Юность воина

Лернер Марик

Одинокий мальчик, единственный из всей семьи выживший после смертельной болезни. Какая судьба ждет его в государстве, где каждый четко знает свое место? Раб и крестьянин не равны воину и купцу. Человек с имперским гражданством отличается от городского, у него совсем другие права. Но все это при условии поддержки со стороны родственников или хотя бы признающих тебя равным.

Какой удел может ждать человека без опоры? Такой, какой он определит себе сам. Ведь Блор твердо знает заповедь: «Пусть в роду воинов сын не родится, если он чести и мужества не имеет».

Глава 1

Раскопки древнего города

Блор мысленно выругался и принялся растирать озябшие руки. Мыть кастрюли в сбегающей с гор воде было сущим мучением. Она текла с ледника и даже внизу оказывалась жутко холодной. К сожалению, выбора не имелось. Как на самого младшего, на него свалили работы по лагерю и, естественно, приготовление еды, с последующим отмыванием посуды. Еще интересный вопрос, насколько это хуже махания киркой.

Физически, конечно, легче, зато все время один и вечные претензии. То каша подгорела, то вкус не тот. Всегда найдется у людей к чему придраться. Тем более что приходится еще и скотину обихаживать, а до этого похода он про яков разве слышал байки, а лошадей видел в основном со стороны. Детство не в счет. Тогда чистить больше десятка не приходилось. Хорошо еще есть Зевтиц и относится к нему вполне дружелюбно. Во всяком случае, объяснял и показывал необходимое на первых порах. Сейчас появляется в основном вечером и усталый, не до разговоров. Зима на носу, и приходится торопиться.

Для остальных имелось занятие гораздо более важное, с точки зрения фем Кнаута, чем ковыряться у костра. Они старательно долбили землю в округе в поисках известного только ему места. Искал, искал, мерил, карту изучал, будто на ней разобрать хоть что-то можно толком. Потом ткнул пальцем. Три недели рыли — говорит, нет. На двадцать локтей в сторону. Теперь вновь трудятся. Уже глубоко залезли — и ничего, кроме непонятных подземных ходов. Кто делал и зачем, если они перекрыты, Мрак ведает.

То есть даже Блору давным-давно стало ясно, насколько хозяин приблизительно представляет себе искомое. Локоть вправо, три влево — и копай до снега. С другой стороны, ничего странного. В Шейбе жило где-то тысяч двадцать пять человек, и по размеру город хорошо если раза в три меньше долины. А стоит присмотреться — и понимаешь, насколько все кругом было застроено в те времена. С первого взгляда не разобрать, здания давно обвалились. Хорошо фем однажды разговорился и объяснил.

Блор вздохнул и вновь принялся оттирать песком стенки котла. Привычное занятие совершенно не мешало размышлять об окружающем мире. Думать полезно. Это он твердо усвоил в течение не слишком длинной жизни. Сначала думай, потом говори или делай. Целее будешь. И так пороли бесконечно за малейшую провинность. Поэтому осторожность — в первую очередь, и важно внимательно перебирать известное. В случае чего у тебя есть готовое решение. Ситуации частенько повторяются. Сообразить — кто, что и зачем говорит — важно. Показывать свое понимание — нет.