Атаман. Кровь за кровь

Гарин Максим Николаевич

Воронин Андрей Николаевич

Волна вооруженного бандитизма прокатилась по югу России в самом жестоком, беспредельном проявлении, — похищении людей с целью выкупа, пожалуй, самое обыденное дело; грабежи, разбойные нападения, кровавые расправы над неподчинившимися, на фоне продажных чиновников, пьющих и жирующих на глазах у простых людей. Как выжить там, где действует закон волчьей стаи?..

Герой романа Максима Гарина и Андрея Воронина «Атаман. Кровь за кровь» — потомственный казак Юрий Терпухин, помогая другу, попадает в такой водоворот событий, из которого выйти живым удалось бы не многим, а ему это удается, ведь Терпухин — атаман…

Юрий Терпухин не становится на колени перед обстоятельствами, даже если на карту поставлена его жизнь, — либо в банду, грабить и убивать, — либо умереть. Выбранный атаманом, он обращается к истокам, к корням своего народа. Русский казак — воин и труженик, а не бандит с большой дороги…

Глава 1. Выстрел из гранатомета

Юрий Терпухин снял руку с руля и положил на бедро. Пистолет был предусмотрительно прикручен резиновым жгутом к ноге. Чтобы достать оружие, нужно лишь слегка нагнуться. Демидов, сидевший рядом и понявший намерение Терпухина, отрицательно покачал головой. Как только Юрий достанет пистолет, начнется пальба и вряд ли они уцелеют. Так что лучше сидеть и не рыпаться. Любое непродуманное движение, резкий жест вызовут подозрение у этих сопляков, вооруженных автоматами и гранатометом.

Чертов гранатомет! Если бы не он, можно было рискнуть, ударить по газам и рвануть прямо по дороге к селению, где наверняка найдутся взрослые, которые образумят этих вооруженных мальчишек, неожиданно преградивших дорогу. Юнцы не станут стрелять из автоматов из боязни попасть в кого-либо из родственников в селении. А из гранатомета могут так пальнуть, что костей не соберешь.

— Мы таможенники Чеченской республики Ичкерия, — повторил самый малорослый среди бандитов-малолеток. — Уплатите транспортный сбор за въезд на территорию нашего государства и можете ехать дальше…

— Какие таможенники, дорогой! — сказал Ахмет, бывший у Терпухина и Демидова за проводника и сидевший на заднем сиденье «Нивы».

Малоросток бросил Ахмету несколько фраз по-чеченски. Ахмет испуганно вжал голову в плечи.

Глава 2. Кровавый день в истории казачества

Вернувшись домой, Терпухин сразу же обратился за советом к Степану Ковалеву. В местной казачьей иерархии тот являлся его заместителем.

Ковалев, бледный и худой после недавнего ранения в одной очень неудачной операции, с покрасневшими от недосыпания глазами, сидел за столом, заваленным книгами.

— Ты что, — поинтересовался Терпухин, — в сорок лет решил в науку вдариться?

— Поднабраться мудрости не мешает каждому казаку, — мрачно ответил Ковалев, раздирая ногтями кожу мод грязноватым бинтом на груди. — С нами, казанами, такое вытворяли, а мы и не знаем. С чем пришел?

Терпухин рассказал все, как было. Ковалев молча выслушал его.