Вселенная неудачников

Мусаниф Сергей Сергеевич

Злотников Роман Валерьевич

Мир далекого будущего… Мир, в котором человечество пережило восстание машин и встретилось с братьями по разуму. Мир, в котором три расы вынуждены вступить в жёсткую конкуренцию за место под звездами, готовясь развязать войну, равной которой ещё не было. Мир, в котором возникла раса генетически улучшенных людей, а машина времени может быть использована как оружие массового поражения. Мир, в котором право на жизнь на планетах Солнечной системы надо ещё заслужить…

Способен ли выходец из двадцать первого века чего-то добиться в таком мире, или его удел прозябать в резервации среди людей из категории «социального минимума», обитателей станции под названием «Вселенная неудачников»? И эта ли станция истинная Вселенная неудачников?

ПРОЛОГ

Убивать легко.

Не знаю, смог бы я с такой же лёгкостью стрелять в людей. Вполне возможно, что не смог бы, несмотря на все эти курсы усиленной боевой подготовки. А впрочем, кто знает…

В любом случае Чужие не похожи на людей. Они больше смахивают на персонажей компьютерной игры, поэтому меня не покидает чувство нереальности всего происходящего.

Да и футуристическое оружие, которое я сжимаю в своих руках, не придает событиям реалистичности. Плюс джунгли с растениями, которые никогда не росли на моей родной планете…

Полное ощущение какого-нибудь «Анриала». Или «Крайзиса» вперемешку с «Думом».

Часть первая

ЗЕМЛЯ

ГЛАВА 1

Не помню, что мы праздновали. Мотологический новый год, сдачу кем-то какого-то экзамена или покупку машины. В общем, тема вечеринки не особенно важна. Повод для вечеринки — это только повод, и он забывается после первой принятой бутылки.

Вечеринка была правильная.

Правильная вечеринка — это та, которая не укладывается в один вечер, требуя всё нового и нового продолжения. Сменялись лица, сменялась обстановка, менялись напитки и посуда, а вечеринка продолжалась, потому что show must go on, как пел незабвенный спидоносец Фредди.

Мы пили. Кабаки, из которых нас выгоняли, сменялись ночными клубами, в которые нас не хотели пускать, были чьи-то квартиры с прокуренными кухнями и соседями, обещающими вызвать милицию, чьи-то машины, в которых мы куда-то ехали. А когда и просто сидели в салоне, говорили за жизнь или травили анекдоты и пили. Была какая-то дача, в которую мы вломились в отсутствие хозяина, но Вадик утверждал, что хозяин в курсе и в принципе не возражает. Были смазливые девицы, чьих лиц я не запоминал, а имен даже не пытался запомнить.

Кто-то жаловался мне на жизнь, кто-то клялся в вечной дружбе, кто-то порывался выяснять отношения, кто-то объяснял мне, как следует писать, кто-то учил меня жить. А я пил.

ГЛАВА 2

Путешествие прошло нормально. Стасов генеральный директор («Зови меня просто Владимиром») оказался бизнесменом формации девяностых годов, снявшим малиновый пиджак и слегка окультуренным. Сев в самолет, он сразу же накачался виски из «дьюти фри» и отключился на всё время трансатлантического перелёта.

Четыре часа ожидания в международном аэропорту Далласа, и мы сели на самолет до Тихуаны. Там нас уже ждал чартерный рейс, направляющийся в город Белиз одноименной страны. Жаль только, что Владимир экономил время и решил не отправляться в Белиз на яхте. Плавание по Карибскому морю могло бы подарить куда больше впечатлений, чем суточные перелёты.

И сами впечатления были бы куда более приятными и запоминающимися.

Жаркое мексиканское солнце плавило асфальт аэродрома и выпаривало из организма Владимира остатки алкоголя, выступающие на его коже обильным потом.

ГЛАВА 3

Говорят, что утро для русского человека наступает тогда, когда русский человек просыпается. В таком случае утро у меня наступило в районе сиесты. И то я не сам проснулся. Меня Владимир разбудил.

Судя по тому, как у него блестели глаза, для переговоров с местным барменом переводчик ему не понадобился.

— Здоров ты дрыхнуть, — Владимир прошёл в глубь номера и завалился в кресло. — Бабки поменял?

— Да, — я вручил Владимиру сверток.

— Это хорошо, — сказал Владимир. — А то пришлось в местном баре пить, чтобы счёт за спиртное в общий счёт за номер включили. И не выйти из гостиницы толком. Как город, кстати? Успел осмотреть?

ГЛАВА 4

Таксист на раздолбанном в дрова «Шевроле» теряющегося в глубинах истории года выпуска вёз нас по живописной дороге через джунгли.

Конечно, «дорога» — это очень громко сказано. Российские дороги ругают те, кто латиноамериканских не видел. Местами под колёса попадался асфальт, но лучше бы его не было. Глина, составляющая основную часть трассы, была укатана куда лучше. Но думаю, что в дождь на эту дорогу лучше не соваться.

Мы с Владимиром сидели на заднем сиденье, периодически подпрыгивая и вцепившись в дверные ручки (это нам водитель посоветовал. Полагаю, чтобы двери не отвалились), и он делился со мной впечатлениями от вчерашнего дня.

— Чокнутая страна, — говорил Владимир. — Чокнутые люди. Когда я шёл по улице, мальчишки тыкали в меня пальцами и кричали «Кей-джи-би!», «Кей-джи-би!». Это ведь КГБ на их языке, да?

— Да, — сказал я, не став уточнять, что «их язык» называется английским.

ГЛАВА 5

В общей сложности мы проторчали на Коляновой вилле три дня. Старшие товарищи постоянно квасили и беседовали за жизнь, а я был предоставлен сам себе и умирал от скуки. Никаких развлечений, кроме плавания в бассейне, телевизора, показывающего всего три канала, и Интернета, отключающегося сразу после захода солнца (вот такая странная фигня. Особенности латиноамериканского трафика, не иначе), здесь не было.

Казалось бы, живи и радуйся — тропики, джунгли, экзотика… Но душа жаждала действий. За эти три дня я очень хорошо понял Генри Холдена, спивающегося на роскошном пляже от безделья. А ведь он провёл тут куда больше времени, чем я.

Поскольку Владимиру не нравились все эти шпионские игры, он изъявил желание покинуть страну как можно быстрее. Колян доставил нас в город на своём джипе, более подходящем для поездок по местным дорогом, чем древнее такси, и я с утра отправился в аэропорт, чтобы договориться о чартерном перелете в Мексику. Вернувшись, я сообщил Владимиру, что обратно он полетит уже один.

Он попробовал возмутиться, дескать, он нанял меня в качестве переводчика, а в Мексике и США вряд ли говорят по-русски, и мне пришлось его долго уговаривать. В итоге я составил ему разговорник из нескольких фраз, которые могли пригодиться при общении с персоналом аэропортов, а он снизил мой гонорар с трёх до двух тысяч долларов, но для меня это было уже не принципиально. На две тысячи долларов в Белизе, не особо шикуя, можно прожить год. А если постараться экономить, то и полтора. Я же не собирался задерживаться здесь на столь долгое время. Главное, чтобы хватило денег на обратный билет.

Пока Владимир ещё не улетел, я сходил к шефу Маркесу и выпросил у него ещё одну папку. Шеф понимающе улыбнулся, папку выдал и дружелюбно пожал мне руку.