В поисках чудесного

Успенский Петр Демьянович

Петр Демьянович Успенский (1878-1949) - автор книг "Tertium Organum", "Новая модель Вселенной" и др., сподвижник легендарного Георгия Гурджиева. Его книга "В поисках чудесного" сыграла важную роль в распространении идей Гурджиева на Западе. Духовный опыт Гурджиева, приобретенный в монастырях Средней Азии и Востока, нашел свое воплощение в практике "четвертого пути", о котором рассказывает П.Д.Успенский.

"В поисках чудесного" - первостепенный источник эзотерических знаний, необходимый каждому, кто интересуется природой мироздания.

Для широкого круга читателей.

П.Д.Успенский

В ПОИСКАХ ЧУДЕСНОГО

Перевод Н.В.фон Бока

Издательство Чернышева. СПб., 1992.

Глава 1

Возвращение из Индии. – Война и "поиски чудесного". Старые мысли. – Вопрос о школах. – Планы дальнейших путешествий. – Восток и Европа. – Заметка в московской газете. – Лекции об Индии. – Встреча с Гурджиевым. "Переодетый". – Первая беседа. – Мнение Гурджиева о школах. – Группа Гурджиева. "Проблески истины". Дальнейшие встречи и беседы. – Организация московской группы Гурджиева. – Вопрос о плате и средствах для работы. – Вопрос о тайне; обязательства, принимаемые учениками. – Беседа о Востоке. "Философия", "теория" и "практика". – Как была найдена эта система? – Идеи Гурджиева. – "Человек – это машина", управляемая внешними влияниями. – "Всё случается". – Никто ничего не "делает". – Чтобы "делать", необходимо "быть". – Человек отвечает за свои поступки, а машина – нет. – Нужна ли психология для изучения машины? – Обещание "фактов". Можно ли прекратить войны? – Беседа: планеты и Луна как живые существа. – "Разум" Солнца и Земли. – "Субъективное" и "объективное" искусство.

Я возвратился в Россию после довольно длительного путешествия по Египту, Цейлону и Индии. Это произошло в ноябре 1914 года, т.е. в начале первой мировой войны, которая застала меня в Коломбо. Я вернулся оттуда через Англию.

Покидая Петербург в начале путешествия, я сказал, что отправляюсь "искать чудесное". Очень трудно установить, что такое "чудесное", но для меня это слово имело вполне определённый смысл. Уже давно я пришёл к заключению, что из того лабиринта противоречий, в котором мы живём, нет иного выхода, кроме совершенно нового пути, не похожего ни на один из тех, которые были нам известны и которыми мы пользовались. Но где начинался этот новый или забытый путь – этого я не мог сказать. Тогда мне уже был известен тот несомненный факт, что за тонкой оболочкой ложной реальности существует иная реальность, от которой в силу каких-то причин нас нечто отделяет. "Чудесное" и есть проникновение в эту неведомую реальность. Мне казалось, что путь к неизведанному можно найти на Востоке. Почему именно на Востоке? На это трудно ответить. Пожалуй, в этой идее было что-то от романтики; а возможно, тут имело место убеждение, что в Европе, во всяком случае, найти что-либо невозможно.

На обратном пути, в течение тех нескольких недель, что я провёл в Лондоне, все мои мысли о результатах исканий пришли в полный беспорядок под воздействием безумной нелепости войны и связанных с нею эмоций, которые наполняли атмосферу, разговоры и газеты и, против моей воли, часто захватывали и меня.