Загадочное дело Джека-Попрыгунчика

Ходдер Марк

Дебютный роман английского журналиста и писателя Марка Ходдера о невероятных приключениях путешественника во времени Джека-Попрыгунчика и сыщиков Бёртона и Суинберна в суперпопулярном жанре стим-панка. Увлекательный триллер, остроумный коктейль из фантазии автора и реальной жизни викторианской Англии, с восхитительно сложным сюжетом и яркими, запоминающимися героями — историческими и фантастическими. Повествование летит с космической скоростью, а фабула просто ослепляет. Роман отмечен литературной премией Филипа Дика как лучшее произведение в жанре фантастики.

Предисловие О. Дыдыкиной.

Марк Ходдер и путешествия во времени

Марк Ходдер (Mark Hodder) — не только модный писатель. Он одаренный человек. Он — ученый-культуролог с научной степенью. Он — знаток истории Англии, особенно викторианской. Он — создатель сайта BLAKIANA (www.sextonblake.co.uk), посвященного популярному британскому детективу Секстону Блейку, абсолютному лидеру среди героев-сыщиков по количеству публикаций на английском языке. Марк Ходдер — также автор цикла рассказов о Секстоне Блейке, редактор, журналист, преподаватель английского языка, веб-дизайнер. Большую часть своей жизни он проработал в Лондоне, но в 2008 году уехал в Валенсию, чтобы, по его собственным словам, отдохнуть от стрессов и отдаться писательству. И сейчас его чаще всего можно найти под пальмой стучащим по клавишам ноут-бука. На вопрос, что он любит больше всего, Марк отвечает в таком порядке: историю Англии, телевидение, хорошую еду и различные выдумки и чудачества.

Шедевр выдумки и чудачества — «Загадочное дело Джека-Попрыгунчика» — он написал в 2010 году, что называется, на одном дыхании. Роман был признан лучшим литературным дебютом в жанре научной фантастики — Ходдер получил за него престижную премию Филиппа Дика. В это трудно поверить, но черновой вариант текста был создан всего за двенадцать часов. Случилось это так. Английское издательство «Сноубукс» решило опубликовать антологию рассказов Ходдера о Секстоне Блейке. Редактор издательства нашел информацию о Ходдере на его веб-сайте и связался с ним. Проект состоялся и имел успех. После этого издатель Эмма Барнс спросила Ходдера, нет ли у него более объемного произведения, хотя бы в черновике, чтобы выпустить его в ближайшее время.

— Да, есть, — не задумываясь ответил молодой амбициозный автор.

— Отлично. Утром пошлите мне его по электронной почте.

Марк Ходдер

Загадочное дело Джека-Попрыгунчика

Благодарности

Без веры и энтузиазма Эммы Барнс и Лу Андерс этот роман никогда не увидел бы свет. Без ободрения и неизменной поддержки Джорджа Манна он никогда не был бы написан. А без влияния и гения Майкла Муркока он никогда не был бы задуман. Мои сердечные благодарности им всем.

И я просто обязан выразить свою благодарность Саладину Ахмеду, который помог мне с арабским, и Стивену Рувиллуа, который помог с французским.

«А Rage to Live»

[1]

Мэри С. Ловелл успешно провела меня через весь проект. Существует множество биографий сэра Ричарда Фрэнсиса Бёртона, но эта, по моему мнению, самая лучшая.

Йоланде Лерма, благодарю тебя за то, что ты была такой терпеливой, заботливой и так вкусно кормила меня! И, наконец, нельзя не отметить мои отношения с «великими именами», таланты которых сделали их национальными героями и позволили оказать огромное влияние на наше самосознание. В этом романе я, ехидно улыбаясь, безжалостно потоптался на их репутации и превратил их в то, чем они, безусловно, никогда не были в реальности. Поступил я так в полной уверенности, что мое вмешательство на самом деле никак не отразится на их репутации.

Часть первая

В КОТОРОЙ НАЗНАЧЕННЫЙ АГЕНТ ПРИСТУПАЕТ К РАССЛЕДОВАНИЮ ЗАГАДОЧНОГО ДЕЛА

Глава 1

ПОСЛЕДСТВИЯ АФРИКИ

— Боже мой! Он убил себя!

Сэр Ричард Фрэнсис Бёртон вздрогнул и буквально повалился на стул. Записка Артура Файндли выпала из его рук и полетела на пол. Остальные, кто сидел рядом, отвернулись, тщательно осмотрели свои ногти и поправили воротнички; все они избегали глядеть на Бёртона.

Стоя за приоткрытой дверью, Изабель Арунделл видела, как глаза ее любимого Дика, обычно темные и напряженные, внезапно потухли, как будто от душевной боли, а взгляд стал беззащитным и беспомощным. Губы его начали подергиваться, словно он пытался прожевать и проглотить что-то несъедобное. Ее охватило желание подбежать к нему, обнять и спросить, что так глубоко ранило его; взять записку и прочитать ее; выяснить наконец, кто совершил самоубийство, но такое поведение было бы крайне неуместно здесь и смутило бы Ричарда. Он сейчас на публике и должен сохранять выдержку, пусть даже на душе у него кошки скребут. Одна Изабель знает, какой он ранимый, но она никогда никому не расскажет об этом.

Многие люди — главным образом те, которые называли его «Головорез Дик», — думали, что жесткий взгляд Бёртона выдает его стальной характер. Они даже представить себе не могли, насколько внутри он не уверен в себе; хотя, если бы они увидели его сейчас, потрясенного и огорошенного, может, они поняли бы, что он совсем не такой дьявол, каким кажется, несмотря на лихие усы и воинственно раздвоенную бородку.

Трудно что-то разглядеть сквозь мощный фасад.

Глава 2

НЕКТО В ПЕРЕУЛКЕ

До Лондона он добрался легко и быстро.

Пневматические поезда Изамбарда Кингдома Брюнеля стали настоящим триумфом инженерного гения. Они курсировали по ширококолейным трассам, в центре которых проходила пятнадцатидюймовая труба с двухдюймовым желобом, покрытым откидным клапаном из воловьей шкуры. Под первым вагоном каждого поезда висел поршень в форме гантели, точно входивший в трубу. Поршень соединялся с вагоном тонким стержнем, который во время движения высовывался из трубы. На стержне находился маленький колесный механизм, который открывал кожаный клапан перед собой, а затем закрывал и смазывал его за собой. Через каждые три мили находилась станция, где специальное устройство высасывало воздух из трубы перед поездом и нагнетало его за ним. Благодаря разнице в давлении, воздух толкал вагоны вперед с невероятной скоростью.

Когда Брюнель начал проводить первые эксперименты, он столкнулся с неожиданной проблемой: воловью шкуру пожирали крысы. Тогда инженер обратился к евгенику Фрэнсису Гальтону, и тот вывел породу быков, шкура которых была водонепроницаемой и, одновременно, ядовитой для грызунов.

Пневматическая железнодорожная сеть покрыла не только всю Великобританию — она протянулась по всей империи, особенно распространившись в Индии и Южной Африке.

Аналогичную систему планировалось создать и в новом лондонском метро, но проект отложили из-за смерти Брюнеля два года назад.

Часть вторая

В КОТОРОЙ ИЗЛАГАЕТСЯ ПОДЛИННАЯ ИСТОРИЯ ДЖЕКА-ПОПРЫГУНЧИКА

Глава 16

ПРЕДОТВРАЩЕНИЕ

Его звали Эдвард Джон Оксфорд, он родился в 2162 году. Он был физиком, инженером, историком и философом. В тридцать лет он изобрел батарею-чешуйку — кусочек материала, размером не больше ногтя, который впитывал одной стороной солнечную энергию и сохранял в огромных количествах на другой. Батарея изменила технологию, а технология изменила мир.

— Как вы себя чувствуете, собственноручно изменив историю? — спросил его журналист.

— Я не менял историю, — ответил он. — История — это прошлое.

Он хихикнул, словно обрадовался собственной шутке, так как, несмотря на свою гениальность, отличался ярко выраженной эксцентричностью, и его сильно притягивало прошлое, особенно 1840 год, когда его предок, тоже Эдвард Оксфорд, дважды выстрелил в королеву Викторию.

Оба выстрела не попали в цель, первый Оксфорд был признан умалишенным и помещен в Бедлам. Спустя много лет его освободили, и он эмигрировал в Австралию, где женился на внучке своих знакомых, с которыми общался еще в Лондоне, до преступления. История не сохранила ее имя, но известно, что она была намного моложе его — обычное дело в то время. Так началась династия, чьим потомком спустя много поколений и стал Эдвард Джон Оксфорд из 2162 года.

Глава 17

РАЗУБЕЖДЕНИЕ

Эдвард Оксфорд бушевал весь вечер, пока Бересфорд не призвал на помощь Брока; вместе они почти силой утащили путешественника во времени наверх, в спальню. Там они раздели его — оба уже научились снимать его облегающий белый костюм — и положили на кровать. Он заснул судорожным прерывистым сном, что-то бормоча, постанывая, вскидываясь и переворачиваясь.

Когда на следующий день он приковылял в гостиную, вид у него был болезненный, изможденный и жалкий, вокруг глаз темнели круги.

— Ешь, — скомандовал Бересфорд, указывая на блюда, которые дворецкий расставил на столе.

Оксфорд сел и стал машинально жевать, не разбирая, что ест, и уставившись в никуда.

— У меня вопрос, — сказал маркиз.