Под одной крышей

Тури Жужа

ПРЕДИСЛОВИЕ

Глядя в умные, добрые, искрящиеся веселым задором глаза Жужи Тури, трудно поверить, что она почти ровесница нашего века — так много в ней огня молодости, душевных и творческих сил. Родилась Жужа Тури в Будапеште 22 апреля 1901 года. Ее отец — видный венгерский писатель Золтан Тури, человек яркого дарования и на редкость трудной, тернистой и безрадостной писательской судьбы, — умер от туберкулеза, когда Жуже едва минуло пять лет. И все же образ отца — студента, исключенного из университета за «вольнодумство», бродячего актера, талантливого новеллиста, не побоявшегося срывать маски благопристойности с внешне добропорядочных буржуа, — с детских лет волновал воображение будущей писательницы и впоследствии лег в основу многих ее произведений. Быть может, именно поэтому она так любит возвращаться к воспоминаниям детства и юности, щедро рассыпанным по ее книгам (сборник рассказов «Чертов танец», 1958; романы: «Сводные сестры», 1956, «Трудная юность», 1967, и др.).

Обладая редким даром запросто, по-дружески входить в душевный мир подростков, Жужа Тури вместе с тем умеет соединить их по-детски непосредственное восприятие действительности со своим мудрым и зорким взглядом на жизнь, не нарушая правдивости художественного образа. Эта особенность ее дарования уже знакома русскому читателю по повести «Девочка из Франции» (1953), опубликованной у нас в 1957 году. Героиня повести — девочка Жаннет Рошта — приезжает на родину из маленького французского городка, куда ее родители, венгерские коммунисты, эмигрировали в годы хортистского режима. И тут в ее сознании причудливо, по-детски преломляются «взрослые проблемы», когда она невольно сопоставляет два разных мира, два разных уклада жизни.

Ранние произведения писательницы (сборник рассказов «Терка Шмитт», 1927) во многом продолжают традиции критического реализма Золтана Тури. Основным их конфликтом становится столкновение чистых и благородных юношеских сердец с лживым и косным миром собственников. Уже в те годы она начинает сознавать, что именно социальные коллизии порождают сомнения, метания и трагическую неразрешимость внутренних противоречий ее героев, ее эпохи.

Повести и романы Жужи Тури тридцатых — начала сороковых годов («Дети из Сент-Петера», 1931; «Две женщины», 1942; «Дочь профессора», 1943) исполнены горечи и в то же время жизнеутверждающи. Подчас в них звучит тоска по прекрасному в жизни и в человеке. Писательница видит, как бескрылая повседневность незаметно вползает в души слабых, заставляя их мириться со старым, привычным, цепко въевшимся в сознание людей. Но все чаще ее внимание привлекают образы юношей и девушек, настойчиво пытающихся разобраться в противоречиях эпохи. Раскрывая их богатый внутренний мир, еще не затронутый житейской пошлостью, Жужа Тури передает чуткую реакцию своих героев на самые незначительные, повседневные проявления зла и несправедливости, стараясь при этом показать, как, порой неосознанно, постепенно растет в них противодействие буржуазному образу жизни. Любимые героини Тури — умные, добрые и волевые девушки — пытаются вырваться из засасывающего болота мещанского «благополучия», чтобы жить по-новому. Психологически верно воссоздавая сложную гамму их чувств и настроений, писательница вскрывает жестокую несправедливость общественных отношений в хортистской Венгрии.

Жужа Тури радостно приветствовала освобождение Венгрии Советской Армией. В той теплоте, с которой она пишет о советских бойцах, чувствуется и что-то сугубо личное. Писательница часто вспоминает тот день, когда в ее маленькую разбомбленную квартирку с развороченным полом и выбитыми оконными стеклами вошли первые советские воины. Ее племянник — талантливый пианист, еще не снявший хортистского мундира, садится за рояль и пытается на языке музыки объяснить, что он не фашист и надел военную форму не по доброй воле. Венгры и русские поняли друг друга без слов, и столь неожиданный, допоздна затянувшийся концерт на всю жизнь остался в памяти писательницы («Рассказ о нашем освобождении», 1960). А спустя некоторое время Жужа Тури получила и первую весточку от мужа — известного прозаика Кальмана Шандора, заключенного фашистами в один из лагерей смерти.