Аналитик

Катценбах Джон

В подарок на пятидесятитрехлетие законопослушный психотерапевт Ричард Старкс получает письмо, исполненное нечеловеческой ненависти. Анонимный автор письма предлагает врачу — вернее, ставит его перед необходимостью — сыграть в некую замысловатую игру. Условия игры таковы, что проигравший — а им, скорее всего, окажется доктор Старкс — не доживет до следующего своего дня рождения. Но порой стоит восстать против очевидности и тем самым спасти жизнь — свою и близких тебе людей.

Глава 1

Большую часть своего пятьдесят третьего дня рождения он провел точно так же, как и большинство прочих дней, — выслушивая людей, которые жаловались на своих матерей. Матерей невнимательных, матерей жестоких, сексуально соблазнительных матерей. Мертвых матерей, которые продолжали жить в сознании своих детей. Живых матерей, которых детям хотелось убить. Он выслушал мистера Бишопа, потом мисс Леви, потом несчастного Роджера Циммермана, который делил квартиру в Верхнем Уэст-Сайде с властной, сварливой ипохондричкой, посвятившей себя уничтожению любых посягательств сына на самостоятельность. Каждый из этих людей потратил отведенный ему час на излияние горьких сарказмов в адрес женщины, которая породила его на свет.

И все-таки день рождения самым непосредственным образом напомнил ему о том, что он смертен. Его отец умер вскоре после своего пятидесятитрехлетия, надорвав сердце годами непрерывного курения и стрессов. Факт этот, как он понимал, затаился, коварно и злобно, в его подсознании. И поэтому, пока малоприятный Роджер Циммерман тратил на жалобное нытье минуты, оставшиеся от последнего за этот день сеанса, он без особого внимания прислушивался к тихому жужжанию звонка, кнопка которого находилась в приемной.

Звонок обычно оповещал о появлении пациента. Не изменив позы, он взглянул в ежедневник, лежавший на столике рядом с часами. Никакой записи о встрече в шесть вечера там не было. Часы показывали без двенадцати минут шесть. Роджер Циммерман на кушетке словно оцепенел.

— Я думал, что я на сегодня последний.

Он не ответил.

Глава 2

Рики Старкс думал о том, до чего же плохо, оказывается, он умеет выкачивать информацию из родственников, каждый из которых, услышав его голос, прежде всего удивлялся.

Время шло уже к десяти вечера, а неопрошенными оставались больше двух десятков людей из списка. И он до сих пор так и не смог обнаружить в жизнях уже проверенных родственников чего-нибудь такого, что дало бы зацепку для дальнейшего расследования.

Двадцать первое имя показалось Рики знакомым совсем уж смутно. У его скончавшейся лет десять назад старшей сестры было два сына, и это имя носил старший, который жил в Дирфилде, штат Массачусетс. Рики внезапно вспомнил: этот сын преподавал в частной школе. Рики вздохнул и, радуясь, что сумел припомнить хоть что-то, потянулся к телефону.

Он набрал номер и после полудюжины гудков услышал голос, явно юношеский.

— Алло, — сказал Рики. — Я хотел бы поговорить с Тимоти Грэхемом. Это его дядя, Фредерик Старкс.