, малыш, — вмешался Бернард, — я тоже недавно таких пуль наотливал.

Воскресенье, 4 мая

Еще один подарок от Бернарда! Свинья и свинарник! Увидев «лендровер» с трейлером, медленно въезжающий на наш участок, я решил было, что привезли саженцы, которые я заказал по Интернету.

Но, когда мы с Бернардом вышли на улицу, послышалось хрюканье. Я заглянул в трейлер — поросенок глянул на меня. Дневник, я — человек не сентиментальный и животных никогда особо не любил, но, к моему стыду, сознаюсь, я влюбился с первого взгляда. В этой свинке мне нравится все: веселое выражение морды, поросячьи глазки, розовая кожа и хвостик штопором.

— Свинья — животное, комичное по определению, — изрек Бернард. — Я так и думал, она поднимет тебе настроение.

И он не ошибся.

Понедельник, 5 мая

Банковский выходной

Проснулся от шума ротоватора. Выглянул на улицу — изрядная часть земли была уже перекопана. Управлял машиной гигант с мускулами, как валлийские холмы. Сказал, что его зовут Оплата Налом, или просто Нал.

Позже он помог нам с Бернардом проложить дорожку к свинарнику, по которой могла бы легко проехать инвалидная коляска, иначе как отцу кормить нашего поросенка, нареченного — после долгих споров — Рупертом.

Мать в муках дописывает книгу. По ее словам, издательство «Меланхолия» разочаровано тем, что она не попрошайничала на улицах и не сидела на героине.

Глядя, как Руперт валяется в грязи, мать добавила: