Звезда творения

Черкашина Ирина

Если бы Галина, эксперт-искусствовед, знала, чем обернется для нее визит в провинциальный музей, она бы никогда туда не поехала. Казалось бы, чего проще? Оценить подлинность полотен полузабытого художника Порфирия Бесчастного и вернуться домой. Но откуда ей было знать, что маленький российский городок стоит на грани катастрофы? Слуги Хаоса готовят кровавый обряд. Аррет, мир-свалка, кривое отражение Земли, ждет за близкими вратами. Древний маг, заточенный в подземелье, плетет свои интриги… Бури, бушующие в Упорядоченном, приходят в наш мир. Кто сумеет разобраться в происходящем? Кто встанет на пути у Хаоса? Галина понимает, что, кроме нее, некому. Но не слишком ли дорого заплатит она за свой выбор?

Новая битва за Упорядоченное в проекте «Ник Перумов. Миры»!

На нашей планете, на родной Земле, никто не верит в магию. И совершенно справедливо. Ее нет, убеждены мы, что абсолютно верно. А потому самый лучший способ спрятать магию — это кричать о ней на каждом углу. Все равно никто никогда не поверит.

Дебютный роман Ирины Черкашиной «Звезда творения» начинается у нас на Земле. На привычной нам всем планете, в узнаваемых реалиях современной российской жизни. Главная героиня, Галина Корякина, молодая девушка «с интуицией», приезжает в Северо-Каменск, провинциальный русский городок где-то на Урале. Приезжает как агент, чтобы купить картину Порфирия Бесчастного, художника оригинального, но известного только «на местном уровне». Картина заказана анонимным покупателем, наверное, богатым и эксцентричным коллекционером. И называется «Хаос».

Вместе с Галиной читатель пройдет по тихим улочкам Северо-Каменска. Это только на первый взгляд кажется, что здесь все покрыто пылью, тоскливо, скучно и ничего не происходит. Как же «ничего», если в местном Доме культуры совершенно открыто собирается «Братство Магов Хаоса», и никого, судя по всему, это не волнует?

А, собственно говоря, почему должно волновать? Разве удивляемся мы при виде рекламы «потомственных ясновидящих», «колдунов в десятом поколении», гарантирующих снятие порчи, очистку кармы, возврата любимого или всяческие неприятности злой разлучнице?

Прячь лист в лесу, песчинку — на морском берегу… Да, у нас какое угодно «братство» может снять зал и проводить там какие угодно «сеансы». И потому скептическая современная девушка Галина Корякина ничуть этому обстоятельству не удивляется.

Галя, 18 июня

Антон хотел, чтобы мы привезли картину в течение трех дней. Так он договорился с клиентом, а слово клиента — свято, до тех пор пока он платит.

Ждать клиент ни в какую не соглашался. Это было плохо, потому что моя маленькая «Тойота» только позавчера отправилась в автосервис — менять многострадальный задний бампер и выправлять вмятину на левом крыле. А свой новенький «Ровер» Антон мне не дал… Поэтому пришлось спешно покупать билет на поезд и трястись целую ночь в душном вагоне — в нашем маленьком бизнесе я всегда вступала в игру первой. Виной тому мой талант… или проклятие — это уж с какой стороны посмотреть.

В том, чтобы доставить заранее оговоренный заказ в течение трех дней, в общем, я не видела ничего необычного. Мы с Антоном сами не любители тянуть время, потому что нам тоже не хочется лишнего риска. Обычно все проходит гладко, Антон умеет работать с людьми. И в сроки мы укладываемся — если, конечно, не возникнет форс-мажора или продавец не перенервничает и не начнет делать глупости. Это иногда бывает, особенно с людьми неопытными и патологически честными. Наш продавец, кстати, когда-то уже работал с Антоном и не должен был слишком беспокоиться. Но как все обернется на самом деле, я заранее никогда не знала, и мне это нравилось.

Ехала я в плацкарте — купейным вагонам не доверяла, а в автобусе меня всегда мутит. Для полного счастья мне досталось боковое место, и теперь я сидела за столиком, открыв нетбук, читала биографию живописца, смотрела репродукции и терпеливо сносила тычки от всех проходивших мимо пассажиров.

Антон утверждал, что никаких проблем с заменой и доставкой не должно возникнуть даже на горизонте, настолько эта картина была малоизвестна… Нам заказали полотно Порфирия Бесчастного — художника-самоучки родом из провинциального Северо-Каменска. Он всю жизнь проработал горным инженером на медных рудниках и умер — точнее, пропал без вести — во времена Гражданской войны. С тех пор его полотна пылились в запасниках местного художественно-краеведческого музея. Бесчастный и не выставлялся нигде, кроме родного города. Заказать одну из его картин — все равно что страстно возжелать в личную библиотеку сочинение пятиклассника из соседней школы. Это если основной ценностью полотна считать известность живописца. Если же смотреть на ценности другого плана… Бесчастный, конечно, не был техничным художником. Рисовал он слишком наивно, слишком символично, слишком отвлеченно для того, чтобы его поняли. Смысл его картин нуждался в дополнительном раскрытии, толковании — и в этом он опередил свое время. А еще в его работах чувствовалась странная притягательная сила. И тот скрытый пласт, отпечаток личности — словом, то, что я умела воспринимать, а все остальные нет, — вот этот не считываемый человеческим сознанием слой полотна потрясал. Я один-единственный раз видела картину Бесчастного в антикварном салоне в Екатеринбурге и отпечаток личности художника, ауру, биополе — назвать это можно по-разному — запомнила крепко. Порфирий Бесчастный был очень нестандартным человеком. Может быть, даже не очень здоровым.